Джеффри Дивер – Обезьяна из мыльного камня (страница 11)

— Я же сказал, что я врач. Приходите еще, я вас подлечу. Китайская медицина лучше любой другой помогает от хронических болей и недомоганий. Вы спасли мне жизнь, мне было бы стыдно остаться перед вами в долгу.

Закс колебалась. Но тут, словно подталкивая ее, колено пронзила острая боль. Закс достала ручку и записала для Суна номер своего сотового телефона.

На Сентрал-Парк-уэст Сонни Ли вконец растерялся. Выходит, охота на Духа ведется из такого вот шикарного особняка? В Китае такое жилье не по средствам и самым высоким чинам СОБ.

Ли выбросил сигарету, перебежал через улицу и нырнул в проход за домом. Остановился, выглянул из-за угла и увидел, что открылась дверь во двор. Из дома вышел молодой человек с безукоризненно подстриженными светлыми волосами. На нем были темные брюки, легкая рубашка и цветастый галстук, в руках — два полиэтиленовых мешка с мусором. Швырнув их в металлический контейнер, он огляделся, вернулся в дом и прикрыл за собой дверь, не щелкнув, однако, замком.

Сонни Ли проскользнул в дверь. Молодой человек, судя по звуку шагов, поднялся по лестнице наверх. Ли выждал, прячась за штабелем картонных коробок, но молодой человек так и не спустился обратно — видимо, занялся другими делами по дому. Ли вышел из укрытия и медленно двинулся вверх по лестнице.

Загрохотали шаги, раздался громкий голос:

— Вернемся через пару часов. Принесем заявку на экспертизу.

Ли услышал, как другой мужчина спросил:

— А то хочешь, Линкольн, кто-нибудь из нас останется?

Еще один голос раздраженно ответил:

— Останется? С какой еще стати? Я одного хочу — чтобы вы делом занялись.

— Ладно, ладно.

Наверху затопали, хлопнула дверь, и наступила тишина. Сонни Ли осмотрелся. Длинный коридор прямо перед ним вел в прихожую. Направо, через площадку, была дверь, видимо в гостиную. Ли заглянул в гостиную — и удивился: комната была забита приборами, компьютерами, столами, таблицами и книгами.

Но поразительнее всего был темноволосый мужчина, сидевший посреди комнаты в каком-то сложном красном кресле на колесах. Он смотрел на дисплей и, похоже, разговаривал сам с собой. Тут до Ли дошло, что мужчина говорит в прикрепленный у рта микрофон, а тот, должно быть, отправляет команды в компьютер. Так этот калека и есть Линкольн Райм?

Подняв пистолет, Сонни Ли шагнул в комнату.

Он так и не понял, откуда взялись эти мужчины. Первый был много выше Ли и черный как сажа, в костюме и ярко-желтой рубашке. Он одним махом выхватил у Ли пистолет, а свой приставил к его виску. Второй, толстый и низенький, повалил Ли на пол и надавил на спину коленями.

— Знаешь английский? — спросил чернокожий.

Но к Ли еще не вернулся дар речи.

Тут появился третий мужчина, китаец, который тоже прятался в комнате. Он был в элегантном темном костюме, на шее у него висела какая-то бирка. Он повторил вопрос по-китайски. Он говорил на кантонском диалекте, но Ли его понял.

— Да, я говорю английский.

Мужчина в инвалидной коляске развернулся лицом к Ли:

— Поглядим, что за рыбку мы выудили.

Чернокожий рывком поставил Ли на ноги. Придерживая его одной рукой, он другой обследовал его карманы. Извлек деньги, сигареты, запасную обойму и листок бумаги, который Ли стащил на берегу.

— Ага, полюбуйтесь, наш мальчик взял у Амелии что-то, чего ему не положено было брать.

— Вот так он и вышел на нас, — заметил Райм, рассматривая листок и пришпиленную к нему визитку с его адресом. — А я-то ломал голову.

В дверях появился аккуратный блондин.

