Джасинда Уайлдер – Разоблаченная (страница 46)

− Который час? − спросила я.

− Что?

− Потому что я понятия не имею сколько, а мне интересно.

Логан поворачивает запястье, для того чтобы посмотреть на часы.

− Два тридцать пополудни.

− Я устала. − Мне хочется открыть глаза, но я не могу. Они меня не слушаются. − Прости меня, я сегодня совсем невеселая. Просто... я очень устала.

− Я рядом, Изабель. Просто расслабься. Давай. Я с тобой.

Я всегда проваливаюсь в сон рядом с Логаном. Возможно из-за того, что чувствую себя в безопасности рядом с ним.

Я вижу сон о Логане. О том, что я нагая с ним. И нет ничего между нами. А потом я вижу разбитое стекло и искореженный металл, и тьму, и дождь. И Логан во Тьме со мной, под дождем, но вне досягаемости.

Вне досягаемости. И во сне, и в жизни.

***

Я просыпаюсь одна, охваченная ужасом. Пот градом. Слезы. Остатки сна наполняют мой разум страхом, фрагменты ночного кошмара трепещут на задворках моей души. Голодные глаза, красные во тьме, ослепляют меня яркими вспышками. Лед по моим венам. Потеря. Путаница. И все это беспорядочно, дико, спутано на уровне интуиции и в тоже время бессмысленно.

Пытаюсь дышать через все это, но не могу. Не могу дышать. Моя грудь стиснута железными обручами, они мне мешают сделать глоток воздуха. Руки дрожат. Слезы катятся по щекам свободно и неудержимо. С болью пытаюсь вдохнуть, но у меня не получается. Ужас колотится внутри черепной коробки и сжимает мое сердце так, что оно трепыхается, как крылышки маленького воробья.

Где Логан?

А я где?

В его кровати. Матрац слишком большой и пустой для меня. Одеяло сбилось у изножья кровати, простынь закрутилась вокруг моих бедер. Я мокрая от пота. Снаружи темно. Цифровые часы на тумбочке показывают 1:28 утра. Темно. Свет выключен. Лунный свет пробивается сквозь оконное стекло и серебристой дорожкой пробегает по полу, отражаясь на моей коже. Я раздета, но нижнее белье на мне. И я не помню, как раздевалась.

Мне удается хрипло вдохнуть. Еще раз. Голос у меня колючий.

− Логан?

Ничего.

− Логан? − немного громче.

Я соскакиваю с кровати, ударяясь ногами об пол. Деревянный пол холодит мои ноги. Бюстгальтер очень тесен, сдавливает меня. Тяжело дышать. Ищу пальцами застежку и срываю его, отбрасывая прочь.

Головокружение. Во рту сухо. Голова просто раскалывается.

Я не могу дышать.

Я не могу дышать без Логана.

Нахожу его спящим на диване, одетого всего лишь в легкие шорты и больше ничего. Ноутбук на кофейном столике открыт, экран темный, рядом сотовый телефон, блокнот и ручка. Несколько телефонных номеров написаны ниже, все местные, Нью-Йоркские с кодом 212. Какие-то знаки, перечеркнутые буквы, каракули. Абстрактные знаки, кляксы, квадраты, переходящие в треугольники, дуги и кривые, становящиеся деревьями. Что-то написано на самом краю страницы и подчеркнуто несколько раз.

Якоб Каспарек.

Под ним еще слова, соединенные с именем темной жирной стрелкой: «был выписан».

Что это могло означать?

Мне достаточно просто видеть его, для того чтобы успокоиться. Логана что-то беспокоит, он ворочается. Я опускаюсь на диван рядом с его головой, закапываю пальцы в его волосы. Он бормочет что-то неразборчивое и подается вперед, ближе ко мне. Я кладу его голову на свои колени, и он совсем как мальчишка издает слабый довольный звук, что-то тает в моей груди от этого. Рука Логана лежит на моем бедре, и я вжимаюсь в диван, опираясь ногами в кофейный столик, а его рука обхватывает меня за талию между спиной и диваном.

Я не засыпаю, но могу просто отдохнуть, закрыть глаза и расслабиться, позволить чувству покоя проникнуть в меня.

Я нуждаюсь в этом мужчине всем сердцем.

ГЛАВА 12

Я дремала до рассвета.

В какой-то момент, уже после восхода солнца, Логан внезапно и быстро проснулся и, моргая, уставился на меня.

− Изабель?

Я улыбаюсь ему.

− Привет.

Глазами он скользит по моей груди. И изо всех сил пытается отвести свой взгляд от них.

− Какого... хм. Что случилось?

− Мне приснился кошмар. Я проснулась, а тебя рядом нет. Вот и пошла тебя искать.

− У тебя был кошмар, но я почему-то уснул на твоих коленях? − он хотя бы не уходит с моих коленей и это меня вполне устраивает.

− Когда я вижу кошмары, они обычно кидают меня в паническую атаку. Я не могу дышать, не могу двигаться. Трудно даже думать. Но когда я увидела тебя спящим здесь, это... это успокоило меня. И ты, спящий на моих коленях − это идеально. Именно то, что мне было нужно.

