Dreamer – Другая женщина (СИ) (страница 56)

Конечно, такой вопрос завёл меня в тупик. По-правде, ни о чём подобном я ни разу не задумывалась. Переехать в Петербург? Жить в квартире отца Марка? Нет….Хотя, конечно, вполне может быть, но точно не сейчас.

— Олег Константинович, спасибо вам большое за предложение, но я пока не хочу никуда переезжать. Возможно позже, когда ребёнок родится. Но не сейчас.

Я не стала объяснять, чем вызвано такое решение. Просто мне действительно хотелось, чтобы мой малыш родился именно здесь, в этом городе. Узнав о беременности, я переехала в ту самую квартиру, которую Марк купил для нас. Может это и мазохизм, но я хотела жить именно в этом месте, где всё напоминает о нём. Жизнь ещё более жестока, чем смерть. Она идёт с такой бешеной скоростью, вытесняя прошлое и безжалостно толкая вперёд. И лишь в памяти остаются такие дорогие, такие ценные моменты. Но приходит время, и они когда-нибудь начинают блекнуть. Конечно, я ни о чём не забыла. И, наверное, никогда не смогу забыть. Но всё же мне хочется жить именно в том месте, где воспоминания, пускай лишь только в моём воображении, хоть на несколько секунд могут превратиться в реальность. В той самой квартире, где ещё совсем недавно витали мечты о совместной жизни, о нашем будущем…я особенно ярко чувствовала его присутствие. Мне постоянно казалось, что он где-то рядом. Со мной…и нашим ребёнком.

— Я понимаю, и я не буду давить. Хотя и надеюсь, что когда-нибудь ты всё-таки изменишь решение.

Олег Константинович сказал правду. Он действительно не давил, а к моему удивлению, наоборот, сделал всё, чтобы именно здесь, в этом городе, я чувствовала себя максимально комфортно. Я точно знала, что это он заткнул рты журналистам, которые до последнего не унимались. Хотя, по-моему, уже никого не волновала эта история. Каждый день в мире происходят какие-нибудь события, которые непременно переключают на себя всеобщее внимание. Никто особо подолгу не хочет рыться в чужих судьбах, да и как бы прискорбно это ни было, но смерть одного человека ни для кого не является трагедией…кроме близких, конечно. Хотя, может многие меня осудят, а многие просто не согласятся, но с каждым днём боль утихает. Нет, никуда не исчезает тоска и безумная грусть по не исчезающей из памяти улыбке, но сердце уже не щемит, и лезть в петлю тоже не хочется. Я лично, испытала совсем противоположное желание. Не знаю, наверное, всё дело в ребёнке, появление которого, кажется, ждали абсолютно все, но я никогда так не ценила каждое мгновение жизни, как в это время. Я жила каждой секундой, хотя при этом и отсчитывала дни до появления на свет, наверное, самого долгожданного ребёнка в мире.

К этому событию, с каким-то просто безумным нетерпением готовилась не только я, но и вся съехавшаяся родня. Мама Марка привезла с собой из Барселоны кучу детских игрушек, особенно ценными для меня стали те, с которыми когда-то игрался сам Марк. Кроме того, она, оказавшись женщиной с очень непростым характером, помогала мне на протяжении всей беременности. Особенно дельным стал её совет насчёт родов. Собственно, я им воспользовалась. Рушанов, наверное, до конца жизни будет мне припоминать, как я покрывала всех благим матом, когда рожала.

Олег Константинович взял на себя всё обустройство детской. По-скольку я не стала заранее узнавать, кого именно ‘принесёт нам аист’, комната была отделана в нейтральных жёлтых тонах, да и вообще, всё получилось настолько замечательным, что у меня иной раз самой возникало желание туда переехать.

Мама всё-таки не уехала в Болгарию. Не знаю, правильно ли я поступила, но я сама, первая пошла на мировую. Мне действительно хотелось, чтобы все обиды, ссоры, предательства остались в прошлом. И в первую очередь, нашему с мамой примирению больше всех была рада Анька. Собственно сестра стала моим главным помощником. Кажется, никто как она не беспокоился о моём самочувствии. Даже я меньше волновалось, хотя, по-мере того, как время всё быстрее приближалось к назначенному дню родов, я становилась всё большей истеричкой и паникёршей. И надо сказать, что это вполне оправданно. Сколько бы мы не готовились к этому торжественному событию, до каких мелочей бы всё не спланировали, конечно, в итоге всё пошло по другому сценарию.

