Джастин Кронин – Двенадцать (страница 59)
Однако именно в Экспедиционном Отряде Луций обрел то, в чем нуждался, то, чего у него никогда в жизни не было. Он обрел семью. Первым его заданием была охрана Розуэллской Дороги – охранять конвои солдат и припасов, идущие в гарнизон, в те времена – еще совсем слабый передовой пост. В его подразделении были еще два новых рекрута, Натан Крукшенк и Кертис Ворхис. Крук пришел в Отряд из Внутренней Службы, как и Луций, а вот Ворхис был бригадиром полевых рабочих. Раньше был. Насколько знал Луций, ему в жизни из винтовки стрелять не приходилось. Но в Бойне он потерял жену и двух юных дочерей, и поэтому никто не смог отказать ему. Грузовые машины ехали днем и ночью, и на обратной дороге в Кервилл конвой попал в засаду. На них напали за час до рассвета. Луций ехал в «Хамви» вместе с Круком и Вором, позади первого в колонне заправщика. Когда на них ринулись Зараженные, Луцию пришла в голову лишь одна мысль. Все, нам крышка. Мне отсюда живым не выбраться. Однако сидевший за рулем Крукшенк либо имел другое мнение на этот счет, либо ему плевать было. Он выжал газ, а Ворхис, стоявший у пулемета пятидесятого калибра, начал отстреливать врагов. Они еще не знали, что водитель заправщика уже мертв, что его выдернули прямо через лобовое стекло. Поехали сбоку от машины, и в этот момент заправщик вильнул влево и подрезал «Хамви». По всей видимости, Луций потерял сознание от удара, поскольку следующее, что он осознал, – что Крук тащит его из разбитой машины. Заправщик горел. Остальные машины конвоя исчезли, умчавшись дальше по Розуэллской Дороге.
Их бросили.
Последующий час стал самым коротким и одновременно самым длинным в жизни Луция. Снова и снова нападали Зараженные. Снова и снова трое солдат ухитрялись отбить атаку, не стреляя до последнего, до тех пор пока твари не оказывались в считанных шагах от них. Можно было бы попробовать убежать, однако перевернувшийся «Хамви» был их единственной защитой, а Луций и идти не мог, поскольку у него была сломана лодыжка.
К тому времени, когда их обнаружил патруль, они сидели на перевернутом «Хамви», хохоча до слез. Луций понял, что ближе этих двух людей, вместе с которыми он прошел мрачный коридор той ночи, у него никогда не было и не будет.
Розуэлл, Ларедо, Тексаркана, Лаббок, Шривпорт, Кирни, Колорадо. Луций не видел Кервилл годами, не видел спасительного убежища, окруженного стенами и ярким светом. Его дом всегда был где-то еще. Его домом стал Экспедиционный Отряд.
Пока он не повстречал Эми, Девочку Из Ниоткуда, когда изменилось все.
Ему предстояло принять троих посетителей.
Первый пришел рано утром, в сентябре. Грир уже позавтракал жидкой овсянкой и закончил свой утренний комплекс калистеники – по пятьсот отжиманий и подъемов корпуса, потом такое же количество приседаний и выпадов. Сделал пятьдесят подтягиваний, сериями по десять, на железной трубе, идущей под потолком камеры, как Бог заповедал. Закончив, сел на край койки и принялся успокаивать сознание, дабы возобновить свое незримое путешествие.
Он всегда начинал это с повторения молитвы, которую выучил наизусть еще у Сестер. Главным в ней были не слова, а, скорее, ритм все равно как разминка и растяжка перед упражнениями, подготовка сознания к предстоящему прыжку.
Он еще только начал, но его мысли прервал грохот задвижек. Дверь в камеру распахнулась.
– К тебе посетитель, Шестьдесят Второй.
Луций встал, увидев, что вошла женщина. Худощавого телосложения, темные с проседью волосы, небольшие темные глаза, излучающие силу и власть. Женщина, которой ему придется раскрыть все его тайны, для которой он – будто открытая книга. Под мышкой у нее была небольшая папка.
– Майор Грир.
– Мадам Президент.
