Что даже небо плачет надо мной".
"Дитя! Твою печаль и страх утраты
Я разделяю, — молвил тот в ответ, —
Но ради Бога, пожалей себя ты!
Так убиваться, право же, не след.
Себе чинишь ты этим только вред.
Ну полно! Дядя твой не без гостинца
К тебе пришел: есть весточка от принца".
Но пуще лишь расплакалась вдова:
"Ах, дядюшка! Что может он, бедняжка,
Мне передать? Прощальные слова?
Надежду ли, что выйдет нам поблажка?
О, смилуйтесь! И без того мне тяжко.
Своих ли слез ему недостает,
Что за слезами вас ко мне он шлет?"
Увы! Прекрасная, как ангел Божий,
Крессида в эти несколько минут
На бледный призрак сделалась похожей,
И всякий, кто ее узрел бы тут,
Подумал бы, что краше в гроб кладут:
Где резвость прежняя? где нрав горячий?
Бедняжку подменили, не иначе!
Глаза ее, от непрестанных слез
Окаймлены багряными кругами,
Глядели так, что муки сей не снес
Пандар и залился в ответ слезами,
При этом непослушными устами
О принце попытался речь завесть,
От коего сюда принес он весть.
"Дитя! — он молвил, — царь и горожане
С посланцами скрепили договор:
Сим пребывающий во вражьем стане
Нам выдан будет воин Антенор,
А им — Калхаса дочь. С тех самых пор
Избранник твой от мук не видит света:
Так обезумел он, узнав про это!
С ним горевал я, сострадал ему
И сам едва от этакой напасти
Не помер! Но совету моему
Он внял и успокоился отчасти,
Решив, покуда это в нашей власти,
С тобой вдвоем провесть сегодня ночь
В раздумьях, как беду вам превозмочь.
Вот весь тебе мой сказ; я нынче краток,
Затем что в поясненьях нужды нет.
К тому ж, тебе б не худо сил отстаток
И приберечь: теперь не до бесед!
Царевичу снесу я твой ответ,
Тебя же об одном хочу просить я:
Утри хоть слезы до его прибытья!"
— "Увы мне! велика моя печаль, —
Вздохнула, приподнявшись на постели,
Вдова, — но больше милого мне жаль,
Чем самое себя! И в самом деле,
Коль тяжко мне — ему еще тяжеле.
И оттого терзаюсь я вдвойне,
Что он страдает по моей вине.
Сколь ни ужасно с милым быть в разлуке,
Все ж, дядюшка, скажу вам не тая:
Узреть его теперь в такой же муке,
Как я сама терплю, — вот смерть моя!
Но пусть придет! С ним напоследок я
Хотя бы повидаюсь и, быть может,
Он отлететь душе моей поможет".
И с этими словами на постель
