Дж. Уорд – Воскрешенный любовник (страница 31)

Я его женщина? — подумала Эрика прежде, чем темнота накрыла её.

Глава 17

Лэсситер, охваченный злобой, держал в руках жизнь этого человека… пока кто-то не вышел из клуба. Он бы даже не посмотрел, но в последнее мгновение бросил взгляд в сторону фигуры, выпорхнувшей из обители компьютерной музыки и пьяной толпы. Это была женщина, и она, подняв руку, откинула волосы от шеи, словно ей было жарко.

Не её он искал здесь.

В сторону различия между видами, у этой женщины были тёмные волосы, а не серебряные, и она носила короткую юбку, которую он не мог представить на Рэйвин. Но когда она обратила внимания на них с вышибалой, он перенес на её лицо черты женщины, не покидающей его мысли.

Когда она прищурилась, показалось, будто это Рэйвин смотрит на него с подозрением. Будто знает, что он замыслил недоброе.

— У вас всё в порядке? — спросила она.

Её слова опустошительным образом порицали его действия. Его отсутствие самоконтроля. Сочувствия и сострадания.

Словно он был одержим демоном, хотя она не вошла в его душу.

Лэсситер снял чары с вышибалы, а потом, потому что не мог вынести даже мысль, что гипотетическая Рэйвин поймала его на непозволительном, он вошёл в мысли женщины и отправил её назад в клуб, стирая воспоминания об увиденном.

Но поиграв с её памятью, он сам никак не мог повернуть время и изменить своё намерение. Перепрограммировать свою реакцию…

— Я в порядке?

Вышибала в травяной рубашке и с дерьмового цвета брюками поднёс руки к лицу в жесте Кевина Маккалистера, словно боялся, что его голова слётит с плеч, как цветок одуванчика.

— Я не знаю…всё ли со мной в порядке, — выдохнул он хрипло.

Закрывая глаза, Лэсситеру захотелось броситься под машину. Это и не убьёт его, но, может, сломает пару костей, подарит сотрясение, пустит немного крови, в качестве искупления за то, что он едва не совершил.

— Ты в порядке, Пит, — пробормотал он.

— О. — Парень покачал. — А откуда ты узнал моё имя?

— Я всезнающий. — О чем он порой чертовски жалел. — Твоего отца зовут Тэд, а маму — Мэрилин. Они едва не развелись в прошлом году. Твоя сестра вышла замуж за мудака… кстати, она беременна и не уверена, что хочет этого ребёнка. Тебе нужно отвезти машину назад в «Мидас». Они залили тебе не то масло, но ты, вероятно, ничего не предпримешь, потому что ленив как растение — не хочу оскорбить твою униформу. И да, твоей девчонке нравится тот парень, с которым она училась в колледже, но она не изменяла тебе и никогда не изменит. Если ты не переборщишь с ревностью, у вас есть всё шансы пожить душа в душу, но, как и с маслом, ты вряд ли займёшься своими отношениями. А, ещё твой сосед по комнате сегодня днём истратил на дурь твои семьсот долларов, отложенные на аренду. Но с тобой он не поделится. И на твоём месте я бы взял на работе дополнительные смены.

Питер Филип Марксон, которого в начальной школе дразнили Пуксоном из-за диареи, случившейся всего раз… казалось, уже это определило его будущую униформу? — моргнул так, словно проверял факты на правдивость и с удивлением обнаружил, что всё они были корректны. И Лэсситер мог продолжить тем, что Пит потерял девственность в шестнадцать лет на заднем сидении автомобиля с сестрой лучшего друга, а потом добавить про венеричку, которой он переболел вместе с пятью своими товарищами, потому что он постоянно выпивал всю газировку, в том числе из чужих банок. И можно упомянуть про триппер, который он подцепил прошлым летом. Но Лэсситер не станет глумиться.

— Господи… Иисусе.

— Нет, это не про меня. — Лэсчитер посмотрел на клуб. — Слушай, ты можешь вести себя здесь чуть менее борзо? Ты же охраняешь не президентский кортеж.

И тебя едва не убили за такое поведение.

— То же самое всегда говорит Фрэнни, — пробормотал Пит.

— Стоит прислушаться к её словам.

— Э-э, спасибо?

Кивнув, Лэсситер отвернулся и зашагал прочь. Ему было всё равно, куда идти, главное чтобы фатум не развернул его назад и не привёл снова на порог клуба…

Дойдя до конца дома, он остановился на обочине, хотя пешеходам горел зелёный свет, и он мог успеть перейти дорогу, если бы поторопился.

Повернувшись, Лэсситер сказал громко:

— Пит, посмотри на время.

Пит, который выглядел ошарашенным, выполнил приказ.

— Восемь тридцать. Точнее, тридцать две минуты?

