Дж. Макинтош – Сражение на Венере (страница 50)
Через несколько минут полезные и послушные танки закончат свою работу, развернутся и откроют огонь по кораблю. И нанесут ему непоправимый ущерб. Тогда все будет кончено. Выжившие люди останутся на Венере почти без шансов на спасение, и совсем уж без шансов найти здесь пищу… Они или умрут от голода, или их уничтожит безумная военная кампания Сенильда.
Колесница неуклонно везла их вперед, и так же неуклонно поднимался космический корабль землян.
78… 79… 80… 81… 82 градуса.
Капитан Фрайбург был напряжен, как любой из тросов, связывающих танк с кораблем. Сейчас в любой момент центр тяжести переместится и мгновенно поставит корабль вертикально без дальнейшей помощи.
Он сердито взглянул на приближающуюся бронированную машину, совершенно неуместную в такой критический момент, и отметил, что на ней нет никакого видимого вооружения. Так же он не увидел на ней ни кругов, ни треугольников. Возможно, она не собирается причинить им вред. Но все равно не вовремя она тут появилась.
Но в ситуации, в которой они находились, ничто не происходит вовремя, а скорее, наоборот.
Затем Фрайбург увидел, как что-то мельтешит на самой вершине громадного, безобразного механического чудища. Пятнышко. Точнее, два пятнышка. Люди?
«Черт побери, — выругался Фрайбург, — ничто меня сейчас не остановит». Слишком часто он терпел неудачи из-за неожиданного, несвоевременного вмешательства внешнего мира в его планы. Всю жизнь он сносил эту несправедливость.
Но на сей раз ничто не должно ему помешать. Фрайбург стиснул зубы и продолжил управлять танком, следя, чтобы тросы были постоянно натянуты.
84… 85… 86 градусов.
Откуда-то издалека донесся и тут же оборвался тоненький крик.
Страшный толчок чуть не выбросил его с водительского сиденья. Танк Фрайбурга отскочил на несколько метров назад. Капитан резко нажал на тормоза и громко закричал, выплескивая в крике весь гнев и отчаяние.
Судьба по-прежнему была против него, и опять нанесла неожиданный удар.
Фрайбург опустился на свое место, перед его внутренним взором мир стал мрачно-серым и траурно-черным. Он набил трубку, глубоко затянулся… и, словно очнувшись, выглянул наружу.
Космический корабль слегка развернулся, отбросив назад все танки, кроме одного, оставшегося на месте. Это был танк помощника капитана.
Сам помощник стоял возле него, держа в руках конец оборванного кабеля. Лицо у него побелело, и он глядел то на надвигающуюся на них громадную колесницу, то на свой танк, совершивший ошибку.
— Эй! — закричал ему Фрайбург, по-детски пытаясь переложить на помощника хоть часть своей вины. — Вы же обещали, что тросы выдержат!
Помощник покачал головой, снимая с себя всяческую ответственность, и показал куда-то себе под ноги. Фрайбург взглянул туда и в растерянности увидел новую, совершенно прямую дорожку-канавку, только что проделанную громадным стальным призрачным колесом. Он тут же понял, что это оно пронеслось между танком помощника и кораблем, перерубив по пути трос. И еще Фрайбург понял, что колесо выпустила приближающаяся к ним громадная машина.
Капитан погрозил ей кулаком, понимая, что бесполезно пытаться обстреливать его из того маломощного оружия, что находилось в их распоряжении.
И в любом случае, уже слишком поздно, чудовищная машина уже придвинулась к ним почти что вплотную…
И внезапно остановилась. Мотор замер, наступила звенящая тишина. И затем Фрайбург увидел на самом ее верху Джорджа Старки и какую-то странную девушку.
Многое предстояло объяснить, но сейчас для этого не место и не время. Где-то вдалеке эскадра бомбардировщиков сбросила на равнину груз бомб, а в дыму их разрывов нестерпимо визжало еще одно стальное колесо.
— Это Мара, — поспешно представил Джордж. — Она моя девушка, и она на нашей стороне. И больше с нами нет никого. Поймите, шкип, все танки, бомбардировщики и прочая техника — все против нас. У нас нет здесь друзей. Военной техникой управляет сумасшедший командующий — мы поговорим о нем позже. А сначала быстро положите корабль обратно на землю.
— Что? — сморщился Фрайбург. — Мы же почти подняли его. Он бы уже стоял, если бы это чертово колесо не перерезало кабель.
— Вам просто очень повезло, — отчеканил Джордж. — Наверняка все это время на вашей стороне было мое провидение. Но об этом я расскажу позже. Сейчас же, ради Бога, сделайте, что я сказал! У нас нет времени на споры. В любую секунду командующий может перехватить управление танками и погнать их назад. Если он сделает это, корабль снова упадет и разобьется. И на этот раз, вероятно, окончательно.
Фрайбург не стал больше спорить. Он отдал приказ, и экипаж, управляя танками, медленно опустил корабль в горизонтальное положение.
— А теперь, — скомандовал Джордж, — отсоедините у танков антенны. Тогда они не смогут напасть на нас.
