Джефф Грабб – Вечный лед (страница 26)
Аэстир снова наклонился, и Беленда уселась в седло за его головой. Воздушный рыцарь махнула Джайе, чтобы та подала ей мешок, и маг осторожно протянула его рядом с головой. Только в этот момент Беленда предложила Джайе помощь. Наемный маг ухватилась за протянутую руку, и воздушный рыцарь забросила ее на большую птицу позади себя. Затем Беленда сильно ударила аэстира пятками по шее.
Джайя не была готова к неожиданным для нее, но обычным, действиям воздушного рыцаря, потому что всегда боялась нескольких следующих секунд. Огромная птица расправила крылья и поднялась из гнезда.
На самом деле она наклонилась вперед и упала с края гнездовья, ее тяжелые крылья раскрылись и поймали холодный воздух внизу. Первые несколько секунд они свободно падали вниз. Затем могущие крылья заработали, и аэстир начал подниматься над городом. Беленда, как и другие воздушные рыцари, с которыми говорила Джайя, клялись, что это один из самых приятных моментов во время патрулирования на этих огромных птицах – начало движения, когда вокруг свистит ветер, угрожая выдернуть ездока из седла в забвенье.
Что касается Джайи, то она предпочла бы попрактиковаться творить шаровые молнии в маленькой комнате. Почему-то ей это казалось более безопасным.
Они по спирали поднимались над белым беспорядком Крова, описывая медленную дугу над городом. Внизу Джайя могла рассмотреть большие открытые и новые, укрытые полотном, рынки. Она видела другие, принадлежащие воздушным рыцарям, гнезда аэстиров, всего шесть, разбросанные над городом. Еще можно было видеть тяжелые, низкие строения и башни замка короля Дариена, а за ними – тонкие, украшенные шпили Королевской Магической Академии.
Наемный маг съежилась позади Беленды, тревожась о том, что именно в этот момент она находится вне защиты казармы на тот случай, если королевский маг решит произнести заклинание прорицания, чтобы обнаружить, где находится украденная безделушка. Она ощущала, как зеркало под рубашкой вжимается в ее обнаженную плоть. Зеркало казалось теплым и опасным.
Они летели над стенами, и внизу Джайя видела купеческие караваны, в это время года обычно двигавшиеся медленно и скопившиеся у ворот, чтобы покинуть город. Густа обладала достаточной властью в городе, чтобы удержать даже могущественных купцов, но наемный маг знала, что подобное положение дел долго не продлится из-за разъяренных купеческих гильдий.
Они летели на северо-запад в сторону ледяного чехла. Джайя объяснила Беленде, где хочет, чтобы ее сбросили, и воздушный рыцарь знала это место – моренное поле там, где ледник разрезал слюдяные отложения, которые под воздействием наступающей ледяной стены сияющим каскадом спускались вниз. Джайя знала это место как Мерцающую Долину. Воздушный рыцарь назвала его Пиритовое Ущелье.
В полете не было возможности разговаривать, и Джайя была довольна этим. Аэстир большую часть времени парил, его огромные крылья улавливали мельчайшие восходящие потоки теплого воздуха, поднимающиеся над холодной землей, но даже при этом вокруг седоков гудел ветер, оставлявший Джайю наедине со своими мыслями.
Внутри ей было так же холодно, как и открытым щекам и бровям снаружи. Она верила, что Фрейалис говорила правду о том, что зеркало вылечит Джодаха. Но что, если это была еще одна полуправда, еще один кусочек головоломки? Что ей тогда делать? Отправляться обратно на Лат-Нам, чтобы предъявить Джодаха у ворот Школы Невидимых и посмотреть, что в этом случае будет делать коварная Герда?
Они летели весь остаток дня и, только когда солнце наконец-то практически опустилось за горизонт, начали снижаться. Беленда посадила их на плато и, пока Джайя устанавливала грубую кожаную палатку и зажигала огонь (естественно, магическим способом), воздушный рыцарь отправилась на своей птице на поиски обеда. Когда плато покидали последние лучи солнца, пара вернулась. Огромный хищник нес в когтях что-то красное и серое. Джайя подумала, что когда-то (скажем, двадцать минут назад) это мог быть страшный волк.
Теплое, окровавленное мясо предназначалось аэстиру, вырывавшему из тела огромные куски и с удовольствием их проглатывавшему. Джайе и Беленде пришлось довольствоваться холодным, сухим сыром, который они запили остатками старого красного вина, подогретого на огне в оловянном горшке. Теплое вино на вкус было не лучше холодного, но, казалось, сумело заставить кровь Джайи бежать быстрее.
Беленда, не говоря ничего, смотрела на огонь.
Наконец Джайя произнесла: – Корл за твои мысли, Бел.
– И куча золота для появления, – ответила воздушный рыцарь, заканчивая старую поговорку. – Я просто думала о том … о том, насколько все стало плохо.
Джайя поплотнее запахнулась в меха. – С каждой зимой становится все холоднее и труднее.
