Дж. Конрат – Дом с привидениями (страница 28)
Но попробуйте разрезать филе миньон одной рукой!
Огромный банкетный стол, за которым все сидели, был одним из оригинальных предметов обстановки, по словам доктора Форенци, который занимал место во главе стола. Он рассказывал истории о различных привидениях, которые, как говорят, преследуют Дом Батлера. Среди них были:
Блэкджек Риди, одноглазый надсмотрщик за рабами, который бродил по коридорам с кнутом.
Стерджис Батлер, который был обуглен до костей и пах горелой свининой.
Джебедия Батлер, который переходил из комнаты в комнату в луже собственной крови, которая постоянно вытекала из его освежеванной туши.
Эл Джаспер, раб с четырьмя руками, который таскал за собой мачете. Свое приближение он оповещал звуком волочения по полу своего длинного лезвия.
Хихикающий демон в маске, который уродовал себя, чтобы нагнать страх на тех, кто с ним столкнулся.
Колтон Батлер, несущий свою сумку с жуткими хирургическими инструментами, все еще пытающийся проводить свои безумные эксперименты над живыми.
Мэл Слушал эту чушь вполуха. После ужасного случая в аэропорту его настроение немного улучшилось, в основном благодаря неуемной личности Мони Дрейпер. Она безостановочно болтала на несвязанные темы - то, что Мэл называл словестным поносом, но была настолько жизнерадостной и бестактной, что это было похоже на выступление комика.
Но безудержная беззаботность Мони испарилась, как только они вошли в Дом Батлера. Каким бы приятным хозяином ни пытался быть доктор Форенци, в воздухе витало очень реальное и очень плохое ощущение угрозы, словно одеяло, давящее на всех. Мэл нервничал, доходя до паранойи. Он также был голоден, и, глядя на лежащий перед ним кусок мяса, еще и подавлен.
Мгновение спустя на его тарелке появился стейк, уже порезанный на куски. Он взглянул на Деб, сидевшую рядом с ним, она деловито резала стейк, который забрала с его тарелки.
- Прекрасная идея, доктор, - сказал Веллингтон, вытирая губы льняной салфеткой. - Теперь, когда мы увидим одного из ваших актеров, хромающего по коридорам с сумкой скальпелей, мы должны ужаснуться? Сила внушения делает нас более восприимчивыми к странным явлениям и более восприимчивыми к их принятию.
- Действительно, это был бы правильный способ проведения исследования страха, - признал Форенци. - Но все, что я могу вам дать, это мое слово, что я не нанимал никаких актеров, чтобы попытаться напугать вас.
- Что именно мы должны сделать, чтобы получить наш миллион баксов? - спросила Мони с полным ртом печеного картофеля.
- Все просто. После ужина мой помощник доктор Мэдисон возьмет образец вашей крови и проведет краткий осмотр, чтобы убедиться в вашем общем состоянии здоровья. Затем, завтра, по окончании эксперимента будет взят еще один образец вашей крови. - Форенци подмигнул. - Если вы выживете, конечно. Именно поэтому я попросил всех вас подписать отказ от ответственности.
- Вы уже проводили этот эксперимент? - спросил Том, полицейский.
- Не совсем таким образом. Но у нас уже были испытуемые.
- И что с ними случилось? - продолжал Том.
Доктор рассмеялся.
- Естественно, они все умерли от испуга.
За столом раздалось несколько нервных возгласов, но полицейский сохранял невозмутимость
- Позвольте мне отвлечься, чтобы объяснить суть моих исследований и почему каждый из вас так важен. - Форенци отодвинул стул и встал, разводя руками. - Дамы и господа, мы все здесь сегодня собрались как самосознающие, разумные существа. Возможно, некоторые из вас верят в загробную жизнь, духов, души, Бога и дьявола. Возможно, некоторые из вас считают все это, выражаясь словами мистера Веллингтона, чушью.
Мэл еще не слышал, чтобы писатель использовал это слово, но судя по темпераменту Веллингтона, оно вполне могло быть в его лексиконе.
- Но что заставляет нас верить в то, во что мы верим? Наши различия действительно ничтожны по сравнению с нашим сходством. Мы все сделаны из одного и того же материала. Мы все на 99,9% идентичны, генетически. Я прав, доктор Белджам?
- Да, да, да, пока что вы правы.
- Доктор, если вы не возражаете, не могли бы вы предоставить группе изученное вами определение жизни?
- Жизнь? Ну, все живые существа, чтобы считаться живыми, должны соответствовать определенным критериям. Эти критерии варьируются в зависимости от ученого. Но я бы определил жизнь как структуру, которая может размножаться, дышать, создавать энергию для себя и реагировать на изменения окружающей среды. Кроме того, жизнь может прекратиться.
- По этому определению, огонь - это живое существо, - сказал Форенци.
- Огонь - это химический процесс, известный как горение.
- Но разве жизнь также не является химическим процессом?