— Но тогда мы не сможем поднять корабль, — возразил помощник капитана.
— Верно, — согласился Джордж, показывая на громадную колесницу. — Мы не сможем управлять танками, но на этой штуковине нет дистанционного управления, которое можно перехватить. А силы тяги у нее побольше, чем у всех этих танков, вместе взятых.
— Приступайте к делу! — зарычал Фрайбург на помощника.
Даже когда они, в конце концов, заперлись в корабле, снаружи доносились звуки бесконечного сражения. Налетали волны самолетов, подвергая равнину систематической бомбардировке. И был бы лишь вопрос времени…
Взревели двигатели корабля, он поднялся на хвосте из пыли и дыма, на секунду замер, затем, набирая скорость, устремился в низкие облака, насыщенные ядовитым мекнитроном. Корабль невредимым прошел сквозь них и выпрыгнул, точно лосось из воды, в яркий солнечный свет, по которому люди так соскучились.
Когда они уже были далеко в космосе, где и Земля казалась лишь яркой точкой, а Венера походила на шарик из шерсти ягненка: такая белая, пушистая и безопасная, Джордж все еще рассказывал свою историю остальным.
Притихшая Мара смотрела на свою планету — шарик, плывущий в бездонной черноте космоса.
Неожиданно она вскрикнула, тыча в экран рукой. Белый шарик внезапно запятнали многочисленные яркие точки, словно веснушки на лице ребенка.
Все молча смотрели, как точки расплываются бледнеющими пятнами, и пробовали представить себе масштабы вызвавшей их катастрофы.
— Сенильд окончательно свихнулся, — подвел черту Джордж. — Это же широкомасштабная атомная война. Я представить себе не могу, как они с Липом ее переживут, несмотря на свое бессмертие.
— Возможно, земляне когда-нибудь снова полетят туда и побеседуют с победителем — если таковой отыщется, — ответил Фрайбург.
— Знаете что? — усмехнулся Джордж. — Это буду не я. Теперь я мечтаю лишь о трубке, кресле-качалке и шлепанцах.
— Что ты имеешь в виду, Джордж? — вопросительно посмотрела на него Мара, сбитая с толку дословным переводом Телео.
Джордж прижал девушку к себе.
— Скоро ты это увидишь, дорогая. Знаешь, у меня никогда раньше не было собственного дома. И я с нетерпением мечтаю о нем.
Она ответила на его поцелуй, как всегда, неистово. Смущенный Фрайбург отвернулся и стал смотреть на уменьшающийся шарик Венеры, который все больше покрывали темные облака разразившейся на ней катастрофы.
Но Джордж и Мара уже и не думали о Венере.
Джеймс Т. Макинтош
Крушение на Венере
«Venus mission» by J. T. M'Intosh
Planet Stories, 1951 № 7
Искалеченный корабль с ревом падал на Венеру, медленно вращаясь вокруг оси. Серые облака окутывали его стабилизаторы и струились, крутясь, мимо гладких боков. В носовой рубке Уоррен Блэквелл напрягал глаза, пытаясь проникнуть взглядом сквозь их серое кипение, но он знал особенности венерианской атмосферы и понимал, что впустую тратит время. Они увидят поверхность, когда корабль будет на высоте пятидесяти футов, и окажется слишком поздно.
Щелкнула дверь, и в носовую рубку вошла девушка, которая во время приема пищи сидела за столом напротив него.
— Меня послал капитан на случай, если я могу чем-нибудь помочь, — произнесла она.
— И чтобы избавиться от вас, — заметил Уоррен.
— Не сомневаюсь, — невесело усмехнулась она.
— Как вас зовут? — поинтересовался Уоррен.
— Вирджиния Стюарт. Но вы можете называть меня просто Вирджиния. У нас осталось слишком мало времени, чтобы заниматься формальностями… А вы Блэк… вел? Блэквелл, не так ли?
— Если вы имеете в виду того, кто выиграл все медали, то да, это я. Сколько человек там осталось?
— Из команды? Капитан и второй помощник. И состояние капитана неважнецкое, радиация скоро доконает его.
Уоррен пристально взглянул на нее и решил, что она говорит правду.
— Возвращайтесь туда и организуйте мне с ними связь, — обратился он к девушке. — Чтобы я мог обратиться к ним, когда мне понадобится вся оставшаяся энергия. У нас мало шансов, но все-таки они есть.
— А связь что, не работает? — спросила она.
— Нет. Только сигнал тревоги.
Девушка кивнула и вышла. Уоррен снова уставился в серые облака. Он был пассажиром на «Миркланде», но пригодился, когда произошла утечка радиации. Он знал о Венере больше всех из команды корабля. Хотя вряд ли сейчас это имело большое значение. Он мог всего лишь сидеть, где сидел, и сообщить, когда увидит поверхность. И тогда, любой из членов команды, кто останется к тому моменту в сознании, включит тормозные двигатели, и в случае удачи, корабль все равно упадет, но, по крайней мере, не разлетится на куски. Но на это требовалась очень большая удача.