Дж. С. Андрижески – Пророк (страница 99)

Но он рассказал мне. Вот что было странно с тех пор, как я вспылила и ушла: как бы ни раздражали его мои вопросы, он никогда не отказывался на них отвечать.

— Да ни с кем, не считая Даледжема, — сказал он, пожимая одним плечом. — Ну, с Терри. Но это ты уже знала.

Проблеск шока ударил по моему свету.

— Знала?

Ревик повернул голову на подушке, уставившись на меня. Его немецкий акцент сделался более заметным.

— Элли! Как ты об этом-то могла не знать?!

— Ну не знаю, — сказала я, раздражённо прищёлкнув языком. — Может, потому что ты мне никогда не рассказывал?

Но Ревик, похоже, считал, что для меня должен быть совершенно очевидным тот факт, что они с Терианом встречались. Он утверждал, что там не было ничего серьёзного, и он называл это отношениями только потому, что какое-то время они не спали с другими. По словам Ревика, его отношения с мужчинами состояли практически исключительно из секса, если не считать Даледжема.

Когда я спросила, спал ли он с кем-то из мужчин-видящих, ныне присутствовавших на корабле, он рассердился ещё сильнее, но опять сказал мне правду.

— Да, — прямо сказал он. — Хочешь увидеть список имён?

Вообще-то, я хотела.

Однако некая часть меня абсолютно этого не желала, и она взяла верх. Наверное, по этой же причине я не стала выспрашивать у него детали о моей биологической матери, Кали.

По правде говоря, я устала от того, что как Алиса в стране чудес проваливаюсь в кроличью нору сексуального прошлого Ревика. Как только я начинала считать, что более-менее примирилась со всем, как что-то новое шарахало меня по башке и снова выбивало из колеи.

Даже сейчас я силилась думать сквозь всё то, что мы сказали, сквозь сердцебиение корабля, свернувшись калачиком под боком Ревика и положив голову на его обнажённое плечо. Мы не злились друг на друга — мы никогда не злились друг на друга в эти дни после того, как извинились — но я всё ещё ощущала неуверенность с ним, и что странно, я чувствовала в нём то же самое в отношении меня.

Он всё ещё был не в восторге от того, что я провела три дня там, где жил Джейден.

Я знала, что мы оба устали ощущать эту угрозу нашим отношениям.

Однако я лежала без сна и смотрела в потолок не из-за Ревика.

И не из-за снов, которые мне снились, хотя они определённо не помогали. Мне до сих пор снились падающие бомбы и Пекин, но в последнее время большинство моих снов были неясными. Например, я наблюдала, как кротовые норы пожирают моих друзей в космосе, или как я рожала драконов, сотворённых из света, или видела, как взрываются безликие подземные бункеры.

Я начинала задаваться вопросом, не уничтожит ли Солнце всю Землю.

Может, все эти стычки с Дренгами наконец-то закончатся. Может, Смещение вообще не сводится к нам. Может, боги, или предки, или кто там ещё наконец-то швырнут полотенце на пол и заявят «Довольно!».

Я ненавидела то, как мало на самом деле мне было известно.

Я ненавидела тот факт, что Териан начинал казаться одним из моих лучших источников информации. Я ненавидела то, что мои сны привели к гибели одного из наших людей в Вашингтоне и ранению троих других.

Команда Локи достала всё, что возможно, из того стенного сейфа под Белым Домом. Холо, Рекс и Мика вывалили на столы техников горку информационных накопителей вместе с органическими машинами, которых я никогда не видела, а также стопками настоящей бумаги из мёртвых деревьев.

Команда Вика до сих пор просматривала это всё, но мы получили предварительный отчёт.

Не считая кое-каких материалов по экстренному погодному планированию, разумным ОБЭ-полям, подземному выращиванию посевов и укрытиям в различных местах на юго-западе Соединённых Штатов, большая часть информации посвящалась генетическим экспериментам.

Многое из этого включало попытки построить «живые машины» из генетических строительных блоков людей, видящих и животных. Это были не органические машины, где биотехнологии использовались для усовершенствования мёртвых металлов и других материалов. Это даже не то, что «Чёрная Стрела» называла своими более продвинутыми «разумными машинами».

Планы, которые я видела, имели отношение к настоящим живым организмам, больше похожим на генетически запрограммированную кибернетику. По идее, их можно было классифицировать как совершенно новый вид.

По словам Ревика, это продолжалось уже много лет, хотя ныне не функционирующий Мировой Суд строжайше объявил такие эксперименты вне закона. У Галейта по всей Азии имелись лаборатории, работавшие над схожими проектами — в их числе была и та лаборатория, где мы нашли изначальный резервуар Барьерного сдерживания.

Неудивительно, но первоначальное финансирование для проектов, содержавшихся в сейфе Белого Дома, также затевалось под началом президента Кейна, то есть, Галейта.

Вик также нашёл несколько карт. Вместо того чтобы изображать отдельно взятые места в человеческом мире, эти карты показывали координаты, каким-то образом связанные с магнетическим полем Земли. Вик не знал, что они обозначали, но сообщил нам, что он и его команда «работают над этим», то есть, пытаются найти связь с генетическими материалами. Они уже определили, что большинство мест, отмеченных на картах, расположены возле одного из Городов Тени.

На этой операции мы потеряли Онтари. Мы едва не потеряли Локи и Джакса.

Gaos, я очень надеялась, что из этого выйдет нечто полезное.

Перекатившись на бок, я закрыла глаза, пытаясь подавить то тошнотворное ощущение в животе и всматриваясь в темноту.

Я направляла их в Дубай, опять основываясь на своё «чутьё». Высока вероятность, что в процессе по моей вине погибнет ещё больше наших людей.

Из-за меня может умереть Ревик.

Из-за меня может умереть Лили.

Закрыв глаза, я постаралась вытеснить страх из своего света.

Я недостаточно умна для этого. Моё видение недостаточно хорошее.

Слишком многое могло пойти не так.

Ревик позади меня изменил позу, подстраиваясь под изгибы моего тела, крепко обнял меня сзади и уткнулся лицом мне в шею. Он притянул меня к себе, распластав ладонь посреди моей грудной клетки, словно удерживая внутри моё сердце… но почему-то от мягкости его света боль лишь ухудшилась.

Он доверял мне. Они все мне доверяли.

Мне так хотелось верить, что это доверие оправдано.

Глава 42

Невежливость

— Ничего? — переспросил Деклан, нахмурившись. — Наши люди занимаются ею неделями. Разве не может она хоть что-то сказать об этой их сети? — он адресовал хмурый взгляд Балидору. — Что насчёт тебя, Адипан? Я думал, ты возглавляешь этот проект?

Не менее хмурый взгляд Ярли метнулся к Балидору вместе с взглядом Деклана. Я видела, как она вскинула бровь, глядя на своего бойфренда в последовавшей паузе и задавая вопрос, который, как я сильно подозревала, мне совсем не хотелось слышать.

Мы говорили о Касс.

Я вовсе не горела желанием затевать этот разговор, но это нужно обсудить.

Никто в нашей команде не сумел получить от Касс какую-либо полезную информацию, которая помогла бы нам с операцией в Дубае. Никто вообще не получил от Касс никакой полезной информации, насколько я могла сказать — и это за все те три или четыре месяца, что она находилась в нашем плену.

Балидор и его команда пытались.

Тарси пыталась. Юми и Ниила пытались. Локи пытался. Даже Варлан пытался, допрашивая её на протяжении как минимум четырёх отдельных сессий с подкреплением ‘Дори из будки. Несколько раз я подумывала сама отправиться туда, но Ревик был решительно против.

Честно говоря, я и сама не могла вынести этой идеи.

В любом случае, по словам Ревика, вероятность того, что Касс до сих пор знает что-то полезное, в лучшем случае невелика. Менлим наверняка отсек её от сети в то же мгновение, когда мы захватили её в заложники — возможно, за несколько часов до того, как мы сумели поместить её в резервуар. Всё, что знала Касс, будет изменено, чтобы её сведения оказались бесполезными. А те вещи, которые они изменить не могли (например, структура сети, другие существа, выполняющие функцию столпов сети, и то, что Териан пытался сказать мне о Ревике), скорее всего, Касс вообще никогда не знала.

Мы подумывали посадить её на вайры, но я это запретила.

Мы обсуждали возможность сделать нечто подобное тому, что я сделала с Ревиком — чтобы кто-то зашёл туда и попытался проникнуть в суть личности, используя Барьерную связь. Мы говорили о том, кто бы это мог сделать. Я. Джон. Ревик. Чандрэ. Юми. Балидор. У меня определённо сложилось впечатление, что и Врег, и девушка Балидора, Ярли, не в восторге от того, что их возлюбленных могут использовать для такой цели, и не только потому, что аналогичный процесс с Ревиком едва не убил меня.

Ярли в особенности не переставала сердиться из-за этого разговора. Я уверена, что она сверлила Балидора гневным взглядом практически всё то время, что мы обсуждали Касс.

В итоге нам пришлось временно отложить эти обсуждения.

— Если она не может помочь нам в Дубае, то по-моему, это может подождать, — сказала Чандрэ, которая, пожалуй, была настроена примирительнее всех. — Мы можем решить, что с ней делать, когда получим представление о том, возможно ли воссоединить Четвёрку, — она бросила на Ярли беглый взгляд, поджав губы. — До тех пор мы оставим её в покое. Иначе мы просто проявляем агрессию ради агрессии… не имея никакой чёткой цели.