Джек Кавано – Пуритане (страница 63)

— Прошу тебя! — умолял он. — И как можно скорее.

Не дожидаясь ответа, Энди ушел. Он направился прямо к реке, сел у воды и начал молиться. А Дженни после его ухода продолжала молча стоять у двери…

Солнце опустилось за холмы, берега реки погрузились в вечерний сумрак, но Энди не решался выйти на открытое место, боясь обнаружить себя. Время от времени он выглядывал из своего укрытия, проверяя, не появилась ли Дженни.

Словно молодой пугливый олененок, выскочивший на лесную поляну, Дженни взбежала на высокий речной берег и настороженно остановилась. Энди улыбнулся и вышел ей навстречу. Она отпрянула от него.

— Спасибо, что пришла, — сказал Энди.

— Все знают, что ты здесь.

Перестав улыбаться, Энди огляделся.

— Я хотела сказать, в Эденфорде. Во всяком случае, знают, что ты был здесь вчера. Джеймс рассказал им.

— Думаю, мне не стоит обижаться на него.

— Почему? — спросила Дженни. — Почему ты вернулся?

Ее голос задрожал, а глаза наполнились слезами. Энди было больно сознавать, что это он причинил ей боль. Она была самой красивой девушкой, которую он когда-либо видел, а доверчивость и невинность делали ее просто неотразимой.

— Меня прислал ваш отец.

— Отец? — в ее голосе послышалась надежда.

— Я говорил с ним в Лондоне. Он просил передать, что любит вас.

Дженни смахнула слезы, которые лились у нее по щекам.

— Ты видел отца в тюрьме?

Энди грустно усмехнулся.

— Что-то вроде этого. Я пытался устроить побег.

— Побег?

Он кивнул.

— Не понимаю. Почему же…

— Он отказался. Сказал, что не хочет подвергать вас опасности — тебя, Нелл, горожан… Он просил меня позаботиться о вас.

— Это похоже на папу, — шмыгнула носом Дженни. — Но как тебе удалось удрать?

— Не удалось. Меня поймали.

Девушка непонимающе взглянула на него.

— Дженни, сейчас это уже неважно, — мягко сказал Энди. — Сейчас мне нужна твоя помощь. Ты должна стать моим Варнавой.

Он слишком быстро сменил тему. Дженни озадаченно посмотрела на него.

— Понимаешь, Варнава поверил апостолу Павлу после его обращения, — тогда, когда никто ему не верил. Дженни, я прошу тебя поверить мне.

— Ты говоришь, как папа, — улыбнулась она, — он все объяснял с помощью Библии.

Было так приятно видеть ее улыбку.

— Ты веришь мне? — спросил он.

Она перестала улыбаться и потупила глаза.

— Что я должна сделать?

— Я хочу, чтобы ты помогла мне встретиться кое с кем из горожан.

— Но зачем тебе нужна я?

— После того, что произошло у вас дома, думаю, мне не стоит разгуливать средь бела дня по Рыночной улице.

— Наверное, ты прав, — задумчиво сказала она и, помолчав, поинтересовалась: — С кем ты хочешь поговорить? С господином Купером?

— И с Нелл.

— Нелл не станет с тобой разговаривать.

Ему было тяжело слышать это, но он понимал Нелл.

— И все же попроси ее прийти.

— Мне пора. — Дженни повернулась и зашагала прочь. — Я подумаю.

— Помолись об этом!

Она остановилась и смерила его оценивающим взглядом.

— Хорошо.

Подперев голову рукой, Энди читал про то, как Павел и Варнава отплыли на Кипр и Павел ослепил волхва Елиму [79]. Вдруг он услышал хруст ветки. Рядом кто-то был! Энди быстро спрятался за ближайшей к нему стеной. Кто здесь? Сколько их? Он обернулся и посмотрел по сторонам. Было тихо. Слышался лишь шум деревьев. Он осторожно привстал и выглянул из-за стены.

В дверном проеме полуразрушенной стены замка, освещенная солнечными лучами, стояла Нелл Мэтьюз. Она пришла одна. Погруженная в свои мысли, она медленно вошла в замок. Темно-каштановые волосы падали на белую муслиновую блузку. С пояса темной юбки свисала лента, на которой покачивались ножницы. Энди вспомнил, как во время работы эти ножницы превращались в продолжение ее правой руки. Плавным, точным движением она брала их, отрезала нить, и продолжала плести кружево.

Энди и не знал, что его глаза так истосковались по Нелл. Он боялся заговорить, боялся спугнуть ее. Несколько минут он просто смотрел на девушку, стараясь насытиться этим зрелищем.

Она подошла к стене замка и села на нее. Нелл всегда сидела здесь, когда они приходили сюда вдвоем. Теперь Энди видел ее лицо. Оно было печальным, а глаза — потухшими. Самоуверенное и немного снисходительное выражение, которое так пугало и сердило Энди раньше, исчезло.

Он тихо поднялся и перелез через низкую каменную стену. Энди находился в нескольких шагах от Нелл, когда она заметила его. Девушка вскочила и побежала к выходу. Энди перепрыгнул через полуразрушенную стену и бросился ей наперерез. В дверях он схватил ее за руку, развернул к себе и взял за плечи.

— Я буду кричать! — предупредила она.

Энди инстинктивно оглянулся в поисках рыжего великана.

— Нелл! Я хочу поговорить с тобой!

— Что ты здесь делаешь? — закричала она, пытаясь вырваться.

— Меня прислал твой отец.

Она замерла.

— Думаешь, я тебе поверю? — Ее глаза гневно сверкнули. Молниеносным движением она схватила ножницы и приставила их к груди Энди. — Отпусти меня!

Энди опустил руки. Отступив назад, она повернулась и стала спускаться по склону.

— Для чего еще я стал бы возвращаться? — крикнул он ей вслед.

Он видел, как она бежит по тропинке вниз. Когда она поравнялась с ткацкими мастерскими, он потерял ее из виду. Вздохнув, Энди вернулся в замок и уселся на большой камень. Он не винил ее. Она была напугана, да и кто бы на ее месте не боялся? Но как он выполнит обещание, данное Богу и викарию, если никто не желает с ним разговаривать?

— Почему ты вернулся?

Энди вздрогнул. У входа стояла Нелл. Он хотел встать.

— Не двигайся! — приказала Нелл. — И отвечай.

— Ты вернулась ради этого?

— Неважно. Тебе нечего здесь делать, у нас больше ничего нет. Я не понимаю, почему ты вернулся.