Дуглас Смит – Российская миссия. Забытая история о том, как Америка спасла Советский Союз от гибели (страница 15)
6 декабря, возвращаясь на поезде в Москву, опечаленный Голдер записал в дневнике: “Вся Россия в движении, в поисках хлеба. Она ни о чем больше не думает, ни о чем больше не говорит <…> Если ситуация не изменится к лучшему, будущее – по крайней мере, ближайшее будущее – представляется поистине мрачным <…> Все спрашивают: «Когда этому наступит конец?» Но никто не знает ответа. Многие русские утверждают, что только Америка может спасти страну, и даже ходят слухи, что Америка так и поступит, но когда я спрашиваю, чем Америка может помочь, никто не предлагает ничего определенного”[125]. Голдер встречался с русскими, которые не сомневались, что Америка и Россия нужны друг другу, чтобы они обе сумели выжить. Многие настаивали, что американская экономика рухнет без торговли с Россией, а потому Америке и России предначертано работать вместе. Подобные представления о зависимости Америки от Советской России разделяли даже некоторые руководители РКП(б).
Карл Радек, польский еврей, член Исполнительного комитета Российской коммунистической партии и видный деятель Коммунистического интернационала (Коминтерна) – организации, которая занималась разжиганием мировой революции, – 17 декабря пригласил Голдера в Кремль, чтобы обсудить российско-американские отношения. На смеси ломаного русского и немецкого Радек объяснил Голдеру, что назначил встречу, чтобы убедить его, что будущее Америки связано с Россией, а следовательно, в интересах США наладить отношения с советским правительством. Он отметил, что поскольку США имели официальные отношения с царской Россией, которая не была демократической, у Америки нет оснований не признавать новое правительство. Он утверждал, что установление отношений пойдет на пользу обеим странам. Прежде чем Голдер собрался уходить, Радек предложил ему познакомиться с другими большевиками, которые разделяли его взгляды.
Голдер признал, что Радек прекрасно осведомлен об американской политике, но все же счел абсурдным представление, что Америка нуждается в России, не говоря уже о том, что она может спасти Россию. Он всем говорил, что у России нет денег для покупки американских товаров, а кроме того, русские не производят ничего, что американцы захотели бы купить. И все же русские неоднократно пытались убедить его, что США стоит сейчас пойти на жертвы ради Советской России с целью выгодной торговли в будущем. “Россия, – отметил Голдер, – полна мечтателей”[126].
Но русскими дело не ограничивалось: мечтатели были и среди американцев. 8 декабря в письме матери из Казани Чайлдс расхваливал советское правительство и обвинял капитализм во всех проблемах мира. Он не сомневался, что Вильсон хотел построить в Америке социалистическое общество подобное тому, которое Ленин создавал в России, но бывшему президенту помешали хитрые маневры американских капиталистов и глупость масс, которые не понимали, что Вильсон работает им на благо. Он писал, что “российское руководство демонстрирует более искреннее желание служить народу, чем американское”. “В некотором роде, – добавлял он, – я больше верю в то, что Россия сумеет внедрить принципы истинной демократии, чем в то, что Америка сумеет их сохранить”. Он отдавал себе отчет, что, услышав его рассуждения, соотечественники причислили бы его к “болыиевистам”[127].
На следующий день Чайлдс отправился в двухнедельную поездку по Татарской республике, в которой его сопровождали Скворцов, Симеон и два американских журналиста – Эдвин Халлингер из
Чайлдс две недели ездил по снегу от деревни к деревне. Одетый в тяжелую теплую одежду, шапку и варежки, он время от времени прикладывался к бутылке с коньяком, который согревал его изнутри, немного смягчая холодный ветер. В татарской деревне Бекбулатово местный комитет АРА сообщил делегации, что численность населения сократилась с 580 до 300 человек всего за несколько месяцев. Многие умерли и многие ушли из дома в поисках пропитания. Но теперь никто больше не хотел уходить. Для путешествий было слишком холодно, а люди слишком ослабли от недоедания. Ходили слухи, что многие бежавшие жители деревни погибли в степях. Оставшиеся люди отдались на волю судьбы. Секретарь сельсовета сказал американцам, что считает своим долгом оставаться в деревне, пока его не настигнет горький конец, и помогать жителям чем может. Продовольствия у них оставалось не более чем на шесть недель. После этого их всех ждала смерть. Подобная ситуация наблюдалась и в деревне Тетюши. Большинство людей там выживало, питаясь оставшимися в районе собаками и кошками, и Чайлдс обратил внимание, что многие из них начинают опухать от голода и питания суррогатами.
