Dreamer – Другая женщина (СИ) (страница 15)

— Радуйся детка, на этот раз тебе не придётся раздвигать свои стройные ножки. Я не люблю столь грязных игр. Гораздо проще снять шлюху на трассе. Тем более, что между вами нет никакой разницы, разве что способ оплаты несколько отличается.

Резко отстранившись от Кристины, Марк сел обратно в машину и напоследок, унизительно бросил:

— Кстати, если хочешь, я могу позвонить Минееву, попросить его, чтобы больше не подкладывал тебя под клиентов. Хотя судя по тому, как пару минут назад ты стонала подо мной, готовая потрахаться прямо в машине, тебе это доставляет явное удовольствие.

Он резко сорвался с места, уже не заметив ни скатившихся с глаз девушки слёз, ни как она, жалостно обхватила себя руками, упав на холодную землю. Марк яростно гнал машину по размытой внезапно начавшимся ливнем дороге и едва сдерживал рвущуюся наружу ярость. ‘Шлюха. Продажная тварь. Проститутка. Генкина шалава. Пошла она к чёрту, стерва. Пусть имеет мозги кому-нибудь другому. Итак, уже достаточно наигралась в пай-девочку’.

Тогда Марк думал, что всё кончено. Как с Кристиной, так и с остальными продажными шлюшками ей наподобие. Он действительно хотел заставить себя стать примерным семьянином. Бросить гулянки и хотя бы попытаться быть верным Марине. Правда тогда он даже не предполагал, что уже через неделю всё изменится. Что совсем скоро, он будет подыхать без той, кого сейчас называл проституткой. Будет жить её голосом, её запахом, её смехом. Будет нуждаться в ней каждый день. Будет сходить с ума от ревности и волнения, когда она случайно не возьмёт трубку. И тогда он не знал, что совсем скоро ему предстоит самый трудный выбор в его жизни. Кристина…или семья, дом, работа, вся его прежняя жизнь.

*****

Нет, я не была опустошенна. Не была разбита или подавленна. Просто в какой-то степени меня уже не существовало. Я не чувствовала ни боли в разбитой коленке, ни пробирающего каждую клеточку тела холода, вообще ничего. Я уже даже не плакала. Точнее, я заставила себя в очередной раз надеть на лицо маску безразличия, скрыв за ней все чувства. Меньше всего мне сейчас хотелось, чтобы Аня увидела меня в таком состоянии. Сестра — единственный родной человек, который у меня остался. И не знаю почему, но я никогда не могла поделиться проблемами со своими близкими. Я не делилась какими-либо переживаниями со своими подружками, уже давным-давно, наверное, с самого детства не секретничала с мамой, не плакала у неё на коленках, когда было плохо…Единственный человек, который всегда безошибочно понимал моё состояние — папа. Только с ним я могла поделиться чем-то очень личным, очень сокровенным. Но с его утратой всё изменилось. Нет, меня нельзя назвать замкнутым человеком. Я довольно общительна, как и каждая девочка люблю посплетничать, но в стрессовых, пиковых ситуациях, я ухожу глубоко в себя. Перестаю кому-либо доверять. Просто не могу раскрыться человеку. Именно близкому человеку. Может это неправильно, но мне всегда казалось, что я не вправе перекладывать свои проблемы на других.

Вот и сейчас, я заставила себя взять себя в руки. С дьявольским, просто титаническим трудом мне удалось наклеить фальшивую улыбку на лицо. Я поплачу. Я обязательно сегодня поплачу. Скорее даже разрыдаюсь. Молча. Прогрызая зубами подушку. Подавляя жалостливые всхлипы. Но всё это будет, когда я останусь одна. Аня не должна ничего узнать.

Но моя сестра оказалась ещё более догадливой, чем я думала. Сначала, она вышла встречать меня с широкой радостной и отчего-то немножко игривой улыбкой, но окинув меня всего лишь мельким взглядом, настроение сестры резко пошло на спад.

— Что случилось?

Мне едва удалось сдержать себя, чтобы не закатить глаза. Дьявол, как же сейчас хотелось остаться одной. Совершенно одной. Чтобы рядом никого не было. Чтобы ко мне никто не лез ни с какими расспросами и ничего из меня не выпытывал.

— Всё нормально. Просто устала на работе, день был тяжёлым. Да ещё и начальство не в духе. А ты могла бы хоть раз предупредить, что зайдёшь. Может у меня на сегодня были планы?