- Ну, да. - Белджам несколько раз кивнул. - Это, конечно, безусловно, так.
- Мы все состоим из химических веществ. - Форенци развел руками, указывая на всех сидящих за столом. - Химические реакции позволяют нам метаболизировать пищу и кислород, а также выводить отходы. Они отвечают за деление клеток. Старение. Сами мысли, которые у нас в голове. Эмоции. Доктор Белджам, вы можете объяснить химию эмоций?
- Ну, в ответ на стимул, или в некоторых случаях из-за проблем с лимбической системой, наше тело выделяет нейротрансмиттеры и гормоны, которые диктуют нам, как мы относимся к определенным вещам. Когда мы смотрим грустный фильм, мы плачем. Когда мы встречаем кого-то, кто нам нравится, мы привязываемся. Это химические вещества, которые мы производим сами и которые выработались у нас, чтобы помочь нам адаптироваться к различным ситуациям.
- Мгновенная привязанность матери к своему ребенку, когда он рождается, не объясняется любовью, - сказал Форенци, сосредоточившись на Саре. - По крайней мере, не только любовью. Это происходит потому, что во время родов организм матери наполняется окситоцином. Это не только запускает лактацию, но и вызывает невероятно сильную эмоцию материнской любви. Что приводит нас к страху.
Форенци раздвинул ладони, как проповедник, обращающийся к прихожанам.
- Друзья мои, я выделил нейротрансмиттер, который активирует реакцию страха. А это значит, что очень скоро я открою способ контролировать страх.
Мэл, который с жадностью поглощал стейк, нарезанный для него женой, оторвался от пищи и с новым интересом взглянул на доктора.
- Вы можете вылечить страх? - спросил он.
- Я очень близок к этому, мистер Дайтер. Страх зарождается в миндалине, которая расположена в медиальной височной доле мозга. Когда вы пугаетесь, она выделяет гормоны и нейротрансмиттеры, которые стимулируют реакцию страха. Вам известны его симптомы. Паранойя. Учащенное сердцебиение. Сухость во рту. Потливость. Одышка. Легкое головокружение. Чувство безнадежности. Поскольку многие из вас пережили ужасные события, химия вашего мозга физически изменилась. Вот почему вы продолжаете постоянно бояться. Ваш разум все еще думает, что он в опасности, и продолжает накачивать ваше тело химическими веществами.
- Итак, вы собираетесь проверить нашу кровь на наличие этих химических веществ, - сказал доктор Белджам, - затем напугать нас и снова проверить нашу кровь. А потом, как я понимаю, вы попытаетесь как-то блокировать страх?
- Всему свое время, доктор. Всему свое время.
- Так почему же мы с мистером Веллингтоном здесь? - спросил Пэнг.
- Каждый хороший эксперимент нуждается в контроле, - сказал Форенци. - Ваш скептицизм обеспечит базовый уровень метусамина.
- Метусамин? - спросил Белджам. - Метус по-латыни означает страх. Значит, метусамин...
- Метусамин - это выделенный мной нейротрансмиттер, который отвечает за реакцию страха. Верно, доктор Белджам. И я синтезирую белок-транспортер...
- Который прекратит действие метусамина! – взволнованно выкрикнул Белджам. - Как близко вы подошли к синтезу?
- Мне удалось вызвать бесстрашие у примата, панамской ночной обезьяны.
- Для меня будет честью просмотреть данные ваших исследований.
- Со временем, доктор.
- Вы испробуете на нас свое открытие? - спросил Мэл. Жизнь без страха была слишком ценным подарком, чтобы поверить в это. Возможность снова спать спокойно, жить без постоянной паранойи. Такой препарат был бы просто чудом.
- Очень скоро. И ваше присутствие здесь, мистер Дайтер, поможет ускорить этот процесс.
Деб коснулась его руки. Он посмотрел на жену и увидел, что у нее слезы на глазах. А потом понял, что и у него тоже.
- Итак, давайте закончим трапезу, - сказал доктор Форенци, поднимая бокал с вином, - а затем начнем процесс запугивания вас, моих гостей, до смерти.
Все подняли бокалы. Они все были взволнованными, кроме полицейского, выражение лица которого оставалось нейтральным. Мэл наклонился к своей жене:
- Может быть, ты была права, дорогая. Может быть, эта поездка станет ответом на наши молитвы.
- Я люблю тебя, Мэл.
- Я тоже тебя люблю.
Они быстро поцеловались, и Мэл вернулся к своему стейку. Полицейский, Том, посмотрел на него, и его спокойное выражение лица сменилось чем-то другим.
Неужели Том знал что-то, чего не знали остальные?
Облегчение Мэла испарилось, и беспокойство вернулось.
После ужина он встретится с детективом, и попытается выяснить, что того так тревожит.
Может быть, все действительно было так, как казалось - миллион долларов и лекарство.
Но, может быть, Форенци просто разыгрывал их всех.