Она повернулась к охраннику, крепкого телосложения мужчине лет пятидесяти.
– Благодарю, сержант. Можете оставить нас.
Охранника звали Кулидж. Своих тюремщиков надо знать, он и Луций хорошо знали друг друга, пусть Кулидж, похоже, и понятия не имел, как воспринимать верования Луция. Обычный человек, практического склада, искренний, но недалекий, двое взрослых сыновей, оба во Внутренней Службе служат, как и он сам.
– Вы уверены?
– Да, спасибо, сержант. На этом все.
Мужчина вышел и закрыл за собой дверь. Президент прошла чуть дальше и оглядела тесную камеру.
– Невероятно, – сказала она, глядя на Луция. – Они сказали, что вы никогда не выходите.
– Не вижу причин для этого.
– Но чем же вы тогда весь день занимаетесь?
Луций позволил себе улыбнуться.
– Тем же, чем занимался, когда вы пришли. Размышляю.
– Размышляете, – повторила Президент. – И о чем?
– Просто размышляю. У меня есть мысли.
Президент сдержалась, ничего не сказав, и опустилась на стул. Луций сделал то же самое, присев на край койки, и они оказались друг напротив друга, лицом к лицу.
– Первое. Меня здесь не было.
– Так точно.
Она открыла папку и вытащила пожелтевший лист бумаги. Протянула его Луцию.
– Узнаете это?
Карта, нарисованная углем. Река, примерная линия дороги, пунктирные линии, обозначающие края комплекса. Не просто комплекса – целого города.
– Где вы это нашли? – спросил Луций.
– Это не имеет значения. Вы знаете, что это?
– Определенно.
– Каким образом?
– Потому что это рисовал я.
Его ответ был ожидаемым, Луций понял это по выражению лица женщины.
– Отвечу на ваш вопрос. Это было в личных бумагах генерала Ворхиса, в штабе. Не слишком много усилий потребовалось, чтобы выяснить, кто еще с ним был. Вы, Крукшенк и молодой рекрут по имени Тифти Лэмонт.
Тифти. Сколько же лет Луций не слышал это имя? Конечно, в Кервилле все знают Тифти Лэмонта. Крукшенк. Луций почувствовал печаль, тоску по своему другу, погибшему, когда был уничтожен Розуэллский Гарнизон, пять лет назад.
– Это место на карте, как думаете, сможете ли вы его снова найти?
– Не знаю. Очень давно это было.
– Вы еще кому-нибудь об этом рассказывали?
– Когда мы вернулись в штаб, нам было совершенно определенно приказано никому об этом не рассказывать.
– Вы помните, кто именно отдал приказ?
Луций покачал головой.
– Я и не знаю. Отряд возглавлял Крукшенк, Ворхис был его заместителем. Тифти был снайпером-разведчиком.
– Почему Тифти?
– По моему опыту, лучшего разведчика, чем Тифти Лэмонт, не сыскать.
Президент снова нахмурилась от одного упоминания этого имени. Великий гангстер Тифти Лэмонт, глава подпольных торговцев, самый разыскиваемый из всех преступников.
– Как думаете, сколько там было людей?
– Сложно сказать. Много. Этот город вдвое больше Кервилла. И, насколько мы смогли увидеть, они были хорошо вооружены.
– У них есть электричество?
– Да, но мне не кажется, что они нефть используют. Скорее гидроэлектростанцию и биодизель для машин. Сельскохозяйственный и промышленный комплексы у них просто огромные. Казармы. Три больших сооружения, одно в центре, с куполом, второе южнее, похожее на бывший футбольный стадион. Третье, с западной стороны от реки, мы так и не поняли, что это. Такое впечатление, что его еще строили. Днем и ночью работали.
– И вы не контактировали с ними.
– Нет.
Президент показала на линию периметра.
– Вот это…
– Укрепления. Забор. Достаточно прочный, но не настолько, чтобы сдержать драков.
– Тогда зачем он, как думаете?
– Не могу сказать. Однако у Крукшенка была теория.
– Какая же?
– Чтобы не выпускать тех, кто внутри.
Президент поглядела на карту, а потом снова на Луция.