— Я уже догадалась, — Анька снова таинственно улыбнулась, а её губы растянулись в лукавой улыбке. — Я видела, что ты приехала не одна. Кто тот сумасшедший красавчик на дорогущей иномарке, который тебя подвёз? Признавайся, закадрила кого-нибудь?

Ага, закадрила. Закадрила самого последнего лицемера и ублюдка. Почему-то сейчас мне захотелось послать Аню куда подальше. Ненавижу, когда кто-то лезет в мою личную жизнь. Пускай даже и родная сестра. Личная жизнь она ведь на то и личная, чтобы никто её не касался. Но всё-таки определённый плюс в Анином любопытстве был. По крайне мере она уже не испепеляла выпытывающим взглядом мои красные опухшие глаза.

— Ань, я же говорю, начальство завалило работой. Пришлось остаться в офисе допоздна. Автобусы уже не ходили, а меня предложил подвезти мой коллега по работе.

— Да? — по усмешке сестры я сразу поняла, что она не поверила ни одному моему слову. Хотя я и старалась быть как можно более убедительной. — И с каких пор в вашей конторе стали платить такие баснословные зарплаты, что люди могут позволить себя купить дорогие иномарки?

— Ань, меня совершенно не интересует, кто и на какие деньги покупает себе машины.

Переступив порог спальни, я сразу же сняла с себя всю мокрую одежду и закуталась в махровый халат. Сестра, молча, следила за моими действиями, почему-то на несколько секунд задержав взгляд на моей одежде.

— Да ладно, я ведь по глазам вижу, когда ты обманываешь. Не хочешь говорить, что у тебя кто-то появился — не нужно. Хотя могла бы, и поделиться с сестрой такими вещами. Я ведь не слепая. Думаешь, не замечаю, как ты изменилась за последнее время? Стала более весёлой, чаще улыбаешься, наконец, начала пользоваться косметикой и носить нормальные вещи. Если у тебя никого нет, то с чего вдруг такие перемены?

— С того, что пора мне заканчивать с этим ханжеством. Я решила больше не вспоминать о прошлом. В конце концов, хотя бы ради моего будущего ребёнка. Ты же сама мне постоянно это твердила?

— Верно. Но прислушаться ко мне ты почему-то решила только сейчас. Да ладно Крис, хоть мне признайся, что ты, наконец, завела себя мужика. Я ведь видела, как ты обнималась с этим ‘коллегой по работе’. Но не переживай, дальше подглядывать не стала, сразу отошла от окна.

Я с трудом сдержалась, чтобы не закатить от облегчения глаза. Представляю, чтобы она устроила, если бы увидела как после этих объятий, я обессиленно рухнула на землю, разрыдавшись как ребёнок.

— Ещё раз тебе повторяю, мы просто работаем вместе. Ничего больше. Ну, обнялись по-приятельски, что в этом такого? И кстати, если хочешь знать, он женат.

Взгляд сестры потух в одночасье. Мне даже показалось, что с её губ сорвался стон разочарования. А мне стало стыдно. Я почувствовала себя настолько омерзительно, что даже пришлось отвернуться, только бы не видеть глаз Ани. Чтобы она сказала, если бы узнала, что всего минут десять назад я стонала под этим самым женатым мужчиной на заднем сиденье автомобиля и подыхала от желания отдаться ему, прямо там, в этой чёртовой машине? Аня бы этого ни за что не поняла. Она всегда ненавидела женщин, уводящих чужих мужчин. Только я никого не уводила. Я всего лишь пешка, которую так жестоко убрали с шахматного поля.

— Чёрт, а я уж и правда подумала, что у тебя с ним, что-то есть, — Аня обречённо вздохнула и достала из своей сумочки какую-то чёрную папку. — Ладно, женат, так женат, проехали. Я вообще вот зачем пришла. Это бумаги о размене квартиры. Здесь есть много неплохих вариантов, ты их обязательно просмотри. Надо ведь уже в ближайшее время решить этот вопрос.

Я взяла папку, с благодарностью посмотрев на сестру. В то время как я забивала себе голову любовными делами, она разгребала мои проблемы.

— Анька, чёрт, спасибо тебе огромное. У меня всё никак руки не могли до этого доползти, а ты…

— Да ладно, что в этом такого мы же сёстры, — отмахнувшись, Аня уселась на мою кровать перекинув ногу на ногу. — Нус мадам, поделитесь, как ощущение перед грядущей операцией? Уже запаслась пелёнками и ползунками?

— Сколько раз тебе объяснять, что после этой операции я не проснусь беременной. Перед этим знаменательным событием может пройти ещё не один месяц.

— Ой, не грузи меня этими подробностями. