реклама
Бургер менюБургер меню

Дж. С. Андрижески – Пророк (страница 54)

18px

Рэдди, казалось, почти испытал облегчение от этой просьбы.

— Сэр? — переспросила Ниила.

— Я что, заикаюсь? — Ревик бросил на неё холодный взгляд. — Отпирайте бл*дскую дверь. Немедленно.

Ниила поколебалась, словно сдерживая себя, чтобы не повторить вопрос.

На поверхности её aleimi трепетала нервозность, и Ревик это видел. Учитывая её ранг, должно быть, он действительно вывел её из равновесия — а значит, она думала об Элли и тех приказах, которые исходили от его жены в данном конкретном отношении.

Как раз когда он подумал об этом, он увидел, что Ниила взглянула на монитор Т3, Барьерной комнаты, которую делили они с Элли.

Он буквально чувствовал, как она задаётся вопросом, не нужно ли согласовать это с Элли.

Разозлившись уже по-настоящему, Ревик послал ей жёсткий импульс света, достаточно интенсивный, чтобы Ниила побелела как полотно и уставилась на него широко раскрытыми глазами.

Прежде чем Ревик успел заговорить, Рэдди с порога нарушил тишину.

— Выполняйте приказ, лейтенант, — предостерёг он.

Ревик перевёл взгляд, замечая жёсткое и сердитое выражение в тёмных глазах Рэдди.

Ниила слегка подпрыгнула, глянув на него. Затем один раз кивнула.

— Конечно, сэр, — она вежливо повернулась к Ревику. — Конечно, Прославленный Меч. Мои глубочайшие извинения.

Рэдди фыркнул, и в его глазах по-прежнему виднелась злость.

Рэдди обладал старой выучкой. Один из изначальных рекрутов Врега.

Ниила кивнула во второй раз, но в её глазах по-прежнему виднелось нескрываемое беспокойство, когда она потянулась к консоли. Её пальцы быстро набрали первичный код безопасности для квадранта Т1. Ревик следил за её руками, пока она управляла ключами безопасности, подтвердив свою личность сканированием ДНК и сетчатки, а также используя Барьерные ключи, содержавшиеся в верхних уровнях её aleimi.

Рэдди уже шёл к двери.

Ревик повернулся, чтобы последовать за ним.

Он держался позади другого мужчины, когда они дошли до соответствующего люка.

Рэдди одной рукой взялся за колесо и обернулся, дожидаясь, пока Ниила завершит разблокировку со своей стороны. В отличие от Ниилы свет Рэдди и его манера держаться источали одобрение, особенно когда он взглянул на Ревика и задержался взглядом на пистолете в его правой руке, чьё дуло всё ещё было направлено в пол.

Ревик даже уловил проблеск самодовольства.

— Есть, — сообщила Ниила.

Ревик стиснул зубы. В этой камере они добавили несколько дополнительных кодов.

Логично. Он не мог сказать, что не одобрял.

Он смотрел, как Рэдди кивает Нииле, затем принимается вводить совершенно другие числа на наружной панели, применяя aleimi-ключи, защищённые щитами от наружной конструкции. Панель открылась, показывая, что требовалось вторичное подтверждение личности, и Рэдди склонился над сканером сетчатки, одновременно прижимая ладонь к плоской сенсорной панели.

Ревик знал, что с каждой сменой ключи и процедуры будут меняться, и ни один видящий не сможет самостоятельно проникнуть в какую-либо камеру.

Более того, ключи проверялись сверху. Каждый раз, когда открывалась эта дверь, кто-то наверху получал сигнал о том, что это происходило.

Последняя часть означала, что он не мог тратить время впустую.

К этому времени они уже могли знать, где он. Зная Балидора и Врега, он в любой момент мог ожидать гостей.

Ревик нетерпеливо прищёлкнул языком.

— Почти закончил?

Рэдди уважительно кивнул и ввёл завершающую последовательность. Как только лампочка загорелась красным, он немедленно принялся вращать колесо на двери, стискивая его обеими руками. Ревик услышал тихий сигнал панели, когда код безопасности был принят.

— Вам понадобится помощь, сэр? — вежливо спросил Рэдди, резко проворачивая колесо. Он выразительно посмотрел на пистолет, который держал Ревик.

— Нет, — пробормотал Ревик, крепче стискивая зубы.

Мужчина опять улыбнулся, в этот раз незаметно.

— Хорошо, сэр.

Рэдди ещё несколько рад провернул колесо с органическим компонентом, ничего не говоря.

Затем в узком коридоре раздался звучный щелчок, разнёсшийся вплоть до высокого потолка трансформированного грузового отсека. Ревик взглянул на наружный корпус двери камеры как раз вовремя, чтобы увидеть, как главная лампа меняет свет с синего на красный, затем начинает мигать, указывая на то, что целостность печати нарушена.

Ревик знал, что как только красный огонёк перестанет мигать, в комнату можно будет получить доступ из Барьера. Это значит, что туда могут получить доступ Дренги, или Менлим… или Териан.

Он не собирался оставлять дверь открытой на такой долгий срок.

Как только Рэдди приоткрыл массивную, 90-сантиметровую панель настолько, что Ревик смог протиснуться, он сразу же оказался на другой стороне.

Он попал в ещё одну камеру восемь на десять метров.

Обернувшись через плечо, он быстро показал Рэдди команду закрыть и запереть дверь. Он почувствовал и услышал, как панель с лязгом захлопнулась за ним, но не поворачивался, чтобы подтвердить это.

Вместо этого он стал осматривать освещённое зеленоватым светом пространство.

Он беглым взглядом окинул меблировку — в основном для того, чтобы знать окружение на случай, если что-то пойдёт не так. Ну, и эта привычка была вбита в его мозг с детства и не раз спасала его. В любом случае, он не мог отключить этот рефлекс, даже если захотел бы.

И всё же взгляд был беглым — лишь каталогизация индивидуальных физических составляющих комнаты.

Они мало что дали ей.

Никаких мониторов, консолей, книг, гарнитур, наладонников и даже кровати такого размера, на которой спали они с Элли. Его взгляд скользнул по одной-единственной кровати с серым покрывалом, похожей на тюремную койку и засунутой в угол комнаты возле металлического стола и стула. Последние были прикручены болтами к полу, наверняка связаны с внутренней электроникой и потому как минимум отчасти являлись органическими.

Постель и постельное бельё были такими же. Они не несли в себе цели наказать, но это определённо напоминало тюремное убранство, а не гостевую комнату.

В комнате не оставили ничего увеселительного.

Сам Ревик лично приказал, чтобы они выдрали из стены монитор прежде, чем она в первый раз придёт в сознание. Подумав о том, что только что сделал Териан, и как он сумел получить доступ в их с Элли комнату, Ревик мог лишь нахмуриться.

Может, в их комнате тоже надо выдрать монитор.

Если не считать скудной меблировки и отсутствия отвлекающих факторов, комната определённо гудела жизнью. Ревик чувствовал разницу в стенах по сравнению с тем единственным разом, когда он побывал здесь. Они явно усилили некоторые меры безопасности в сравнении с оригинальной конфигурацией. Если они сделали это после сегодняшнего взлома, то команда безопасности явно времени даром не теряла.

Судя по тому, что он получил от Элли, взлом произошёл примерно за пятьдесят минут до того, как он вернулся в их комнату. Добавить к этому то время, что он провёл с Балидором, то время, что ушло у него на дорогу сюда и протоколы безопасности, плюс ещё примерно двадцать минут, когда он решительно пытался трахнуть её…

Он выбросил это из головы, но всё же его челюсти сжались.

Два часа. Максимум три.

Ревик сначала нашёл обитательницу камеры, бегло скользнув по ней взглядом. Однако он не потрудился сосредоточиться на ней, пока не осмотрел каждую деталь планировки. Женщина перед ним имела доступ и к столу, и к кровати вопреки длинным цепям, которые приковывали её к дальней стене.

Но ничего больше, подметил Ревик.

Он определил для себя радиус её движений, но это его не беспокоило.

Он знал, что если бы не его жена, эта комната была бы намного менее комфортабельной. Некоторых разведчиков из их команды до сих пор сюда не впускали. От Джона и Врега Ревик слышал, что Элли озвучила некоторым из них специфические угрозы.

Угрозы не были излишними или пустыми, судя по тем слухам между разведчиками, которые доходили до Ревика. Оказывается, некоторые в их команде всё ещё затаили зло из-за случившегося в прошлом году. В их рядах ходили всяческие угрозы, в том числе и угрозы изнасилования, и они не были пустыми хотя бы потому, что видящие в принципе не угрожали, если не были чертовски взбешены.

Однако Ревик ей не угрожал.

Он знал, что Элли осторожничала с ним в отношении этой пленницы, но он ни разу не сказал ни слова. Он ни разу ничего не сделал. Он никогда и никоим образом не вмешивался.

Он даже не просил, чтобы ему разрешили её допросить.

Он позволил Элли определять каждый аспект содержания этой пленницы. Он не ввязывался во все обсуждения о том, должны ли они убить её или оставить в живых. Он уже решил, что не станет высказываться по этому вопросу, если Элли не попросит его прямым текстом — а она этого не делала.