Джадсон Филипс – Холостой прогон (страница 33)

— Не социологический, не сомневайтесь, — спокойно ответил Кривич.

— По крайней мере, мы можем позволить себе расположиться с большими удобствами, — заметила Беатрис Лоример. — Прошу вас, пройдем в гостиную.

Она вошла в гостиную первая и изящно уселась на диванчик в углу. Квайст поймал её приглашающий взгляд, но прошел мимо и встал за одним из кресел, опершись на его высокую спинку. Так, чтобы смотреть на Беатрис Лоример сверху вниз. Время флирта миновало, моя дорогая, подумал он.

— Шаллерт, будьте добры, приготовьте кофе, — сказала Беатрис. Дворецкий выскользнул из гостиной.

Грант закурил сигарету и уселся на край длинного стола, вид у него был настороженный.

— Значит, вы здесь с официальным визитом, лейтенант? — спросил он.

Кривич, как и Квайст, остался стоять.

— В то утро, когда была зверски убита миссис Стилвелл, из этого дома было сделано несколько междугородных звонков, — сказал он. — С того телефона, номер которого имеется в справочнике, трижды звонили адвокату Давида Хайма Леви, малопочтенному Максу Готтфриду, и один раз — доктору Франклу. Мистер Готтфрид кое-как объяснил, кто и зачем ему звонил. Доктор Франки объяснения дать отказался, сославшись на врачебную тайну.

— Думаю, ему звонил Дэйв, — быстро, слишком быстро ответил Патрик Грант. — Марсия впала в истерику. Кроме нее, здесь никто не нуждался во врачебной помощи. Потом Дэйв вызвал для неё местного врача, доктора Табора.

— С этой версией я уже знаком, — отмахнулся Кривич. — Да, кстати, не подскажете ли, куда увезли миссис Леви? Кажется, речь шла о какой-то лечебнице на Лонг-Айленде, миссис Лоример? Нельзя ли поточнее?

— Но это все, что счел нужным сказать мне Дэйв. Он не упомянул ни о названии лечебницы, ни о её местонахождении, — ответила Беатрис Лоример.

— Очень жаль, — констатировал Кривич.

— Мистер Леви, без всяких сомнений, может легко ответить вам на этот вопрос, — сказал Патрик Грант.

— К сожалению, мистер Леви с тех пор, как он покинул этот дом, совершенно недосягаем для кого бы то ни было, — заметил Кривич. — Но я проделал довольно долгий путь сюда из Нью-Йорка для того, чтобы задать совсем другой вопрос. — Внезапно ставшие ледяными глаза Кривича буквально впились в Гранта, сидевшего на краю стола и нервно покачивавшего ногой. — Были другие междугородные вызовы, сделанные с того телефона Марка Стилвелла, номер которого не значится ни в одном справочнике.

— В то ужасное утро пришлось делать много неотложных дел, — неохотно сказал Грант. — Надо было отменить несколько деловых встреч, известить о случившемся двух или трех друзей. Разговоры велись по обеим линиям, конечно.

— Меня интересует лишь один вызов, — продолжал настаивать Кривич. — Я бы очень хотел знать, кто заказывал разговор с Эдвардом Виккерсом и о чем шла речь.

Грант вдруг перестал раскачивать ногой, его глаза сузились, превратившись почти в щелочки.

— Кто такой Эдвард Виккерс, Пат? — спросила Беатрис.

— Кто такой Виккерс, мне известно, миссис Лоример, — сказал Кривич. — Профессиональный убийца, человек, торгующий услугами горилл, вот кто он такой. Сейчас меня интересует совсем другое. Повторяю вопрос: кто и зачем звонил ему?

Грант мог бы отрицать свое знакомство с Виккерсом, но он не стал делать этого.

— Вы дали несколько необычную характеристику этому человеку, — ответил он. — М-да-а…

— Так кто ему звонил? — всё так же спокойно повторил свой вопрос Кривич.

Грант швырнул недокуренную сигарету в камин, но не попал. Тогда он встал со стола, подошел к камину, наклонился, поднял окурок и аккуратно затолкал его в самую середину небольшой кучки холодного серого пепла.

Было совершенно очевидно, что он тянет время.

— Мы почти уверены, что Виккерс так или иначе причастен к убийству лейтенанта Джадвина, — продолжал давить Кривич. — Нам необходимо знать, не из этого ли дома он получил соответствующие инструкции.

Грант резко обернулся и посмотрел Кривичу прямо в глаза.

— Вы арестовали Виккерса? — выпалил он.

— Нет, — ровным голосом ответил лейтенант.

— У вас есть веские доказательства его вины?

— Мы знаем, что с ним разговаривали из кабинета Марча Стилвелла, — сказал Кривич. — Нам также известь о, что Виккерс уже давно пользуется услугами адвокат-» Макса Готтфрида, которому в то утро трижды звонили из этого дома. Вы нам очень поможете, мистер Грант, прояснив вопрос, кто и зачем звонил отсюда Виккерсу.

Грант закурил следующую сигарету.

— Ему звонил я, — ответил он наконец.

