Dreamer – Запретный плод сладок (СИ) (страница 31)

— Официально. Водителем, — перебирая меж пальцами пряди моих волос, криво усмехнулся Антон.

— А не официально?

— Покупка и сбав наркотиков. Продажа пушек. Торговля девочками…

— Девочками? — с ужасом переспросила я.

— Проститутками — нахмурившись, пояснил он. — Одним словом, они занимались тем же, чем и 'Волжские' в 90-х, только не так открыто. Когда я убил того парня, меня прямиком доставили к Ста…к тому мужчине.

— Ты не хочешь, чтобы я знала его имени? — догадалась я.

— Крошка, его настоящего имени, не знаю даже я, — усмехнулся Антон. — Но я, ни хочу, чтобы ты вообще что-нибудь о нём знала. Ни к чему это.

— Что потом? — спорить с ним дальше я не хотела.

— К тому моменту, когда меня привезли к нему, он уже всё обо мне знал. И историю моего детства. И всю мою дальнейшую жизнь, вплоть до момента нашего знакомства. Чёрт, за каких-то полчаса, он даже узнал имена всех моих самых близких друзей.

— Что ему было нужно от тебя?

По мере того как далеко заходил его рассказ у меня в душе нарастала скверное предчувствие чего-то очень плохого.

— Ничего особенного. Он хотел, чтобы я возместил ему 'убыток', - цинично усмехнулся Антон.

— Убыток? — не сразу поняла я.

— Того пацана, которого сбил.

Надо было знать, чего мне стояло сохранить спокойствие…они называют смерть человека убытком?!

— Презираешь меня, да? Считаешь циничной сволочью? — устремив на меня полный отчаяния и тревоги взгляд, горько усмехнулся он.

— Рассказывай дальше, — ответить на его вопрос сейчас, я просто не могла. — Возместить убыток, — сквозь зубы, проговорив последнее слово, нерешительно начала я, — это значит, занять его место, да?

— Да.

— И ты согласился? — не сдержавшись, вскрикнула я.

Наркотики, оружие, торговля людьми…Боже, неужели он действительно пошёл на всё это?

— Он предложил мне кое-что взамен, — спокойно, словно речь идёт не о криминале, а о бубликах, ответил Антон.

— И, что же? Деньги? — криво усмехнулась я, глядя в его помрачневшее лицо.

— Знаешь и это тоже! Ты может, даже и не догадываешься, что такое трудности в деньгах…

— Я, я не догадываюсь?! — вскочив с его колен, я, по-моему, даже побледнела от злости. — Да, ты…ты, ты хоть что-нибудь обо мне знаешь? Знаешь, как я живу? А разговор с Олегом…ты, что действительно…действительно считаешь, что я работаю у него…

— Нет! — резко прервав мои ужасные подозрения, выкрикнул Антон, в минуту вернувший меня на прежнее 'место'. — Прости. Извини меня. Я знаю, как ты живёшь. Знаю, что твою маму уволили с работы, и теперь вам нужны деньги. И я первый должен был предложить тебе помощь. Я, а не этот…Прости, — зарывшись лицом в мои волосы, на одном дыхании прошептал Антон.

— А откуда ты….Что было дальше? Что тебе предложил этот мужчина?

— Отомстить. Он предложил мне отомстить за маму. Его, конечно, не столько волновали мои терзания, сколько собственная выгода. Он ведь в 90-х тоже бандой рулил. Оттуда, кстати и бизнес свой построил. А 'Волжские' всегда ему, как нож поперёк горла были. Вот для него и прирезать одного из них, было как святое дело, — невольно сморщившись, мне стало ужасно не по себе, от того, сколько цинизма было в его голосе. — Ты знаешь, я ведь, когда стал работать на него…Ну, я не почувствовал никакого отвращения ко всем этим грязным занятиям. Наоборот, я даже втянулся в дело. Быстро заработал себе авторитет среди его людей, и без труда врос к нему в доверие. Мне стало нравиться это чувство власти. Я уже и позабыл о своих прошлых планах. Учёба давно отошла в сторону. Да, и зачем она мне тогда была нужна? Денег я воротил столько, что и девать-то толком некуда было. А месть, так с этим ОН мне помог, — резко прервавшись, Антон закрыл глаза, на несколько секунд ослабив свою хватку.

— Ты убил, того мужчину? — прервав затяжное молчание, нерешительно спросила я.

Чёрт, я ведь прекрасно понимала, страшное желание Антона отомстить! Практически на его глазах убили мать…а потом он был вынужден смотреть как поддонок, который это сделал, жил себе распрекрасненько ни в чём, не нуждаясь, да ещё и обзавёлся счастливой семьёй! Но всё равно так хотелось услышать, что он смог в себе всё перебороть, почему-то в душе уже зародилась догадка, что эта его месть, понесла за собой страшные последствия.

— Нет. Не его, — пустым, бесчувственным голосом произнёс Антон, а у меня внутри всё похолодело. Не может быть…нет, он не мог этого сделать!

