Джефф Мариотт – Никогда. Ведьмино ущелье. Остров костей (страница 121)
– Дин, ты меня не слушаешь! – отрезала демоница. – Я сказала, что человек должен
– Ничего не выйдет, потому что я по доброй воле не стану иметь с вашем племенем никаких дел.
Оказалось, что у Монтроуза очень неприятный смех. А может, это был смех самой демоницы? Как бы то ни было, полицейский запрокинул голову и загоготал.
– С каких это пор ты стал привередничать? Кажется, ты не гнушался заключать сделки с демонами, когда жизнь твоего младшего братишки стояла на кону. Дин, мы оба знаем, что ты
Одних этих слов хватило бы, чтобы Дин нажал на спусковой крючок. Но он подумал о Сюзанне и о другой девушке, чья смерть привела их сюда.
– Последние два человека, которых ты использовала, умерли с перерезанным горлом.
Демоница пожала плечами.
– Кровь помогает сконцентрировать энергию, к тому же мертвые девушки никому не расскажут про итальянских туристов, которые забрали их из бара, накачав транквилизаторами. А ты трепаться не станешь. Кровь хоть и помогает, но не так уж необходима.
– Думаешь, я поверю? Убийство усиливает заклинание. Так откуда мне знать…
– Нет, заклинание усиливает
Дин поверил ей только потому, что она подтвердила слова Бобби. Но он все еще был не в восторге от этой идеи.
– Знаешь что, Дин, – сказала демоница, – мне надо немного отдохнуть и восстановиться, а ты наверняка захочешь посоветоваться со своим приятелем из Южной Дакоты. Все равно до завтрашнего дня ничего не случится. Закат начнется в семнадцать часов сорок три минуты. Так что я пока оставлю офицера. Встретимся завтра с тобой и твоим приятелем Бобби у «Самой Южной Точки». Скажем, в пять?
Демоница не стала дожидаться ответа. Голова Монтроуза откинулась назад, рот раскрылся, и из него в ночное небо вырвалось облако черного дыма.
После того, как облако растворилось над океаном, Монтроуз сильно закашлялся.
– Ладно, – проговорил он слабым голосом. – Это было необычно. – Он прижал руку к груди. – Всегда хотелось узнать, каково это – быть одержимым демоном.
– Серьезно? – спросил Дин.
– Да нет, конечно.
Вдали зазвучали сирены, и их звук приближался.
– Заметили, что шеф не выходит на связь, – сказал Монтроуз. – Тебе лучше уносить ноги. Я тебя прикрою. Держи меня в курсе, ладно?
Дин в ответ что-то нечленораздельно промычал и прыгнул в «Импалу». Делать ему больше нечего, кроме как снабжать копа новостями.
«Я вытащу тебя, Сэмми, клянусь. – Он вздохнул, развернулся и направился к Дюваль. – Даже если мне придется еще раз пойти на сделку с демоном».
Глава 15
Сэму очень не нравилось находиться во власти демона.
В прошлый раз это длилось целую неделю. Дочь Азазеля, которую они с Дином все еще называли Мег – хотя это было всего лишь имя несчастной девушки, тело которой она присвоила, – выбралась из ада, после того как Сэму удалось в первый раз изгнать ее в доме у Бобби. Она не только вселилась в тело Сэма, но и оставила на его руке символ, который привязал ее к его телу. На месте клейма, которое Бобби пришлось выжечь, до сих пор оставался шрам. Еще один среди множества шрамов и рубцов на теле братьев, полученных за долгие годы. Ноготь на указательном пальце правой руки Сэма все еще не отрос с тех пор, как в Рождество его вырвали двое богов.
Сэм, как и в прошлый раз, прекрасно осознавал все происходящее, но ничего не мог с этим поделать и злился. Пока его не заставили сделать ничего ужасного, например убить человека или замучить юную девушку, но ведь еще не вечер. Он должен во что бы то ни стало освободиться, пока ситуация не зашла слишком далеко.
Дух Последних Калуса заставил Сэма, полицейских, врачей и шефа полиции встать вокруг ямы, где были обнаружены кости. Место было расчищено, из-под земли показались новые останки. Ничего хорошего это не сулило.
Неизвестно почему, но Дин и офицер Монтроуз не попали под действие заклятья. Сэм понятия не имел, почему так случилось, но был рад, что брат остался на свободе. Если, конечно, дух Последних Калуса не убил их с офицером.
Утратив контроль над телом, Сэм пытался сопротивляться чужой воле, но пока ему это плохо удавалось. Он понял, что дух Последних Калуса использовал жизненную энергию убитых рабочих и стал еще могущественнее. Да еще и те заклинания Федреготтиса… Сэм пока не знал, как его одолеть.
