Дрю Карпишин – Реван (страница 32)

На улицах вповалку лежали покореженные спидеры и корабли, чьи владельцы исчезли прямо во время полета, пав жертвой могущественного ритуала. А еще повсюду была одежда – штаны, куртки, ботинки – все, что пережило своих владельцев. В обычных обстоятельствах все это давно бы уже растащили мародеры, но на Нафеме не было даже насекомых-паразитов.

– Где дроиды? – спросил Скордж.

Он поразился тому, как звучал его голос – тускло и безжизненно, как будто ритуал исказил даже звуковые волны.

– Обряд перегрузил их цепи, – объяснила Найрисс. Ее голос звучал так же гулко и отрешенно, как и его собственный. – Даже ядра памяти выжжены. Ничего не восстановишь.

Скордж поднял взгляд и увидел еще нечто противоестественное. Солнце, светившее на них сверху, – звезда, которая в космосе казалась ярко-оранжевой, – сейчас распространяло бледно-коричневое сияние. Фактически все вокруг было коричневым или серым, как будто обряд смыл все яркие цвета.

Скордж был хорошо знаком со смертью, и ему несложно было понять причины, побуждавшие совершать массовые убийства. Смерть и разрушение пробуждали все те эмоции, которые питали темную сторону Силы, – страдание, ненависть, страх. Но здесь, на Нафеме, все было по-другому, и это потрясло Скорджа до глубины души.

Император поглотил все: жизнь, цвет, звуки, даже Силу. Ничего не осталось. Он не стремился к завоеванию, покорению или уничтожению врагов – концепциям, которые Скордж мог понять.

Жизнь на Нафеме была уничтожена настолько основательно, что планета лишилась всякой причины для дальнейшего существования. Это был вакуум бытия, нарушение естественного порядка вещей.

– Я увидел достаточно, – бросил он.

Найрисс кивнула. Они развернулись и пошли обратно к кораблю.

Теперь Скордж понимал, почему Найрисс и остальные хотели свергнуть Императора. Уничтожение врагов, даже уничтожение планет не было за гранью понимания. Но то, что он видел сейчас, – не просто разрушение. Это аннигиляция. Забвение. Сама ткань Силы была разорвана. Того, кто способен превратить обитаемую планету в невыносимую мерзость, нельзя назвать иначе как сумасшедшим. Увидев ужасы Нафемы собственными глазами, Скордж и впрямь поверил, что Император способен начать новую войну с Республикой, подставив свой народ под удар джедаев и добившись того, что ситхи вымрут как вид.

Пока они шли к челноку, Скорджа замутило. Он прожил всю жизнь в гармонии с Силой и от ее отсутствия ощущал почти физическую боль. Челнок хорошенько встряхнуло, когда он оторвался от земли, и Скорджа едва не вырвало.

Он начал приходить в себя лишь после того, как челнок покинул атмосферу пруклятой планеты. Скордж ощутил, как Сила заполняет пустоту внутри его, придает бодрость духа и восполняет потерянную энергию. В то же время он почувствовал что-то еще: рядом был кто-то могущественный в Силе – кто-то помимо Найрисс.

Его спутница внезапно засуетилась над панелью приборов, запустив сканирование системы. Скордж понял, что и она почувствовала чужое присутствие.

– Там. – Она указала на дисплей. – Корабль только что вышел из гиперпространства.

– Император мог послать кого-то за нами? – спросил Скордж.

– Я так не думаю, – ответила она, изучая картинку. – Тип корабля мне неизвестен.

По ее голосу Скордж догадался, что Найрисс озадачена не меньше его самого. Если корабль не преследовал их, то вероятность его появления здесь и сейчас была крайне мала. Но Скордж слишком хорошо понимал Силу, чтобы поверить в такое совпадение. Между ними и незваным гостем должна быть какая-то взаимосвязь.

– Похоже на небольшой грузовик, – пробормотала Найрисс. – Не думаю, что нас засекли.

Скордж понял, что сейчас у них на выбор только два варианта. Первый – исчезнуть в гиперпространстве и надеяться, что их не заметили.

Найрисс, очевидно, выбрала второй. Она активировала ионную пушку, навела на неизвестный корабль и выстрелила.

В тот момент, когда «Черный ястреб» выпрыгнул из гиперпространства возле Нафемы, Ревана захлестнул поток мысленных образов. Все навалилось на него – воспоминания, которые он так отчаялся вернуть, наслаивались на душевную боль, которую он так силился унять. Захваченный врасплох этими чувствами, Реван закричал и схватился за голову руками.

Несколько секунд он не шевелился, пока его сознание вело борьбу с вышедшим из-под контроля подсознанием. Понемногу он смог собрать воспоминания, разложить их по полочкам и вернуть самоконтроль.