Иногда американцы передвигались по ночам, ведомые ярким светом луны, который отражался в море белого снега. 15 декабря они ехали вдоль берега Камы и наблюдали, как луна зашла за горизонт, после чего на юго-востоке стало медленно подниматься солнце. Чайлдс был очарован прекрасным силуэтом православной церкви, очерченным на холодном горизонте. Позже в тот же день Халлингер отправился в Москву, чтобы посетить грядущий IX Всероссийский съезд Советов, а другие остановились на ночь в селе Алексеевское. Грязный дом кишел паразитами. Той ночью Симеона укусила вошь.
Илл. 21. Столовая № 1 в деревне Тетюши.
На детей с портрета взирает Герберт Гувер
18 декабря они оказались в городе Мамадыш на Вятке, который был основан булгарами более половины тысячелетия назад. В поездке они посещали детские дома – переполненные, грязные и мрачные. Мамадышский детский дом не стал исключением. Там не было ни кроватей, ни одеял, и дети лежали в тряпье прямо на полу, прижимаясь друг к другу, чтобы согреться. “В грязной одежде, с потухшими взглядами они скорее напоминали животных, чем людей”, – написал Чайлдс[129]. Он выдал директору детского дома 2 миллиона рублей, чтобы купить детям одежды, и американцы поехали дальше.
Перед отъездом из Мамадыша им посоветовали остерегаться волков и бандитов, которые недавно совершили налет на склад АРА. На этот случай Чайлдс и его спутники выехали из Казани вооруженные револьверами. Один из ямщиков рассказал Чайлдсу, как однажды темным утром встретился в пустынном лесу со стаей из пятнадцати волков. Ему пришлось разжечь вокруг себя и своей лошади кольцо из костров, чтобы отпугнуть волков и сбежать. А еще он слышал, как волки напали на сани школьной директрисы в безлюдной части леса. Ямщик, сопровождавший ее, пытался обогнать их, но как он ни стегал лошадь, волки не отставали. Когда они готовы были наброситься на свою жертву, ямщик развернулся, выбросил женщину в снег и умчался прочь, слушая, как она кричит, пока волки разрывают ее плоть. В какой-то момент члены делегации заметили, что Симеона с ними нет. Обеспокоенные, они повернули назад. Оказалось, он брел за ними по дороге, с трудом переставляя замерзшие ноги. Снова собравшись вместе, они продолжили свой путь.
Илл. 22. Чайлдс и советский чиновник Михаил Скворцов в ходе инспекционной поездки
Утром 20 декабря Симеон проснулся от ужасной боли. Его лихорадило. У него был тиф, который он подхватил, когда нескольким днями ранее его укусила вошь. Видя, в каком тяжелом он состоянии, все понимали, что необходимо как можно скорее доставить его к врачу в Казань. Ближайшая железнодорожная станция находилась в Агрызе, до которого было почти 130 километров, поэтому члены делегации сели в сани и сорвались с места. Они ехали весь день и всю ночь, останавливаясь в каждой деревне, чтобы сменить лошадей. Однажды, когда председатель местного сельсовета отказал им, Скворцов пригрозил ему арестом, если в течение часа им не предоставят лучших лошадей в деревне. Через несколько минут они продолжили путь. Посреди ночи они зашли в крестьянскую избу, чтобы согреться и отдохнуть, но увидели, что ее стены и пол кишат насекомыми. Боясь присесть, не говоря уже о том, чтобы прилечь, они постояли внутри, пока не согрелись, а затем вернулись в сани. Изнуренный Чайлдс заснул, пока они ехали по заснеженным равнинам, но через некоторое время его выбросило из саней, когда они налетели на ухаб. Он врезался головой в стену деревянного здания, но большая меховая шапка спасла его от серьезной травмы. Они добрались до Агрыза рано утром 22 декабря, надеясь, что там уже стоит поезд, который отвезет Симеона в Казань, но выяснилось, что поезд еще не прибыл. В конце концов состав подошел, и позже тем же вечером заболевшего переводчика погрузили в вагон. Вместе с ним в Казань отправились Скворцов и Чайлдс. Безумная гонка в Агрыз на протяжении почти двух суток спасла Симеону жизнь, и впоследствии он полностью оправился от болезни.
За две недели Чайлдс преодолел 750 километров на санях и 290 на поезде. Он посетил 12 из 13 кантонов Татарской республики, провел 12 встреч с кантонными комитетами АРА, 14 встреч с волостными комитетами, 18 встреч с деревенскими комитетами, а также проинспектировал 10 больниц, 33 общественные кухни и 36 детских домов. После поездки он был разбит.