Джек Хиггинс – Акулья хватка (страница 67)

 - Будьте добры, перешлите это в виде шифровки, мистер Парди.

 Парди понизил голос.

 - У нас здесь нет шифровальщика. Этим занимаются в Марселе. Видите ли, наше консульство в Ницце всего лишь филиал.

 - Тогда закодируйте. Это возможно? Парди прочитал обе телеграммы. Он весь был окутан дымкой конспирации. Когда он добрался до слов "корсетный фетишист", его брови поползли вверх и он тихонько присвистнул. Худ вытащил из бумажника фотографию стриптиза и Эндрюса.

 - Я прошу, чтобы это было отправлено в Лондон самым срочным образом, он вручил фотографию Парди.

 Челюсть Парди отвисла. Он всматривался в фотографию так пристально, будто хотел разглядеть складки внутри пупка исполнительницы. Затем поднял глаза и беспомощно развел руками.

 - Не представляю, каким образом...

 Неожиданно в его тоне пробилось сожаление, мол, это было бы чересчур здорово, чтобы оказаться правдой.

 - Послушайте, старина, а вы с вашим приятелем Резерфордом не того...

 - Если бы... К сожалению, я не могу предоставить вам никаких доказательств противного, разве что друга моего Резерфорда в природе не существует и это имя служит кодовым сигналом в одном из каналов связи. Вы можете выяснить это для себя, сделав запрос в Париж, правда, должен вас огорчить, сам канал вы обнаружить не сможете. Мне очень жаль, что я не могу высказаться более подробно, но, как я уже говорил, не я устанавливаю правила в этой игре.

 - Что вы, что вы! Конечно. Я все понимаю. - Парди понизил голос до шепота. - Во время войны я и сам служил в Джи2. - Он снова глянул на фотографию. Худ видел, что его прямо-таки распирало от любопытства.

 - Вы сможете переслать это с надежным курьером?

 Парди прищурился.

 - Я прослежу за этим. На следующей неделе пойдет?

 - Фотография должна быть там сегодня, в крайнем случае, завтра утром.

 Парди присвистнул.

 - Вот что я вам скажу. Мы можем отвезти её в аэропорт и дать летчику из британской авиакомпании. Обязательно следует предупредить его, насколько это секретно. Фотографию нужно положить в почтовый конверт и надписать "Пресс-фото".

 - Мистер Парди, это сработает только в том случае, если в аэропорт отправитесь вы лично или пошлете своего помощника в качестве курьера срочной правительственной почты. Но это нужно сделать немедленно.

 - Правда? - глаза Парди загорелись. Он покосился на дверь, словно боясь, что кто-нибудь может подслушивать.

 - Мой помощник сейчас в отъезде. Я доложу консулу в Марселе, что выполняю тайную операцию. Мне нужно обязательно с ним связаться. Но вовсе не обязательно посвящать его в детали. Зачем ему знать, что это дело, которым занимается разведка. Я просто скажу, что должен кое-кому помочь. Полагаю, мне лучше захватить с собой оружие?

 - Вы можете позвонить ему сейчас? Очень лаконично?

 - Конечно, что за вопрос. Вы говорили об осторожности. Если нас будут подслушивать, никто ничего не поймет. Я буду говорить невнятно. Хотя, подождите-ка минуточку. А ведь его сегодня нет. У них возникли какие-то неприятности с фрахтовщиком в порту Вендрис. Грязное дело, доложу я вам. В истории замешана женщина. Она утверждает, что шеф...

 Худ его перебил.

 - Ладно, забудьте про фотографию. Я как-нибудь сам справлюсь.

 Парди казался разочарованным.

 - Но консул Бликерслоу, завтра, возможно, появится.

 - Если вы будете любезны отправить эти телеграммы, то в шесть вечера, с вашего позволения, я вернусь за ответом. Проведите их по самому высокому рангу кодировки. Это строго секретная информация.

 Парди кивнул.