Последовала пауза. А потом Лэсситер сказал медленно и разборчиво:

— Через тридцать две минуты из-за угла вырулит машина. — Он указал в нужную сторону для большей ясности. — На переднем сидении будут два парня в толстовках. Как только увидишь их, я хочу, чтобы ты рухнул наземь и не вставал. Накрой голову руками и не смотри. Пусть они проедут мимо. Они приедут не за тобой, но пулям всё равно, куда лететь.

— В… в смысле?

— Ты слышал меня. Через тридцать две минуты. Уже через тридцать одну.

Лэсситер продолжил свою бесцельную прогулку, сойдя с обочины и направляясь через перекрёсток, хотя светофор для пешеходов пищал как взвешенная бомба.

Но в этом вся фишка свободной воли.

Ты волен принимать плохие решения.

Равно как и хорошие.

***

— Ничего не понимаю.

Ви сделал это заявление под рёв мощного двигателя, а доктор Мэнни Манелло стоял, склонившись над операционным столом в фургоне скорой помощи, изучая разрез на горле в шесть дюймов, который волшебным образом исцелился.

Словно организм сам себя заштопал.

Они быстро эвакуировались из книжного магазина. Ви и Кор вынесли Балза из мрачного склада, за руки и ноги перетащив его в эту операционную на колёсах. Когда Мэнни подцепил различное оборудование к их комраду, Кор запрыгнул за руль фургона, а Ви вернулся и подхватил человеческую женщину.

Он не то чтобы согласился с Котом относительно её принадлежности Балзу, но он хотел получить ответы, а она была свидетелем.

Прежде чем они уехали, он осмотрел пожилого человеческого мужчину, который очевидно был мёртв, потом выключил свет и всё запер. У них ещё будет время вернуться, чтобы забрать оружие и подчистить всё, а потом вызвать полицию. Сейчас были дела поважнее.

— Не могу не согласиться, — пробормотал Мэнни, когда скорая наехала на какую-то выбоину, и они всё покачнулись, пытаясь удержать равновесие как на космическом корабле в «Стар Трэк». — Вы, вампиры, круты со своим самоисцелением, но не настолько.

Несмотря на то, что Балз лежал лицом вниз в двенадцати квартах[45] собственной крови, кожа, вены и мягкие ткани затянулись сами по себе. Хотя даже в таком виде зрелище был страшное. Линия пореза выделалась красным, и рана была глубокой и чёткой, судя по кровопотере.

— Нужно обеспечить ему кормление, — сказал Мэнни, доставая телефон. — Кровяное давление ни к чёрту, плюс ко всему тахикардия. Уровень кислорода ниже плинтуса. Он стоит от смерти в считанных дюймах, а не футах, и если затянуть, получим повреждения мозга.

Когда они снова наехали на кочку, Ви во второй раз чуть не потерял равновесие, схватившись за ручку, прикрученную к потолку. Выровнявшись, он сразу посмотрел на голого Балза. Они срезали его кожаные штаны в поисках других ран, которые бы могли объяснить кровотечение. Не считая ожогов на руках и животе и синяков, указывающих, что он побывал в рукопашной схватке, а также нескольких порезов масштаба пластыря, в остальном боец выглядел нормально.

Эта загадочная рана на шее стала причиной кровопотери.

— Как мы? — спросил Кор с водительского сидения.

— Вызвал Избранную, — ответил Ви.

— Хорошо. Мы заезжаем в гараж.

Опять тряска, капельница покачнулась на штативе, тело Балза, привязанное ремнями к столу, тряхнуло. Ви перевёл взгляд на узкую скамейку, на которую он усадил женщину. Он пристегнул её, и её это очевидно не устраивало, тряска, по всей видимости, вывела её из бессознательного состояния.

Он помнил, как нашёл её на бетонном полу возле Балза, она прижимала ладонь к его горлу. Прямо к красной полоске.

Словно одним своим прикосновением закрыла рану.

А это невозможно.

Людям свойственно многое — хреново управлять автомобилем, вести себя шумно и опасно, потому что их слишком много развелось на Земле и большая их часть — непроходимо тупые… но они не способны спаивать вены и артерии и закрывать раны, будто сделанные скальпелем.

Тогда что, черт побери, там произошло? — гадал Ви, смотря на её правую ладонь.

— Он перерезал себе горло.

Тихие слова звучали хрипло, словно у женщины у самой болело горло, и Ви посмотрел ей в лицо. Она была почти такой же бледной, как Балз, и, несмотря на её одежду, Ви мог сказать, что она тоже покрыта синяками и ушибами: на её брюках были потёртости, на куртке и обуви тоже.

Когда фургон скорой помощи остановился, и когда заглушили двигатель, женщина приподнялась, садясь выше на скамейке; когда она поморщилась и оттянула от себя ремень безопасности, было сложно сказать, какая именно часть тела у неё болела. Возможно, что боль была везде.

— Прости, о чем ты? — переспросил Ви.

Хотя он слышал её прекрасно. Он хотел, чтобы она повторила слова, чтобы убедиться, что она понимает, о чем говорит.