Джастин Кронин – Город зеркал. Том 2 (страница 53)

На улице послышался хруст стекла.

Майкл замер. Шум послышался снова.

Шаги.

Отталкиваясь пятками, Эми ползла назад.

– Тим, нет! Это я!

– Не называй меня так!

Она потеряла его. Наваждение прошло. В его глазах снова появилась жгучая ярость. Внезапно Фэннинг вскинул голову. На его лице появилась новая эмоция, неожиданная радость.

– И кто это у нас тут?

Это был Питер. Превращение завершилось; его тело, поджарое, могучее, стало частью безликой орды.

– Какой хороший парень.

Губы Фэннинга растянулись в улыбке, обнажая клыки.

– Почему бы тебе не присоединиться к нам?

Питер двигался в их сторону по обломкам, на согнутых ногах, расставив руки в стороны. Его шаги казались неуверенными, его спина и плечи волнообразно колебались, будто он потягивался после долгого сна или привыкал к новой одежде.

– Позволь мне, Эми, кое-что тебе показать.

Резким движением запястья Фэннинг кинул меч рукояткой вперед Питеру, который механически схватил его в воздухе.

– Давай посмотрим, кто там внутри, а?

Фэннинг шел к Питеру, выпрямляя спину, и постучал себе по середине груди.

– Надо думать, прямо тут.

Питер уставился на меч, будто не понимая его назначение. Что это за чужеродный предмет в его руке?

– Ладно, давай уже. Я обещаю, что ни мускулом не пошевелю.

Питер сделал еще один шаг вперед. Его движения были дергаными, будто части его тела не совсем координировались между собой. Мышцы на его шее и плечах напряглись, когда он попытался поднять клинок.

– Понимаю, тяжеловато.

Еще один шаг, и Питер остановился. Он был на дистанции удара. Фэннинг не делал ни малейших попыток защититься, его лицо, походящее на морду летучей мыши, излучало уверенность и почти веселье. Меч остановился под углом сорок пять градусов к земле.

– Ладно, давай помогу тебе.

Подцепив когтем длинного пальца лезвие, Фэннинг поднял его до горизонтального положения. Слегка двинулся вперед, так, что острие коснулось его груди, чуть ниже грудной кости.

– Одного хорошего тычка хватит.

Из горла Питера вырвалось натужное рычание. Шли секунды, все его тело было натянуто, как струна. Из его рта вырвался шумный вздох, и он рухнул на колени. Меч зазвенел об асфальт.

– Видишь, Эми? Это просто невозможно. Теперь этот человек принадлежит мне.

Как и Зараженный в зале, Питер склонил голову в полном повиновении. Фэннинг положил руку ему на плечо. Будто погладил особо послушного пса.

– Сделаешь мне одолжение, не так ли? – спросил его Фэннинг.

Питер поднял голову.

– Будь добр, убей ее.

Майкл пополз спиной вперед прочь от витрины, опираясь на ладони и оставляя на полу широкий кровавый след. Там не один Зараженный, он это чувствовал; они были словно призраки, здесь и не здесь, неясные силуэты, скользящие и перемещающиеся в облаках пыли.

Они искали. Охотились.

Как только они его найдут, ему и двух шагов не ступить. Он отполз к задней стене магазина, где стоял длинный прилавок, позади которого была дверь, наполовину скрытая занавеской. Он уполз за прилавок, и тут пол снова начал трястись. Ощущение нарастало, будто мотор набирал обороты. Попадали стойки с одеждой. Разлетелись на осколки зеркала, вылетая наружу. С потолка посыпались куски штукатурки, взрываясь облачками пыли на полу. Сжавшись в комок и обхватив голову, Майкл начал свой мысленный монолог. Боже, кто бы ты ни был, меня уже тошнит от этого твоего дерьма. Я тебе не игрушка. Если хочешь убить меня, хватит ходить вокруг да около, давай с этим покончим.

Тряска усилилась. Майкл услышал, как по обе стороны от магазина вылетают из рам окна, падая на тротуар. Если Зараженные все еще таятся там, то, возможно, эта суматоха сбила их со следа. Может, они точно так же, как он, укрылись в темном углу и боятся. Может, они мертвы.

Он выглянул из-за прилавка. Все вокруг выглядело так, будто сюда ударили бойным шаром, ни одного целого предмета, кроме одного отдельно стоящего ростового зеркала, которое стояло справа, будто ошеломленный выживший, глядящий на последствия ужасной катастрофы. Слегка наклоненное в сторону витрины зеркало обеспечило Майклу частичный обзор в сторону улицы.

Во мгле появилась стая из трех Зараженных. Они двигались как-то бесцельно, будто потерялись. Майкл заставил себя замереть. Если они его не услышат, возможно, они пройдут мимо. Они еще несколько секунд шли дальше, но потом один из них резко остановился. Стоя боком к витрине, Зараженный вертел головой, будто пытаясь найти источник звука. Майкл затаил дыхание. Создание замерло, а потом подняло подбородок, стоя так еще несколько секунд, после чего развернулось в сторону витрины. Его нос подергивался, как у крысы.

