Дж. Андрижески – Ковен Полуночи (страница 36)

Поколебавшись ещё мгновение, Морли обратил внимание на указание программы карт и глянул на линию на голографическом изображении зоны приватного проживания.

— Думаю, мы на месте, — прокомментировал он.

Ник не ответил. Это он уже понял.

Та жёсткая боль вернулась в его живот, когда Морли свернул на сегмент подъездной дорожки, отходивший от главной трассы. Перед его глазами мелькали образы. Он не мог их прогнать. Он снова и снова видел их, гулящего ребёнка на руках мужчины в чёрном, в грязной широкополой шляпе и повязках на всём лице.

Он видел красивую рыдающую женщину на полу, макияж, стекавший по её лишённому морщин лицу, и помаду, размазавшуюся по одной щеке.

Морли подъехал к массивным воротам в традиционном стиле, примерно в десяти метрах от ограждённой стенами дороги.

Эти ворота были ещё более внушительными, чем те, что преграждали въезд в частный сектор.

Но на этих не было охранников.

Они также были выполнены в старинном японском стиле, повторявшем древние воинские шлемы. Ник в основном видел такое из дерева и плитки в Сан-Франциско и в Японии во время своего единственного визита, но эти походили на органический металл. Пока они приближались, ворота мерцали, и он подозревал, что в ИИ встроено немало мер безопасности.

Ник ощутил очередную дрожь дежавю, глянув на каменные стены по обе стороны металлических ворот, покрытых японскими письменами. Символы, похоже, были из настоящего золота.

Всё это казалось ему знакомым.

Он надеялся, что это какое-то далёкое, похороненное воспоминание из прошлого, а не что-то, что он вспоминает из более недавних снов.

Его родители, особенно его мать, имели относительно сильные связи с Японией, когда он был ещё ребёнком. Элементы традиционного стиля, которые она вкладывала в их дом и культурные выходы в свет, могли вызвать это ощущение знакомости, но Ник в этом сомневался.

Каким бы ни было это воспоминание, оно казалось более недавним.

Даже когда Ник был ребёнком, он и его сёстры были больше американцами, чем японцами, несмотря на праздники и традиции, которые они соблюдали всей семьёй. Даже в детстве Ника любимым праздником его матери было Рождество… хотя она вовсе не была христианкой. Ей просто нравились все эти украшения. Ей нравились ёлки, еда, гирлянды в центре, покупки, подарки.

Ей нравилось веселье и большая семейная вечеринка в конце.

Ник подозревал, что больше всего ей нравилось быть американкой.

Ворота не отворились сразу же, когда Морли к ним подъехал.

Прямо над головой горел красный огонёк, и светящиеся голографические слова объясняли, что машину просканируют и установят их личности.

Однако в отличие от всех формальностей на воротах в частный сектор, эта проверка безопасности была довольно быстрой и безболезненной.

По всей машине пробежал сначала зелёный, потом синий, потом красный свет.

Ник подозревал, что при этом считали и их идентификацию по имплантам.

Затем тот красный огонёк переключился на зелёный, и Морли снова завёл двигатель.

— Они поместили датчик слежения на лобовое стекло, — пояснил Морли. — Те охранники в будке. Это даёт нам доступ на эту территорию.

— И только на эту территорию, — буркнул Ник.

— По сути да, — согласился Морли.

Они переглянулись.

— Интересно, можно ли такое подделать, — произнёс Ник. — С помощью технологий, имею в виду. Похоже, это довольно лёгкий способ обойти большую часть охранных мер.

— Что угодно можно, — сказал Морли. — Подделать, имею в виду. Похимичить. Украсть, — старик надавил на газ, и они окончательно покинули участок с воротами. — Как мне кажется, такая ситуация создаёт не только защиту, но и много соблазнов.

Ник нахмурился. К этому моменту он довольно хорошо знал Морли, и потому мог читать между строк. Зная Морли, он считал этих богачей-параноиков идиотами из-за того, что они изолировали себя здесь. Более того, он наверняка считал их высокомерными идиотами, которые думали, будто могут забаррикадироваться с помощью частной охраны, и никто не сумеет к ним проникнуть.

Они до сих пор думали, что деньги решают все проблемы.

Они также наверняка считали себя умнее всех, кто может попытаться к ним пробраться.