Он попытался пошевелить пальцем – тем, что все еще болел после того, как вырвали ноготь, но у него ничего не вышло.
– Черт побери!
И тут он понял, что снова может говорить.
«Ну вот, уже лучше, чем ничего», – подумал он.
– Что ты хочешь с нами сделать?
Дух Последних Калуса обернулся и посмотрел на него из-под яркой маски. Они стояли вокруг ямы, но никто из них не прикасался к костям.
– Мы свершим месть племени калуса.
– И в чем она заключается?
Прежде чем дух успел ответить, шеф полиции сказал:
– Чего вы разговариваете с этим психом? Не знаю, что за игру вы тут затеяли, мистер, но…
– Тихо! – Дух Последних Калуса взмахнул рукой, и шеф полиции внезапно замолчал, хотя губы его продолжали шевелиться.
– Оставьте его в покое! – крикнул один из полицейских. – Никто не давал вам права…
Еще один взмах рукой, и полицейский тоже умолк.
– А как же
Дух Последних Калуса ходил вокруг ямы с костями, не покидая круга тех, над кем он захватил власть.
– Долгие годы наше племя процветало. А потом пришли чужеземцы в странной одежде, со странным оружием. И принесли с собой болезнь. Болезни всегда были частью нашей жизни, но шаманы не могли вылечить тех, кто заболел болезнью чужеземцев. Чужеземцам удалось то, что не удавалось воинам множества племен, – они смогли победить калуса.
Дух Последних Калуса остановился перед Сэмом и посмотрел на него. Его глаза под маской постоянно меняли цвет. Дерево заглушало глубокий голос, когда дух Последних Калуса вновь заговорил на языке, которого Сэм не знал, но прекрасно понимал.
– Наш народ умирал, и шаманы собрались, потому что знали: пришло время действовать. Когда в живых осталась лишь горсть калуса, одному из шаманов удалось связать воедино души-глаза всех умерших калуса, чтобы однажды мы смогли отомстить тем, кто уничтожил нас. И, когда наше время пришло, мы вернулись. Мы заберем жизнь чужеземцев, так же, как их болезнь забрала наши. Когда у нас будет достаточно сил, мы уничтожим их всех. Это и будет местью калуса.
– Замечательно, – пробормотал Сэм.
Сэм заметил, что дух Последних Калуса кажется вполне материальным. Обычно призраки бесплотны. Единственное, что отличало дух Последних Калуса от человека, было отсутствие запаха. Не пахло дерево его маски, ни краска, которой она была раскрашена, ни он сам. Сэм чувствовал лишь запах земли и солоноватый ветер с океана.
То же самое касалось и Молли. Ее дух обретал плоть и каждый год в течение пятнадцати лет попадал в одну и ту же аварию. Сэм мог прикоснуться к ней, но никогда не ощущал ее запаха.
– Зачем вам это все? – спросил Сэм. – Калуса это к жизни не вернет. После гибели вашего племени прошло больше двухсот лет. Люди, которые пришли тогда на ваши земли, давно мертвы. С тех пор на этом полуострове правили самые разные народы. Те, кто живет здесь сегодня, – даже не потомки тех, кто погубил ваш народ.
– Свершится то, для чего мы были созданы, – наша месть! Остальное не имеет значения. – Дух Последних Калуса отступил назад. – Вы останетесь здесь до захода солнца, а потом все будет кончено.
С этими словами он растворился в воздухе.
Двигаться Сэм по-прежнему не мог. Он надеялся, что ему удастся договориться с призраком, хотя надежды было мало. Духи мести похожи на роботов с одной программой – они делают только то, для чего созданы. Ни больше, ни меньше.
– Что, черт побери, здесь происходит? – спросил шеф полиции. – Что это все за бред?
– Босс, – откликнулся один из полицейских, – со всем уважением, пожалуйста, заткнитесь. Эй, парень!..
Сэм понял, что полицейский обращается к нему.
– Да?
– Ты, похоже, один из охотников, про которых рассказывал нам Ван?
Шефа полиции, казалось, вот-вот хватит удар.
– Охотник? При чем тут охотники на оленей…
– Да, мы с братом познакомились с офицером Монтроузом вчера вечером. – ответил Сэм полицейскому. – Меня зовут Сэм Винчестер.
– Ты знаешь, как остановить эту тварь, Винчестер? – спросил другой полицейский.
Сэм осторожно ответил:
– Есть много способов уничтожить призрака.
– Не морочь нам голову, сынок, – сказал третий полицейский. – Мы и сами с усами. Сейчас я бы предпочел честный ответ пустым обещаниям.