Джанин Фрост – Дважды соблазненный (ЛП) (страница 22)

— Не беда, я возьму сама, — попробовала я еще раз.

Взгляд Иши сузился, даже когда она улыбнулась, сморщив линий, которые явно указывали, что ей было за шестьдесят, когда ее изменили.

— Ерунда, это будет мне в радость. Мне передать поднос в вашу спальню или в гостиную на втором этаже?

Ее тон не мог быть более сдержанным. То же самое с ее словами, и все же, я чувствовала себя так, словно мне сделали выговор.

— В гостиной будет прекрасно. Э, спасибо, госпожа… — Дерьмо, я не знала ее фамилии. «Зови меня Ишой, дорогая!» сказала она, когда мы встретились, и до сих пор мы обращались друг к другу только по имени. Она отвернулась, не сказав ни слова, возвращаясь к своей разделочной доске. Быстрее, чем машина, она кромсала кучу овощей, утренний свет сверкал от ее ножа.

Я ушла, но решила выбрать длинный путь, ведущий обратно в комнату. Было кое-что, что я хотела проверить в первую очередь.

Когда я бродила по лестнице, я останавливалась, чтобы поприветствовать каждого человека, которого знала. Все они были безупречно вежливыми, но люди, которых я когда-то считала друзьями, сейчас были как Степфордские жены, которые и, то казались теплее в сравнении с ними. Если бы у меня было обоняние нежити, запах неодобрения уже давно бы забил мои ноздри.

И не нужно большого ума, чтобы выяснить, почему. Угадайте-ка, я сделала непростительную ошибку, расставшись с их Мастером.

Даже если бы они выслушали все мои доводы, очевидно, они думали, что я должна была с благодарностью принимать все крохи любви, которые предлагал мне Влад.

Теперь я знала, как себя чувствовали в машине для пинбола, все, чего я касалась, казалось, отскакивалось от меня так быстро, как только могло. Холодность его людей не должна была меня беспокоить, но все же это было так. Мой желудок заурчал, напоминая мне, что я не ела ничего в течение дня, но вместо того, чтобы пойти на второй этаж, я пошла к небольшой лестнице позади внутреннего сада. Затем я последовала по закрытому каменному коридору, и открыла вторую дверь бывшей часовни.

Спортзал. Я провела большую часть своего детства в одном из таких, так что шкивы, коврики, навесы, батуты, и брусья значили для меня больше, чем любое физическое упражнение. Они были машиной времени уводящей меня в беззаботное прошлое, прежде чем я коснулась той электролинии, подарившей мне силу. Я подошла к батуту и начала серию сальто, но они напомнили мне слишком многое из нашего шоу с Марти. Я спрыгнула и пошла к мату, борясь со всплеском горя.

Там я начала делать обычные движения, которые я усовершенствовала годы назад, когда мне было еще тринадцать, и я пробивалась в олимпийскую сборную по гимнастике. Мое тело не было готово, так же на мне не было подходящей одежды, но я все равно выполнила полный набор упражнений. Затем еще один раз, и еще. Вскоре мои джинсы и футболка покрылись потом, но я не останавливалась. Еще немного, если я приложу достаточно усилий, и я почти смогу услышать голос своей матери.

Кто моя маленькая чемпионка? Я так горжусь тобой, дорогая…

— Лейла! — раздался голос не из моего воображения. Он исходил от клубничной блондинки через всю комнату.

— Кто еще не знает, что Лейла вернулась! — отозвалась в коридоре Сандра. Затем она бросилась вперед с улыбкой на лице. — Почему ты не сказала нам?

Ее истинное счастье было как бальзам на язвительный ожог. Если бы не удар током на смерть, я бы ее тот час обняла бы.

— Я, ээ… — боялась, что на меня снова накричат или продинамят, — не была уверена, что вы не спите, — закончила я неубедительно.

Сандра засмеялась.

— Час назад я спала, но это же прекрасно. Почему ты вернулась? Ты и Влад…

— Она здесь! — вклинился Джо, отрезая вопрос Сандры. За самое короткое время, я обнаружила, как здороваюсь со своими старыми друзьями и завожу новые знакомства с утренними донорами, у которых сдвинулся график кормления дома.

— Ну же, расскажи нам все, — командовала Сандра. Затем она улыбнулась. — Я действительно хочу все знать.

Я не могла рассказать ей обо всем, но я могла выдать некоторые детали. Кроме того, кухня была выше и здесь, и в отличие от той, что была наверху, здесь не было вампиров, затаивших на меня обиду.

Глава 19

После пары приятных часов с Сандрой и другими, я поднялась наверх. Там я провела пару неприятных часов с Гретхен и моим отцом, пытаясь объяснить им, что кто-то подложил бомбу в газопровод и тот же человек может посчитать мою семью отличной приманкой, если он или она поймут, что я выжила. Мой отец, подполковник в отставке, понял меня, и казалось, готов был простить. Что, подумала я, никогда не будет с Гретхен.