Он с абсолютной уверенностью знал, что был на этой планете раньше. Он помнил ее заброшенные города и безжизненную поверхность. Помнил, как рыскал вместе с Малаком средь пустых зданий, как искал архивы, записи, навигационные карты, которые смогли бы привести их к следующей точке маршрута. Но лучше всего он помнил ужас мертвой планеты, полностью лишенной Силы.

Т3 уже стоял рядом, встревоженно сигналя. Реван сморгнул, отгоняя минутную слабость, и посмотрел на сенсоры «Ястреба», чтобы понять, что же так взволновало дроида.

Сенсоры показали присутствие в системе другого корабля. Было невероятно трудно обращаться за поддержкой к Силе так близко от разоренной планеты, но он прикладывал неимоверные усилия, чтобы понять, кто именно на нем находится. Однако к тому времени, когда его ослабленный разум наконец почуял угрозу, было уже слишком поздно.

Мощный ионный заряд закоротил в «Ястребе» все цепи и обесточил двигатели, оставляя корабль на милость гравитации планеты.

Реван вцепился в штурвал, изо всех сил пытаясь выровнять курс «Ястреба», который неумолимо тянуло в атмосферу. Он боялся даже предположить, каковы шансы выжить во втором подряд крушении. Ионный залп повредил управление и стабилизаторы, и корабль бешено завертелся, мчась навстречу земле. Реван понятия не имел, преследует ли его тот, другой звездолет, – все сенсоры сожгло ионным залпом. Но он точно знал, что, если не запустить двигатели и репульсоры, «Черный ястреб» разлетится на куски от удара о землю.

– Т3! – закричал он, но астромех и без того не терял времени даром.

Т3 подсоединился коротким стержнем к разъему. Огни на приборной панели кабины замерцали, когда дроид стал перераспределять энергию из поврежденных цепей. Через иллюминатор Реван видел очертания города далеко внизу, но небоскребы с необычайной быстротой росли в размерах, по мере того как «Ястреб» приближался к поверхности.

Внутри панели управления раздался хлопок, и кабину заволокло дымом. Т3 предупреждающе пискнул, но его сигнал заглушил рев оживших двигателей «Ястреба».

Реван потянул рычаг, и под визг репульсоров нос «Ястреба» нехотя задрался вверх.

– Приготовься к удару! – крикнул джедай за миг до того, как корабль зацепил край массивного небоскреба. Обломки пермакрита и пластали брызнули на пустую улицу.

«Ястреб» отскочил от здания и бешено закрутился. В следующий миг он неуклюже стукнулся о землю, несколько раз скакнул, как камень по воде, и наконец остановился.

Глава 16

У Скорджа не было желания возвращаться на Нафему, но он не выказал ни малейшего возражения, пока Найрисс вела челнок сквозь атмосферу планеты по следу сбитого корабля. Им во что бы то ни стало нужно было узнать, кто находился на корабле, зачем прилетел сюда и остался ли в живых.

Сбитый корабль рухнул в одном из городов Нафемы, оставив за собой след из разбитых спидеров и покореженных зданий. Сам звездолет был поврежден не так сильно, как можно было ожидать, и покоился у основания небоскреба в конце протяженной городской автострады.

Найрисс с опаской подвела челнок к разбитому кораблю, в любой момент ожидая выстрела невидимого врага, и просканировала судно.

– Живые есть? – спросил Скордж.

На любой другой планете он бы почувствовал выживших с помощью Силы, но здесь губительные последствия императорского ритуала лишали его такой возможности.

– Если верить приборам, на борту есть органическая форма жизни, – ответила его спутница.

Два ситха аккуратно посадили свой челнок в пятидесяти метрах от вражеского корабля. Никакой ответной реакции не последовало.

– Обыщи его, – приказала Найрисс. – А я подожду здесь.

Только сейчас Скордж смог толком рассмотреть незнакомый корабль. Он был странной формы – плоский и округлый, как диск. Ситх осторожно приближался, и его сердце стучало как бешеное. В обычных обстоятельствах Скордж положился бы на Силу, которая могла предупредить его об опасности, но сейчас он чувствовал себя уязвимым и практически беспомощным. И это ощущение ему совершенно не нравилось.

Скордж находился на полпути к кораблю, когда ему в голову ударила шальная мысль. Что, если Найрисс решила оставить его и улететь? Ситх замер на мгновение, но потом осознал, насколько глупа эта идея. Если бы госпожа хотела избавиться от него, то давно бы воплотила свой замысел одним из десятка других способов. Не было резона рисковать собственной жизнью и везти его на Нафему, чтобы потом здесь бросить.

Успокоив себя, Скордж продолжил приближаться, пока не достиг странного корабля. Он приложил руку к панели доступа на корпусе, и бортовой трап медленно опустился. Ситха не удивило, что трап не был заблокирован: на большинстве кораблей система безопасности перезагружалась сразу после аварии, чтобы у потенциальных спасателей была возможность попасть внутрь и помочь пострадавшим.