— Стало быть, взяли, — произнес он без малейшего удивления, и Ли понял: молодой человек застукал его в проходе и нарочно оставил заднюю дверь открытой.

Мужчина в коляске заметил на лице у Ли отвращение.

— Совершенно верно, — сказал он. — Мой глазастый Том углядел вас, когда выносил мусор, и... — Кивнув на дисплей, он произнес: — Команда — тревога. Черный ход.

На экране возникли задняя дверь и проулок.

До Ли внезапно дошло, каким образом патруль обнаружил «Дракона Фучжоу»: его работа — Линкольна Райма.

— Судьи ада! — пробормотал он.

— Не любишь, когда не везет, а? — рассмеялся толстяк.

Чернокожий вытащил из кармана Ли бумажник, помял влажную кожу и передал агенту-китайцу. Толстяк достал переговорное устройство и произнес в микрофон:

— Мэл, Алан, возвращайтесь. Мы его взяли.

Вернулись двое мужчин, те самые, что вышли из дома несколько минут назад. Один, худощавый и лысоватый, не удостоив Ли даже взглядом, сразу сел за компьютер и принялся стучать по клавишам. Другой, с ярко-рыжей шевелюрой, сказал:

— Постойте, это ж не Дух.

— Тогда его пропавший помощник, — заметил Райм, — баншоу.

— Нет, — возразил рыжий. — Этого парня я видел. В прошлом году несколько ребят из СИН, и я в их числе, были в Фучжоу, обсуждали с тамошним управлением СОБ переброску нелегалов. Так он был из их братии.

— Из чьей братии? — буркнул толстяк.

Агент-китаец рассмеялся и показал удостоверение, которое вытащил из бумажника Ли:

— Из нашей. Он коп.

Райм в свою очередь изучил удостоверение и водительские права Ли. На обоих документах имелась фотография задержанного и было проставлено имя: Ли Канмэй, агент Службы общественной безопасности административного района Люгуань.

Криминалист сказал Деллрею:

— Запроси подтверждение у наших в Китае.

У агента в руке появился крохотный сотовый телефон.

— Ли — имя или фамилия? — спросил Райм.

— Фамилия. А имя Канмэй я не люблю. Я зову себя Сонни.

— Что вы тут делаете?

— Дух на прошлый год убивал три человек в моем городе. Мы хотел его арестовать, но у него большая... — Ли поискал нужное слово, не нашел и обратился к Эдди Дэну: — гуаньси.

— Связи, — перевел Дэн.

Ли кивнул.

— Никто не хотел дать показание против Духа. Потом улики пропадали из управление. Он убивал человек в моем городе. Я хочу делать так, чтобы его судить.

— Как вы проникли на судно?

— У меня в Фучжоу много осведомитель. На прошлый месяц я узнал, что Дух убивал два человек на Тайване и сбежал из Китая, пока тайваньская Служба безопасности кончит его искать. Он уехал на юг Франции, потом будет переправлять иммигранты из Выборга в России на «Драконе Фучжоу» в Нью-Йорк.

Райм рассмеялся. Информация, которой располагал этот растрепанный человечек, была полнее, чем у ФБР и Интерпола, вместе взятых.

— Тогда, — продолжил Ли, — я менял лицо и сделался иммигрант.

— Но как вы намерены были действовать? — спросил Алан Коу. — Мы бы не выдали Духа Китаю.

Ли даже растерялся:

— Зачем выдавать? Вы меня не слушать. Я что говорю — гуаньси. В Китае его отпустят. Я хотел его арестовать, когда мы приплываем. Потом передавать вашей Службе общественной безопасности.

Коу рассмеялся:

— С ним были его баншоу и команда судна. Здесь его встречали мелкие аспиды. Они бы вас прикончили.

— Риск, говорить? Конечно. Но это наша работа, да?

Ли потянулся за сигаретами, которые у него забрал Деллрей.

— Здесь нельзя курить, — остановил его Тони.