— Пат! — воскликнула Беатрис Лоример, и Квайст почувствовал в её восклицании какую-то фальшь.

— Вторая половина моего вопроса: зачем? — Голос лейтенанта оставался спокойным и ровным.

Было ясно — Грант твердо решил, какой линии в разговоре ему следует придерживаться, потому что на этот раз он ответил легко и быстро:

— У нас с Марком на то утро была назначена деловая встреча с Виккерсом в Нью-Йорке. После случившегося ни о какой встрече, разумеется, не могло быть и речи. Я позвонил Виккерсу и отменил наше рандеву, вот и все.

— Очень любезно с вашей стороны, — сухо сказал Кривич. — Не поясните ли вы мне теперь, какие общие интересы могли быть у Марка Стилвелла и у вас с Эдвардом Виккерсом?

— Мне не кажется, что я обязан отвечать на подобные вопросы, лейтенант!

— Вы не будете возражать, если я позволю себе высказать предположение, что реальным содержанием вашего разговора был приказ устранить капитана Джадвина, отданный вами Виккерсу?

— То, о чем вы говорите, какое-то безумие, лейтенант, — тихо сказала Беатрис Лоример. Она страшно, до синевы побледнела, потом её лицо пошло пятнами, и этого не смог скрыть даже великолепно выполненный макияж.

Но Гранта не так-то просто было вывести из себя. Он продолжал упорствовать:

— Методы управления, которыми порой приходится пользоваться, когда занимаешься большим, по-настоящему большим бизнесом, порой проходят по грани дозволенного, лейтенант, — сказал он. — А иногда, вынужден признать, и за этой гранью. Мне Виккерс был известен как своего рода детектив. Другие иногда называют подобную деятельность промышленным шпионажем. Мы прибегали к услугам Виккерса и ему подобных, когда нам требовалось получить конфиденциальную информацию о корпорации, с которой предполагалось осуществить слияние.

— Позади очень длинный день и не менее длинная ночь, — устало сказал Кривич. — И меня вовсе не интересуют маленькие секреты большого бизнеса, мистер Грант. Меня интересует совсем другое.

Грант позволил себе слегка улыбнуться:

— Если вы не хотите слушать правду, я ничем не смогу помочь вам, лейтенант.

В разговор вмешался Квайст:

— На вечер у вас была назначена встреча с одной из моих сотрудниц, Глорией Чард. Согласившись сперва на эту встречу, вы затем уклонились от нее. Почему?

— Дела заели, — пожал плечами Грант.

— И вам пришлось срочно вернуться сюда, чтобы устроить эти дела, не так ли? — продолжал наседать Квайст. — Да, дел у вас прибавилось. Известие о том, каким образом Виккерс разделался с моим партнером Дэном Гарвеем, расстроило все ваши планы, и вы сломя голову помчались в Вестчестер. Чтобы предупредить Беатрис Лоример и Марка Стилвелла, чтобы согласовать ваши дальнейшие действия, верно?

— Я не понимаю, о чем идет речь, — упрямо сказал Грант.

— Где Лидия? — резко спросил Квайст; его напряженный голос не предвещал ничего хорошего.

Кривую улыбку словно ветром сдуло с лица Патрика Гранта.

— Вы о чем? Если вам неизвестно, где Лидия, так откуда мне знать?

— Ты знаешь, — свистящим шепотом сказал Квайст, — потому что Виккерс твой человек, а похитил Лидию именно Виккерс.

— Да у вас просто крыша поехала, — запинаясь, проговорил Грант и отступил на шаг.

Кривич вздохнул:

— Ну что ж, как я уже упоминал, накануне был слишком длинный день, за которым последовала слишком длинная ночь. Я должен положить всему этому конец. Я беру вас обоих под стражу по обвинению в особо тяжком преступлении, а именно в сговоре с целью совершения убийства!

— У меня есть право позвонить моему адвокату, — надтреснутым голосом сказал Грант.

— Разумеется. Только не пытайтесь звонить Максу Готтфриду. Его номер вам не ответит, — предупредил Кривич. — Уважаемый мэтр будет арестован по тому же обвинению. Собирайтесь. Полагаю, в вестибюле найдется телефон. В этом доме полно телефонов, — с отвращением закончил он, повернулся и вышел из гостиной.

Беатрис Лоример поднялась с диванчика и подошла к Квайсту:

— Джулиан, это чистой воды безумие! Неужели вы думаете…

— Я думаю, как очень удачно выразился лейтенант, когда мы подъезжали к вашему дому, что скоро вы все будете отведывать весьма нехитрые блюда с алюминиевых тарелок, Беатрис. Если только…

— Если только что, Джулиан? — Она коснулась его руки. Её пальцы были холоднее льда.

— Если только вы все не покрываете кого-то одного, — нехотя сказал Квайст. — Может быть, Давида Леви? Или Марка, который служит ширмой, прикрывающей всю вашу лавочку? Что все-таки видела Марсия Леви, и где нам её искать, чтобы узнать ответ?

— Я же говорила вам, Джулиан, где-то на Лонг-Айленде.