Подумав об этом, Ник сообразил, что старик прав.

— Лёгкая добыча, — пробормотал Ник. — Для того, кто настроен решительно.

— Для того, кто настроен решительно — определённо, — согласился Морли. — Работает только в том случае, если никто не знает, кто ты. Или где ты.

— Или вообще не утруждается, — мрачно добавил Ник.

Морли лишь кивнул.

Ник вновь поймал себя на мысли о том, насколько старик умён.

Он хорошо это скрывал, так что его проницательность до сих пор иногда заставала Ника врасплох. И всё же Ник был почти уверен, что Джеймс Морли — самый умный человек из всех, что он встречал. Ну, во всяком случае, самый умный человек-не-злодей. Большинство других, включая Лару Сен-Мартен, имели в себе немалую дозу социопатии.

Ник глянул на каменных львов в японском стиле, каждый из которых был два с половиной метра в высоту и примерно метр восемьдесят в ширину. Они были расставлены ограждающим рядом прямо за арочным туннелем. Он подметил другие дизайны в каменных стенах, включая дракона с длинным хвостом и фонтан с круглым диском солнца из какого-то красного камня, напоминавшего старый флаг Японии.

Затем они проехали до конца.

Стены закончились.

Подъездная дорожка с обеих сторон обрамлялась деревьями.

Несмотря на японские штрихи, эта территория наводила Ника на мысли о какой-то старинной готической истории ужасов.

Через окно он мельком видел высокий забор за деревьями слева. Будучи сделанным из железных прутьев с острыми наконечниками вверху, он имел острые крюки, выступавшие наружу на самих решётках; его вампирские глаза также различили зубцы и колючую проволоку.

Ник не сомневался, что железные решётки и острые наконечники также подкреплялись каким-то органическим или полуорганическим электрическим полем. Любой, кто жил здесь, наверняка применял и примитивные, и высокотехнологичные меры безопасности, поскольку нельзя полагаться только на поля в случае отключения электричества.

И всё же видеть этот забор было странно.

Он казался неким анахронизмом, старомодным способом заявить о богатстве и готовности силой защищать это самое богатство.

Морли вёз их всё глубже среди деревьев.

Вскоре Ник даже со своим вампирским зрением не мог различить железный забор. Обширная территория скрыла из виду внешние стены, пряча их за лесом, высокими валунами, прудиком, мимо которого они проехали, а также мостиком через ручей.

Ник в очередной раз поразился размерам этих земель.

Они ехали по этой подъездной дорожке минимум минут пятнадцать.

Дорога была по большей части прямой, хотя несколько плавных поворотов всё же присутствовало.

После более крутого поворота Ник наконец-то увидел вдалеке свет.

Он посмотрел на время в гарнитуре и осознал, что приближается очередная полночь. То же время, когда тела других Танака были найдены обеспокоенным соседом на Верхнем Ист-Сайде, Манхэттен.

Это ощущение пребывания в готическом романе ужасов усиливалось, пока он смотрел, как дом приближается к ним среди деревьев. Ряды окон выделялись во тьме, образуя минимум четыре этажа. На первом этаже горело больше окон, проливавших свет на широкий круглый газон, который Ник невольно узнал из своего сна.

Насколько Ник мог сказать, каждое окно в том главном здании горело оранжеватым светом, похожим на пламя свечей.

В этом ярком освещении Ник заметил протяжённость белого песка, образовывавшего сад камней слева от дома — совсем как он помнил по своему сну. Он видел каменные статуи маленьких храмов и Будд, красный мостик через маленький ручей.

Там виднелись бронзовые статуи журавлей рядом с бронзовыми черепахами и утками.

И всё же стиль не был последовательным.

Через несколько минут они проехали мимо огромного фонтана с выпрыгивающими и изгибающимися сазанами или карпами кои — они были огромными и мерцали зелёным и оранжевым от инфузии металла в камне. Они проехали это место, и Ник увидел справа от дома очередной комплект средневековых с виду статуй людей, которые как будто разделяли огромный сад пополам.

Затем Ник полностью забыл про сады.

Морли повёз их по изгибу главной подъездной дорожки.

Они приближались к массивной красной входной двери с золотистыми львами.

К сожалению, её Ник тоже узнал.