Роды начались за две недели до положенного срока. Господи, не передать, как я испугалась. Как ревела, когда меня уже везли в родильную. Этот дикий дьявольски страх даже немного, на какую-то сотую доли, перекрывал боль. Я тряслась до самого последнего момента. Я предполагала самое худшее ровно до той секунды, пока мне не положили на грудь маленький горячий, пищащий, наверное, на весь роддом комочек. Я не чувствовала слёз, которые беспрерывно катались по моим щекам. Не понимала, что происходит вокруг меня. На какое-то, пускай совсем мимолётное мгновение, во всём мире осталась только я, со своим чудом, с этим маленьким голубоглазым ангелом. И только тихий, радостный голос акушерки, смог пробраться в мою маленькую вселенную:

— Поздравляю, с появлением дочки…

Да, наверное, моя жизнь всегда будет сумбурной. Сколько мы все планировали этот торжественный день выписки, а в итоге, меня некому было встречать. Мама Марка улетела обратно в Барселону. У неё там какие-то проблемы с работой возникли. Моя мама вместе с Олегом Константиновичем на несколько дней отправились в Питер, чтобы забрать кое-что из детских вещичек Марка и докупить мебели. Сестра должна была по работе уехать в командировку в другой город, но Рушанов, подлец, сообщил ей, что мне некому встречать, и никакие уговоры не смогли убедить Аньку, что несколько дней, я смогу справиться и без посторонней помощи.

Правда, когда я вышла на улицу, крепко прижимая к груди сопящую дочку и не хотя отводя от неё взгляд, выискивая глазами сестру, ко мне почему-то подошёл совершенно незнакомый (как мне сначала показалось) мужчина.

— Здравствуйте, Кристина! Искренне поздравляю с таким знаменательным событием!

Пока этот высокорослый блондин улыбался во весь рот, я всё пыталась сообразить, кто он вообще такой.

— Спасибо. А вы собственно…

— Я Сергей, друг Аньки, по совместительству её бывший коллега. Собственно это я и отговорил её отменять командировку. Взамен дал клятвенное обещание встретить вас. Надеюсь, вы не против? — мужчина всё так же улыбался, а я продолжала непонимающе его разглядывать. — Вы меня совсем не помните? Мы встречались в клубе, и потом ещё несколько раз.

Только тут до меня дошло, кто передо мной стоит. Тот самый Сергей, которого я просто использовала в своих целях, чтобы заставить Марка ревновать. И у меня это получилось. В тот вечер мы вновь сошлись после самого первого расставания, а от Сергея я ещё несколько дней позорно бегала и игнорировала звонки.

— Да…да, конечно, я вас помню, — отведя смущённый взгляд, я почувствовала, как щёки начинают заплывать краской. — Только…не нужно. Спасибо вам, но я сама доберусь.

— Ага, как же! Вы сами доберётесь, а Анька на мне потом живого места не оставит?

Сергей усмехнулся, а я уже мысленно представила, как буду убивать сестру. Долго и мучительного. Даже не предупредила, зараза!

— Спасибо вам, но я…

— Ой, чуть не забыл! — не дав мне договорить, мужчина достал из позади стоящей машины цветы и коробку конфет, которые уже через пару секунд оказались в руках у акушерки. — Спасибо вам огромное! Удачи в работе, пусть все малыши рождаются здоровыми!

— Спасибо, — пожилая женщина засмеялась. — Только это вам, папаша, нужно удачи пожелать. Ну и голосистая же у вас дочка получилась, скучать не придётся!

Теперь я уже вся с ног до головы покрылась краской, и только было хотела возразить, как Сергей уже вернулся, тоже казалось, изрядно смутившись.

— Может, фотографию сделаем? Анька очень упрашивала…

— А давайте я? Я могу вас всех вместе сфотографировать! — пока мы с Сергеем, окончательно покраснев из-под опущенных ресниц, глядели друг на друга, акушерка уже взяла из рук мужчины фотоаппарат и сделала пару снимков. — Ну вот, теперь такая память на всю жизнь останется! Ещё раз поздравляю с дочкой!

С самой первой секунды как я села в его автомобиль, я чувствовала себя ужасно неуютно. Да и малышка опять разбушевалась. По-моему, принцесса была очень недовольна, что её не встретили с шарами и фейерверками.

— С характером девочка будет, — Сергей усмехнулся, притормозив машину на светофоре. Взяв с переднего пассажирского сиденья цветы, мужчина протянул их мне. — Аня сказала, что вы любите пионы, но я, к сожалению, не нашёл. По-правде, как называются эти цветы, я не запомнил, но мне кажется, они очень красивые, по-моему, даже не хуже пионов.

Удивительно, но как только букет очутился на моих коленях, голубоглазый котёнок затих. Наверное, маленькая леди решила, что это её презент.

— Спасибо…да вы правы, цветы очень красивые…не хуже пионов…

— А как дочку назвать хотите?

Поцеловав малышку в носик, я прислонилось щекой к её гладкой, почти лысенькой головке.

— Света. Чтобы жизнь у неё была такая же светлая…

Ну, вот и всё! Конец!