Джеффри Линдсей – Последний дубль Декстера (страница 21)

– Гм… – произнес я. – Может, заказать ужин в номер?

Джекки удивленно повела бровью и открыла рот, чтобы возразить, но спохватилась.

– Ох, – выдохнула она. – Вы хотите сказать… – Она нахмурилась и покачала головой. – Вы думаете, нам опасно выходить?

– Да, – подтвердил я. – Уже темнеет, и я полагаю, он уже вычислил, где вы остановились.

– Ох, – повторила Джекки и немного ссутулилась, уронив подбородок на грудь. – Я как-то все забываю… Только начинаешь получать удовольствие – и вот… – Она тяжело вздохнула, будто действительно очень хотела отужинать по-царски. – Ну что ж, можно и заказать. Раз уж вы беспокоитесь о моей безопасности.

– Ну, затем я и здесь, – согласился я.

Джекки смерила меня долгим – даже чуть слишком долгим – взглядом.

– Постараюсь этого не забывать, – сказала она. И прежде чем я успел задуматься над тем, что значили ее слова, со стороны входной двери послышался какой-то шорох.

– Это… – начала актриса, но я жестом велел ей молчать и прислушался. Сомнения не было: кто-то пытался отпереть дверь ключом.

Мы еще не сделали заказа, и, поскольку Джекки жила здесь уже почти неделю, я сомневался в том, что это администрация гостиницы прислала ей корзину фруктов. Оставалось только одно, и это одно мне не нравилось.

Я осторожно встал со стула и потянул из кобуры «глок».

– Декстер, – попыталась еще раз Джекки. – Я думаю, это…

– Запритесь в ванной, – скомандовал я. – И мобильник захватите, на всякий случай.

– Но я только…

– Живо! – прошипел я и на цыпочках подобрался к двери. Застыв рядом с ней, я проверил, снят ли пистолет с предохранителя, правильно ли я его держу – в точности, как меня учил приемный отец, Гарри. Не люблю пистолеты: от них много шума, а сами они какие-то безликие, не оставляющие практически никакого простора для творческой фантазии. Однако же и в эффективности им не откажешь, и Гарри еще тогда, много лет назад, научил меня пользоваться ими – научил так, как это может сделать только закаленный в боях ветеран и полицейский. В общем, с той игрушкой, какую я держал сейчас в руках, я мог наделать дырок в нужных местах и с хорошего расстояния.

И все же в данном конкретном случае я надеялся обойтись без стрельбы. Поэтому застыл у стены рядом с дверью, приведя и себя, и «глок» в полную боевую готовность.

Стоило мне сделать это, как дверь начала медленно открываться – наш гость явно стремился сохранить свой визит в тайне. К сожалению для него, я его уже засек. Левой рукой я взялся за край двери и резко рванул ее на себя. Потом быстро обогнул дверь, схватил за запястье руку, сжимавшую дверную ручку, и дернув еще раз, сунул «глок» дулом в правое ухо нырнувшей в дверной проем головы с коротко остриженной каштановой шевелюрой.

Стопка бумаг, ключи, сотовый телефон и пластиковая чашка с кофе из «Старбакса» полетели на пол, визитер тихонько пискнул от ужаса, и я увидел, кого держу на прицеле.

Это оказалась невысокая женщина непримечательной наружности и среднего возраста в огромных, как у Элтона Джона, очках и легком летнем платье. Она мало походила на убийцу, каким я его себе представлял, и дрожала как осиновый лист.

– П… пожалуйста, – пропищала она. – П-пожалуйста, не убивайте меня!

В воздухе запахло чем-то неприятным, и я опустил взгляд. Кофе из чашки расплескался по полу и смешался с лужицей мочи, расползавшейся вокруг ее ног и подбиравшейся и к моим кроссовкам – можно сказать, с иголочки новым кроссовкам.

– П… прошу вас! – снова взмолилась женщина. Теперь ее так трясло, что она едва не выбивала пистолет из моей руки.

– Гм… – подала голос Джекки, и я оглянулся. Она стояла позади, глядя на нас с неподдельным сожалением. – Весьма впечатляющее зрелище. То есть приятно видеть, что вы знаете свое дело, но… – Она прикусила губу. – Я честно пыталась объяснить, – она кивнула в сторону моей пленницы. – Позвольте представить вам мою секретаршу, Кэти.

Я посмотрел на женщину, которую держал. Она продолжала дрожать и не сводила с меня перепуганного взгляда.

– Очень приятно познакомиться, – сказал я.

Глава 10

Если вас зовут Джекки Форрест и вы остановились в гостинице «Грув-Айл», обслуживают вас не так, как обычных постояльцев. Даже очень богатых обычных постояльцев. Я останавливался в разных очень даже славных гостиницах, и время реакции на вызов обслуживания в номер варьировало от часа до трех дней. А когда помощь наконец прибывала, это оказывался мужчина с кислой мордой и больной спиной, говорящий исключительно на урду и не понимающий даже самой простой просьбы, если перед его носом не появлялась долларовая бумажка с парой нулей.