— Я хотел его убить. Только его! Я хотел отомстить ему и никому больше! Чёрт я же всё просчитал…я не думал, что могу ошибиться, — его тело трясло как в лихорадке. Глаза потемнели и в них засверкали искорки страха. Вжав меня до боли в своё тело, Антон уткнул лицом мне в шею, делая попытки восстановить дыхание. А я не могла…совершенно не могла ему ничем помочь. Не могла успокаивающе погладить по голове, поцеловать его, или же просто прошептать на ушко, что-то нежное. Меня просто парализовало. — В тот день, его жена с дочкой должны были идти в поликлинику, а он остаться дома. Я всё подготовил заранее…Отключил пожарную сигнализацию в квартире. За десять минут до…запер входную верь. С окнами делать ничего не пришлось, на них стояли решётки. Отключил все телефоны… — он задыхался. Уткнувшись лицом меня в шею, Антон жадно глотал ртом воздух, до боли сжимая пальцы на моей талии.

— Потом… — белыми, как полотно губами прошептала я.

— Потом, всю жизнь, каждую ночь, мне сниться один и тот же сон. Маленькие, полыхающие огнём ручки, вытягивающиеся из решётки…

— Замолчи! — соскочив с его колен, надрывно вскрикнула я. — Ни слова больше! Ни одного слова! Не хочу…я больше ни хочу ничего слышать! Я больше ничего не хочу знать!

Слёзы нескончаемым потоком лились из моих глаз, обжигая побелевшие щёки. Моё тело трясло, как при минус сорока градусов мороза! Внутри меня всё взорвалось. Я ничего не понимала. Я вообще перестала осознавать, что происходит.

— Ты уходишь, да? Ты больше, ты…Ты говорила, что любишь меня! Обещала всегда быть рядом! Говорила, что несмотря ни на что, будешь со мной. А теперь бросаешь, ты бросаешь меня?! — он плакал, первый раз в жизни видела, как он плачет. Мне было больно, ужасно, дико больно. Но я не могла выносить больше ни минуты близости с ним! — Не уходи! Я умоляю тебя, не уходи! Ты самое дорогое, что у меня есть! Я живу тобой, Ярослава, я дышу тобой, слышишь? Дышу! Ты мне нужна, ты так сильно нужна мне! Я люблю тебя. Люблю так, как мужчины любят своей последней любовью, до конца жизни…Не уходи, я умоляю не бросай меня! — встав на колени, Антон вжался лицом мне в живот, сквозь слёзы, говоря эти слова как мантру.

Даже в самых радужных снах, я не могла представить себе, что он скажет мне такое…а, сейчас я просто не могла этого слышать! Резко оттолкнув его от себя, я, зажимая рот рукой, пулей вылетела из комнаты.

Как я бежала? Куда я бежала? Зачем я бежала? Я ничего этого не знала…Я просто не осознавала, что делаю. Дышать было невыносимо трудно. Мне нужно было остановиться, привести дыхание в норму, хоть немного передохнуть, но я не могла. Я бежала, бежала, бежала, не в силах сделать остановки. Все прохожие оглядывались на меня, как на умалишённую. В середине января я бежала в лёгкой полупрозрачной блузке и короткой юбке. Но мне не было холодно. Наоборот, я чувствовала, как всё тело охватила волна жара. Я продолжала бежать. Совершенно не зная куда. Я не разбирала дороги, катящиеся по моим щекам слёзы, застилали глаза плотной пеленой тумана. А я всё куда-то бежала, не понимая, когда, наконец, будет предел моим силам. Нет не физическим. Когда я переступлю тот рубеж и окончательно свихнусь?

Два месяца. Всего за два месяца моя жизнь превратилась в Ад. Я познала все его оттенки. И сладострастные искушения, и фальшивые вспышки счастья, и горечь предательства и самое трудное. Терзания прощения. Простить…можно ли простить любимого человека, зная, что он, что он монстр, что он дьявол?

Господи, я всё могла стерпеть. Продажу наркотиков, торговлю оружием, торговлю людьми, наверняка нередкие убийства…Но ребёнок. Как можно было так остервенеть чувством мести? Как? Смогу ли я когда-нибудь ещё раз прикоснуться к нему, зная что он заживо сжёг не в чём не виноватую женщину вместе с её маленьким ребёнком?

Господи, сделай так, чтобы это всё оказалось сном! Ужасным кошмарным сном! Этого не может быть на самом деле, Антон не мог…

Внезапно я остановилась. Остатки сил покинули меня. Упав на мягкий снег, свернулась калачиком, совершенно перестав что-либо чувствовать, и осознавать.

— Слава, Господи, Славка вставай! Замёрзнешь ведь! — сквозь вату в ушах услышала я смутно знакомый голос.

Пошевелиться или просто что-то ответить я не могла, да собственно и не хотела. Я была полностью опустошенна. Я вообще перестала себя чувствовать. Я хоть и продолжала существовать на этой земле, но внутри…внутри, я уже изжила себя. Я человек, в конце концов. Я не робот.

— Сейчас, сейчас, Славка, всё будет хорошо моя родная! Моя девочка, я рядом, теперь всё будет хорошо! — это было последним, что я слышала, прежде чем окончательно провалиться в беспамятство.

Наверное, если бы меня несколько часов избивали чемпионы мира по боксу, мне бы и то было бы легче проснуться (хотя после такого, я бы вряд ли проснулась) чем сейчас. Голова болела так, словно по ней со всей силы долбили молотком. Всё тело затекло, и пошевелить какой-либо конечностью, было ужасно трудно. У меня создавалось такое впечатление, что меня что-то придавливает к…к кровати?