− Мне жаль, что меня не было рядом, когда ты проснулась.

− Но ты был там.

− Ты знаешь, что я имею в виду. − Он потирает глаза, прогоняя остатки сна. Его взгляд постоянно возвращается к моей обнаженной груди. − Боже, ты великолепна.

− Как и ты, − говорю я.

И это так. Пока он спал, я провела много времени за рассматриванием его татуировок, пыталась разгадать образы, набитые в изображениях. Обводила контуры его мышц пальцами, слушала его дыхание.

− Тебе надо накинуть рубашку. Или мне нужно выйти в другую комнату. − Его голос с низкими нотами хрипит, он садится, и я вижу, как я влияю на него. Он отворачивается, чтобы скрыть это, но я уже вижу его эрекцию, натягивающую шорты до упора.

− Ты случайно не видел где-нибудь мою одежду? − спрашиваю я.

Он встает.

− Да, я снял ее, когда уложил тебя в постель. Подумал, что так ты будешь лучше спать.

− Очень заботливо с твоей стороны, − говорю я и смотрю на него. − Но обычно я не сплю в бюстгальтере. Это очень неудобно. Может быть, в следующий раз ты снимешь с меня и его тоже.

Он исчезает в своей спальне и возвращается с моим платьем.

− Я не знаю, смогу ли выдержать это испытание. – Он передает мне мою одежду. − Я − в душ. Не хочешь пойти до меня?

Я трясу головой.

− Нет. Спасибо. Я в порядке.

Он смотрит на меня напоследок, его взгляд скользит по моему телу с явным желанием. А потом он уходит в ванную комнату, и становится слышно, как шумит душ. Не прошло и нескольких минут, как я вспоминаю о написанной им записке и возникших в связи с ней вопросах. Я решаю задать их ему и распахиваю дверь ванной. Меня встречают запахи пара и мыла. В душевой есть стеклянная перегородка, но я вижу его четко, окутанного лишь пеленой плотного клубящегося пара. Его обнаженное тело великолепно, прекрасно, красиво. И я смотрю на него, наблюдаю за ним. Он стоит лицом к потокам воды, одной рукой опираясь на стену, а вода заливает его затылок и голову. Он наклонился вперед, выгнув спину.

Мне требуется лишь мгновение, чтобы понять, чем он занимается; его рука медленно движется вверх и вниз по внушительной эрекции. Мастурбирует. И не знает, что я здесь, а я молча смотрю с восторгом. С возбуждением. Глаза закрыты. Челюсти сжаты. Поза кричит о внутренней борьбе, некоем большом конфликте с самим собой. Он сжимает себя яростно и крепко. И я смотрю и думаю о том, насколько нежнее была бы. Я смотрю и не чувствую никакой вины за свой вуайеризм. Я должна чувствовать вину, но нет. Только удовольствие. Меня бросает в жар, киска наполняется влагой. Я хочу прикоснуться к нему. Снять с себя нижнее белье и скользнуть к нему в душ, заменить его руку своей. Хочу обвить ноги вокруг его бедер и почувствовать его внутри себя. Почувствовать, как он берет меня, разрывает, опустошает. Как насилует меня.

Я помню, что он сказал мне на пороге этой ванны.

− Оденься, Х. Прежде чем ты узнаешь, сколько мне требуется самообладания, чтобы не потерять контроль и не сотворить с тобой... не изнасиловать тебя до обморока.

Я хочу, чтобы он взял меня силой.

Но я не могу этого допустить. Не сейчас, когда на моей коже все еще свеж запах Калеба. Я хочу Логана. Он нужен мне. Отчаянно нуждаюсь в нем. Но я не могу. До тех пор, пока не разорву оковы Калеба.

Боже. Рука Логана размыта в очертаниях и его тело покачивается, выпрямляясь. Ладонь, сжатая в кулак вокруг члена, почти врезается в его основание и вновь поднимается к вершине. Я загипнотизирована видом его напряженных ягодиц, выгибающихся в тот момент, когда он вонзает свой член в кулак и его головка становится пурпурной от жестокой силы захвата. Я не смогла бы сейчас отвести взгляд, даже если бы сильно этого захотела.

Он стонет тихо и сдержанно. А потом снова начинает свои размытые раскачивающие движения, прислоняясь всем своим весом к мраморной стене. Уткнувшись лицом в локоть, толкает бедра вперед. Выгибая корпус и прогибая спину в позвоночнике. Символ мужественности со всеми этими его мышцами, татуировками, состоящий только из твердой плоти и углов.

Я чуть не кончила вместе с ним. Фонтан спермы вырвался из него, пачкая мрамор и стекая по нему каплями, смешиваясь с водой и убегая в сток канализации. Но он продолжает терзать свой член, накачивая его до тех пор, пока из кончика головки не вырывается следующий поток, а после, сжав свой член у основания, он трет там, пока из него не хлещет третий фонтан белой вязкой жидкости. И только потом он оглаживает головку, сжимает, медленно проводя рукой по всей длине, и опять сжимает. Наконец, он закончил.