Беленда Данисдоттир покачала головой. – Я не об этом. Я о Кьелдоре. Холод словно вытягивает из нас, из народа, жизнь. Дариен – в лучшем случае слабый король, наивный, на которого влияют купцы, рассматривающие войска лишь в качестве способа разрешения своего междоусобного соперничества. За все лето я лишь дважды была в Кьелде, и оба раза лишь для того, чтобы доставить послание от одного торгового дома другому. Мы же воздушные рыцари! Лучший, самый элитный из военных орденов! А теперь нас используют только как посланников и разведчиков.
– Настали тяжелые времена, – сказала Джайя, холод грозил победить даже ее внутреннее тепло.
Беленда кивнула. – Все больше и больше деревень и маленьких городков оказываются покинутыми, и все больше людей ищут нашей защиты. А кто мы? Мальчики на посылках для купцов. – Беленда сплюнула, и Джайя порадовалась, что плевок замерз, не долетев до земли. – Мы всегда были
– Вы нужны, – сказала Джайя. – Как пример. Как предводители и защитники. Умертвия Лим-Дула на подъеме…
Беленда покачала головой. – Некромант не является угрозой, Джайя. Ты слушаешь слишком много глупостей, которые распространяет Академия, чтобы сохранить королевскую поддержку. Не хотела принижать твои магические способности, но некроманта легко удержать, его предполагаемые войска – всего лишь кости и мертвая плоть.
Джайя пожала плечами под своими мехами, думая о стражниках Лим-Дула и той твари, что едва не убила их с Джодахом в пещере. Она не хотела выказывать раздражение политикой, в том числе и конкретной.
Но ей нужно было сказать хоть что-то. – С маленьких ферм приходили донесения, что среди созданий Лим-Дула есть и кое-что другое. Поэтому-то фермеры и бегут.
Беленда театрально подняла руку, и Джайя подумала, правильно ли она поступила, позволив ей выпить большую часть вина.
– Они бегут от холода. И варваров. Вот настоящая угроза – варвары. Лед гонит эту толпу на юг, в кьедорские земли. Они захватывают наши исконные территории. Вот что не улавливают «королевская боль» и ее дружки-купцы. Мертвецам не нужна земля. Варварам нужна. Кто-то должен выступить в защиту, снова сделать Кьелдор великим.
– Ты все-таки не можешь не обращать внимания на сказки, – уколола ее Джайя.
– Истерия, – сказала Беленда, – подстрекаемая купцами и мистиками. Я всегда считала, что ты выше того, чтобы опускаться до этого вздора. Да, я знаю, что ты маг, но ты похожа на Густу и ее людей не больше, чем я. Вот почему я помогла тебе выбраться, ты же знаешь.
Джайя лишь кивнула в ответ.
– А почему? Потому что я ненавижу то, что с нами происходит! Я ненавижу разделение, слабость и мягкость. – Беленда наклонилась над огнем и тихо сказала: – Среди нас есть такие, кто не позволит себе опуститься до них.
Джайя откинулась назад. Меньше всего ей хотелось оказаться вовлеченной в заговор, особенно в чужой.
– Что ты имеешь в виду? – спросила Джайя. – О ком ты говоришь?
– Небольшая группа мужчин и женщин, – сказала Беленда, раскачиваясь на корточках. – Стремительно набирающая вес во всех военных орденах. Те, кто остаются верными прошлому, кто помнит рассказы о Джаркельде, Стромгальде и самой Кьелдос и хочет делать то, что необходимо для спасения великого народа от самого себя.
– Я не считаю Кьелд самым страшным врагом самого себя, – сказала Джайя. – У вас уже есть ледники, варвары и этот некромант…
Беленда фыркнула. – Ты не слушаешь! С некромантом можно иметь дело! Я слышала рассказы о том, что ледники давно уже расплавились бы, если бы не маги, стремящиеся сохранить свою силу! А что до варваров… – Она потерла щеку. – Ну, они всегда были опасными. Кровавые дикари. Но как только мы соберем людей, то их трусливые, покрытые шкурами спины окажутся по ту сторону гор. Это я тебе гарантирую.
– Ты говоришь о революции? – спросила Джайя.
– Я говорю …, – Беленда причмокнула губами, словно пытаясь подобрать правильное слово. – Корректировка. Кьелдору необходима корректировка. Во взглядах. В этике. И в могуществе. Я думаю, что те, кто верен истинному величию прошлого, могут провести эту корректировку.
Джайя постаралась уклончиво кивнуть. – Ты рассказываешь мне об этом из-за …
Беленда пожала плечами. – Мы можем использовать в наших рядах одного или двух метателей молний. Я не
– Ага, – сказала Джайя. – Это часть моей точки зрения. Я простой наемный маг. Это означает, что я не участвую в революциях, если не заплатят. – Джайя старалась казаться дерзкой, но Беленда словно ушла в себя, пока наемный маг отвечала.