В конце концов, я вернулась к себе в комнату и приняла еще один душ. Как только я вымылась и оделась, я стала всматриваться за окно на темнеющее небо и старалась не думать, что Влад уже проснулся. Из всех людей, злившихся на меня, он имел на это право. Несмотря на то, как холодно он закончил наши отношения, и как тяжело было находиться рядом с ним, я все еще должна была ему извинения за предположение, что он мог устроить взрыв на карнавале. В следующий раз, когда я его увижу, я выплачу этот долг.

До тех пор я отвлекала себя мыслями о том, что делал Максим. Я не собиралась спрашивать о нем персонал или Влада, который мог взорвать его, как жидкость для зажигалки. Тем не менее, у меня был и другой способ увидеть, выздоровел ли Максим.

Я провела рукой по своей коже, находя сущность Максима. Затем я сосредоточилась на ней, пока Голубая Комната не исчезла, и меня не окружила полная темнота. На секунду меня это смутило. Но потом я увидела зеленый свет и услышала голос Влада.

— …я бы предпочел иное. Я бы лучше тебя убил.

Тяжелый вздох.

— Тогда почему так и не сделал? — спросил голос Максима.

Я все еще не могла его видеть, но он был в здравом уме, с моей огромной помощью. Где же он был, что единственным светом были лишь глаза Влада?

— Лейла, — мое имя повисло в накаленном воздухе. Влад испустил короткий смешок. — Она отказывалась сказать мне, где она, пока я не поклянусь, не мучить и не убивать тебя.

Максим тоже засмеялся, но он звучал не так же весело.

— Она упустила кое-что, как вечное лишение свободы.

— Она молода, — сказал Влад, — и не может помнить об этом вечно. В этом веке или другом, я смогу испустить на тебя свой гнев.

Что-то лязгнуло, а затем еще одна вспышка зеленого заполнила темноту. Глаза Максима осветили достаточно, чтобы я смогла увидеть его лицо прижатое к толстой металлической решетке.

— Тогда она уже давно будет мертва, — прохрипел он.

Взгляд Влада заблестел ярче.

— Будет ли?

Теперь я знала, где были эти двое, и меня пронзила ярость. Максим не остался в доме Менчереса. Он был примерно в сотне футов ниже меня в подземной темнице Влада!

— Лейла отказалась от твоего предложения превратить ее в вампира, — тон Максима был жестким. — Она сделала это с тобой, помнишь?

Смех Влада был столь неустанным, как гром во время весеннего шторма.

— Если бы ты так считал, тебе бы не пришлось лгать ей обо мне. Ты, вероятно, догадался, что я позволил ей отпустить меня, но я не отпускал ее. Вот почему ты не давал ей связаться со мной, убеждая ее, что я мог устроить взрыв.

— Ты и так мог, — зарычал Максим.

Влад сверкнул рукой, накрывая руку Максима. Лишь толстые металлические стержни разделяли его лицо, когда он наклонился к нему на дюйм.

— Тебе должно быть хочется в это верить, — сказал он тихо. — В противном случае, ты предал меня ни за что.

Оба светящихся взгляда показывали каждый нюанс их каменных выражений. Наконец, рот Максима искривился, и он выдернул свою руку из-под руки Влада.

— О, я бы не сказал, что ни за что.

Моя челюсть отвисла. Его намек был очевиден, а когда руки Влада покрыл огонь, это было еще и доказано. Часть меня обиделась на ложные намеки, в то время как другая часть аплодировала Максиму за сказанное, несмотря на его беспомощное положение.

Я должна была что-то сделать. Закрытие его глубоко в подземелье считается пытками в моем понимании, особенно учитывая то, что Влад сказал Максиму, что тот останется там, навек или два.

Влад рявкнул что-то в ответ, но комната расплылась вокруг меня, темнота уступила лавине синего, когда я потеряла связь. После того, как я вернулась, я почувствовала головокружение, и мне не было нужды в зеркале, чтобы узнать, что такое теплое текло из моего носа. Ярость, охватившая меня, не придала этому значения. Влад может думать, что он взял надо мной верх, но я собиралась доказать ему обратное.

Я вытерла кровь с верхней губы и выбежала из своей комнаты, почти сбежала по лестнице во внутренний сад и по лестнице вниз позади него. Я делала шаги, беря по две за раз ступеньки, поворачивая налево от туннеля вместо моего обычного пути. Мои шаги отдавались эхом в замкнутом пространстве, но я замедлила их на последних двадцати метрах. У меня был план, как пройти мимо охранников, и, просто подбежать к ним этому бы не помогло.

Коридор изгибался и сужался, заканчиваясь на двух вампирах перед железной дверью толщиной в один фут.

— Мне очень жаль, Мисс Далтон, вы не можете войти сюда, — сказал светловолосый. Затем он нахмурился. — У вас кровотечение.

Я одарила его своей лучшей беспомощной женской улыбкой, надеясь, что он ошибочно расценил веявшую от меня ярость.