 - Как только я отошлю телеграммы, оригиналы будут немедленно сожжены.

 Худ вытащил оттиск ключа.

 - Не могли бы вы сделать заказ на срочное изготовление ключа по этому слепку?

 - У меня есть надежный человек. Его не нужно призывать хранить тайну. Я просто скажу, чтобы он держал язык за зубами.

 Худ выругался про себя.

 - Совсем не обязательно. Это ключ от моего гаража, я просто хочу иметь на руках дубликат.

 - А-а...

 Худ передал ему фотоаппарат и магнитофон.

 - Вот это куда важнее. Буду вам очень обязан, если вы запрете все в своем сейфе.

 - Да, да, конечно. - Парии бережно взял их в руки, как будто это были бриллианты короны.

 - И последнее, - Худ вытащил карточку, которую нашел в кармане Заячьей Губы. - Если вы сможете выяснить, по какому адресу в Париже находится телефон с номером "Опера+4003", буду премного благодарен.

 - Если кто-нибудь начнет наводить обо мне справки, вы меня не знаете.

 - Даже никогда не слышал о вашем существовании!

 Парди пылал от возбуждения.

 - Жаль, что вы не можете выйти отсюда черным ходом - здесь его нет. А я всегда говорил, что следовало бы иметь такой на всякий случай.

 - Не беспокойтесь.

 Они попрощались, Парди свистящим шепотом пожелал "ни пуха, ни пера". Худ, насмешливо ухмыляясь, спустился к машине.

 Стоял жаркий безветреный день. Безжизненно повисли пальмовые листья. Проезжающие машины поднимали на дорогах пыль. Худ страшно хотел есть. Он приехал в "Чико", занял столик, стоявший в тени дерева, растущего из кадки, и заказал мясное ассорти, омара, хорошее шампанское и "Шабли" 1952 года. Официант принес ему целую корзинку живых омаров, и Худ выбрал себе экземпляры одинакового размера.

 Он смотрел вниз на зеленоватую воду, омывающую камни на берегу.

 "- Все было бы прекрасно, - думал он во время этого коротенького перерыва, когда он отвлекся от преступных и страшных вещей, которыми занимался, - все было бы прекрасно, составь мне компанию милая и веселая девушка."

 И тут он вспомнил. Китти, конечно же!

 Он прошел к телефону. Но "Ле Ниша" не отвечало. Длинные гудки чередой сменяли друг друга. Худу казалось, что он слышит гулкое эхо пустоты. У него упало настроение. Не стоило ему звонить. Неожиданно на том конце провода сняли трубку.

 - Алло? - произнес сонный голос.

 - Можно пригласить к телефону Китти?

 - А кто её спрашивает?

 - Это вы, мадам Баттерфляй? С вами говорит лейтенант Пинкертон. Не откажетесь пообедать со мной?

 - Кто? У нас закрыто. Открываемся вечером в десять.

 Она говорила медленно и как будто с похмелья. У него упало сердце. Какой же он идиот! Вообразил, что она его помнит.

 - Погодите, как вы сказали? Кто вы? - Ее голос понизился до шепота. Неужели это вы, нет, неужели и в самом деле это вы? Моряк, вы откуда?

 - Из-за океана.

 - Но я думала, что вы уехали. Вы что, хотите сказать, что уже вернулись?

 - Я плыл на самом быстром пароходе. Китти, что случилось?

 - Ничего, ничего. Все в порядке. Боже, а я всего-то и поцеловала вас пару раз. Как вы обращаетесь с девушкой, моряк?

 - Я не могу как следует обращаться с девушкой по телефону.

 - Вообще-то я спала. Надеюсь, не обязана докладывать вам, с кем.

 - Китти, прости, конечно, я об этом не подумал. Когда закрылся клуб? Ты, должно быть, валишься с ног.

 - Утром, в восемь. Но если вы считаете, что я слишком устала, чтобы прибежать к вам, то глубоко ошибаетесь.