Однако ради Джекки гостиница, похоже, наняла команду спринтеров-олимпийцев, патологически жаждущих принести пользу. Спустя тридцать секунд после ее звонка с просьбой прислать в номер уборщика в дверь постучала троица улыбчивых горничных. Судя по бейджикам на гостиничной униформе, их звали НАДЯ, МАРИЯ и ЭМИЛИЯ, и они набросились на лужу с такой энергией, словно страдали от голода, а по полу растеклась не моча, а манна небесная. Кэти, пошатываясь, отошла наконец от двери и рухнула в кресло.

Одна из горничных показалась мне странно знакомой, и я глазел на нее чуть дольше и пристальнее, чем вообще-то положено глазеть на гостиничную горничную, вытирающую мочу с пола. Она встретила мой взгляд, улыбнулась и тряхнула головой, отбрасывая прядь золотых волос с лица.

– Я сделала прическа как у Чеки, – объяснила она с заметным восточноевропейским акцентом. – Очень важный звезда, да? – Она покосилась на Джекки, хлопотавшую над потрясенной Кэти.

А ведь верно: Эмилия сделала себе прическу совершенно как у Джекки, этим и объяснялось то, почему она показалась мне знакомой.

– Очень симпатично, – похвалил я, и Эмилия, зардевшись, вернулась к уборке. Она с коллегами ликвидировали последствия нашего небольшого инцидента практически мгновенно. Продолжая мило улыбаться, горничные положили чашку из-под кофе, ключи и мобильник на столик у дивана, а потом исчезли, оставив за собой лишь приятный лимонный аромат. Кэти и двух раз повторить «о господи» не успела. Только Эмилия задержалась на мгновение в дверях, чтобы бросить на Джекки завистливый взгляд и вздохнуть.

Кэти успела повторить свое «о господи» еще раз двадцать или тридцать, прежде чем Джекки удалось хоть немного ее успокоить. Что ж, не сомневаюсь, дуло пистолета, уткнувшееся вам в ухо, выводит из себя – даже такого красивого пистолета, как «глок». Однако через пять или шесть минут монотонных восклицаний мне начало казаться, что Кэти немного переигрывает. Я ведь вовсе не стрелял, я всего лишь целился в нее, а она вела себя так, будто я вырвал у нее печень и предложил отведать кусочек.

В конце концов Кэти все же успокоилась настолько, чтобы переключиться с «о господи» на «ублюдка», испепеляя при этом меня взглядом.

– Вот ублюдок, – повторяла она. – Чертов ублюдок. Ублюдок, ублюдок.

Джекки покосилась в мою сторону, проверяя, не слишком ли меня ранят бранные слова. Я пожал плечами, и она вернулась к нелегкой задаче приведения Кэти в норму.

– Декстер здесь для того, чтобы охранять меня, – объяснила Джекки. – Прости меня, пожалуйста, это я виновата. Мне стоило предупредить его о том, что ты придешь.

– О господи, ну и ублюдок! – наконец сообразила объединить свои мантры в одну Кэти.

– Это я виновата, – повторила Джекки. – Мне очень жаль.

– Мой телефон! – всполошилась Кэти и выпрыгнула из кресла. – О господи, если вы поломали мой телефон…

– Уверена, он в полном порядке, – уверила ее Джекки.

Кэти подскочила к столику, на котором Эмилия разложила ее вещи.

– Там все ваши поручения! Список контактов! Там вообще все!.. – она схватила мобильный. Джекки подошла к ней и за руку отвела обратно в кресло. Однако Кэти отказывалась сесть до тех пор, пока не удостоверилась в том, что телефон не пострадал от контакта с ее же собственной мочой.

– Работает, – выдохнула она наконец. – Ох, слава богу, работает. – Она бросила на меня особенно уничтожительный взгляд, словно это я помочился на ее чертов девайс. – Ублюдок, – добавила она.

– Ладно, Кэти, все в порядке, все нормально, – шептала Джекки.

Прошло еще несколько минут, прежде чем Кэти успокоилась настолько, что смогла вести себя по-человечески. Я воспользовался этой паузой, чтобы убрать «глок» в кобуру, запереть дверь и усесться на стул подальше от Кэти и сопровождавшего ее теперь аромата. Впрочем, даже самые неприятные вещи рано или поздно заканчиваются, а до Кэти наконец дошло, что она на службе и что она, находясь на службе, обмочилась на глазах у своего босса. Поэтому секретарша снова вскочила и принялась лепетать извинения, перемежая их со свирепыми взглядами в мою сторону. Она сложила поаккуратнее принесенные с собой бумаги, напомнила Джекки о паре телефонных интервью завтра утром и, бросив на меня последний испепеляющий взгляд, ушла.

Я запер за ней дверь и, повернувшись, увидел, что Джекки смотрит на меня с нескрываемой иронией.

– А?

Она покачала головой.

– Да нет, ничего, – сказала она. – Я просто… извините за все это. Бедняжка Кэти очень мне предана. И очень хорошо работает, правда.

– Уж наверное, – кивнул я. – Если вы разрешаете ей писать вам на пол.

Джекки хихикнула – настолько же заразительно, насколько неожиданно, и я невольно улыбнулся в ответ.