Девизы мне неведомы, но все ж
Одно я знаю — золотую брошь
С рубиновым сердечком прикрепила
Вдова к сорочке своего Троила.
О небо! Пусть какой-нибудь скупец
Любовь зовет безумством: он, бедняга,
Упрятав лишний пенни в свой ларец,
Готов плясать; но истинного блага
Такому не вкусить! несчастный скряга,
Ни крохи, ни минутки ни одной
Не купит он и всей своей казной!
Не верьте, что дано, мол, и скупому
Познать любовь! Век над своим добром
Хлопочет он, но в жалкую солому
Рок обращает злато с серебром.
Тоска — его удел, и поделом
Презревшему любовь! Да обездолит
Его Господь, что любящим мирволит.
Тех, кто любовь считает за порок,
Ослиными ушами, как Мидаса,
Я б наделял! Пусть будет им не впрок
Богатство, как для римлянина Красса!
Пускай, не пропустив ни дня, ни часа,
Твердят: "Любовь священна, и гнусней
Порока нет, чем небреженье к ней!"
Однако же, пора нам воротиться
К царевичу с прекрасною вдовой.
Они, друг дружке вглядываясь в лица,
О прошлом толковали вперебой:
Как встретились они, как меж собой
Заговорили, как она скучала,
Как он страдал... и снова все сначала.
О горестях минувших разговор
Нередко прерывался для лобзаний
И новых ласк — как будто, вперекор
Судьбе, пославшей столько им терзаний,
Они друг другу сделались желанней
И после мук упиться торжеством
Спешили, став единым существом.
О сне я умолчу, предполагая,
Что им сегодня было не до сна:
И впрямь, ведь эта ночь, их ночь благая,
Не для того им наконец дана, —
О нет! Хотелось им, чтоб ни одна
Минутка понапрасну не пропала,
И оба преуспели в том немало.
Когда ж петух прилежный возвестил
Конец для тьмы отмеренного срока
Протяжным криком и биеньем крыл,
И Веспер засветился одиноко
На бледном небосводе, и с востока
Юпитер показался, — тут вдова
Промолвила, от грусти чуть жива:
«О жизнь моя! Души моей отрада!
Уже разлуки нашей близок час:
День настает, увы! Расстаться надо,
Иль я погибла. О, зачем хоть раз
Не может мрак утешный ради нас
Подольше простираться над вселенной,
Как в ночь, когда Зевес лежал с Алкменой!
О ночь! о тьма! Иль философы зря
Толкуют, что Всевышним создана ты,
Чтоб, отдых нам достаточный даря,
Набрасывать на мир свой плащ крылатый?
Зачем же ты назад, в свои палаты