Питер шагнул к ней. Пытаться бежать смысла не было: исход будет один и тот же. Время прекратило свой естественный ход. Все происходило, казалось, одновременно быстрее и медленнее; ее поле зрения сузилось, город вокруг превратился в одну сплошную тень.

Она плакала, но не о себе. Она и сказать не могла, о чем она плакала; ее слезы были абстрактным выражением печали, но и чего-то еще. Ее испытания окончились. Она была рада в некотором роде. Как странно, оставить жизнь будто тяжкую ношу, которую она была так долго вынуждена нести. Она надеялась, что попадет на ферму. Как счастлива она там была. Она вспомнила пианино, льющуюся музыку, руки Питера на ее плечах, радость от его прикосновения. Как счастливы они были вместе.

– Все нормально, – пробормотала она. Ее голос был какой-то далекий, будто не ее собственный. Он выходил из ее рта короткими выдохами. – Все нормально, все нормально.

Питер поставил меч так, что его острие было направлено ей в горло. Расстояние уменьшалось, а потом движение прекратилось, когда плоть и сталь разделяли считаные дюймы. Его голова наклонилась в сторону; еще мгновение, и он ударит.

– Ну? – сказал Фэннинг.

Их взгляды встретились. Знать и быть познанным: вот главное желание, суть любви. Это было единственное, что она могла дать ему. Внутри ее кипела немыслимая сила, сходная со светом. Она бы излучила ее прямо ему в сердце, если бы могла.

– Ты Питер, – прошептала Эми и стала шептать дальше, так, чтобы он слышал ее слова: – Ты Питер, ты Питер, ты Питер…

Кровь, понял Майкл.

Они чуют мою кровь.

Он не был уверен, что встать-то сможет, не говоря уже о том, чтобы бежать. Он оставил на полу кровавую дорожку, которая приведет их прямо к нему. Прижавшись спиной к стене, он поджал колени к груди. Зараженные вошли в магазин. Он услышал влажное пыхтение, будто собаки роются в грязи; они слизывали кровь с пола. Майкл ощутил странное возмущение. Эй, оставьте в покое мою кровь! Сладострастное хлюпанье продолжалось. Они настолько сосредоточились на этом, что Майкл уже начал подумывать насчет двери за занавеской. Что за ней? Тупик, или, возможно, лестница, которая ведет в глубь здания? Или даже на улицу? Дверь была скрыта прилавком лишь частично. Некоторое время, в зависимости от того, как быстро он сможет двигаться, он откроется.

Он выглянул из-за прилавка и посмотрел в зеркало, чтобы оглядеть помещение. Зараженные, стоя на карачках, прижались ртами к полу, вращая языками, будто миниатюрными швабрами. Майкл пополз вдоль прилавка, в сторону двери, которая была в трех метрах справа от него. Если бы Зараженные переместились в противоположный угол, прилавок бы полностью закрыл его.

Майкл смотал шарф с ноги. Ткань пропиталась кровью. Свернув ее в комок, он связал концы, чтобы она не развернулась, и приподнялся, стоя на коленях, так, чтобы голова не поднялась выше прилавка. Отвел назад руку и досчитал до трех. И метнул комок через весь магазин.

Он врезался в стену со шлепком. Майкл упал ничком и пополз. Услышал позади топот, а потом щелчки и рычание. Даже лучше, чем он думал: Зараженные стали драться из-за тряпки. Он пролез под занавеску и пополз дальше. Теперь он ни черта не увидит. Прополз еще полметра, миновал дверь и попытался встать. Как только ступня его раненой ноги коснулась пола, Майкл понял, что это мгновение он запомнит навсегда. Боль была просто потрясающая. Он сунул руку в карман рубашки и вытащил коробок спичек. Копошась в темноте, ухитрился вытащить одну, не вытряхнув все остальные. Чиркнул.

Он оказался в узком коридоре с кирпичными стенами, ведущем в глубь здания. Вдоль стен стояли металлические стойки с пустыми вешалками. Воздух здесь был почище, пыли поменьше. Майкл снял с лица платок. Слева от него был проход в небольшую комнату с занавешенными кабинками. Он поглядел вниз; капли крови отмечали его продвижение, будто дорожка из крошек. Кровь хлюпала в ботинке. Спичка догорела, он бросил ее в сторону, зажег другую и двинулся дальше.

Спустя восемь спичек Майкл решил, что выхода наружу нет. Сколько он ни выбирался в боковые коридоры, все время возвращался к центральному. Кто проектировал это здание? Как скоро Зараженные потеряют интерес к тряпке и пойдут по кровавому следу?

Он оказался в последней из комнат. Похоже, это была кухня, с плитой, мойкой и шкафами вдоль двух из четырех стен; посередине был небольшой квадратный стол, заставленный открытыми банками и пластиковыми бутылками. На продавленном матрасе лежали два скелета, их кости были коричневого цвета. Это были первые человеческие останки, которые Майкл увидел в Нью-Йорке. Он присел рядом с ними. Один из скелетов был меньше другого, который походил на взрослую женщину, с длинными иссушенными волосами. Мать и ее ребенок? Вероятно, они спрятались, когда все началось. И лежали здесь уже столетие, запечатлев навечно их последние мгновения любви. Майкл ощутил себя незваным гостем, будто он нарушил священный покой гробницы.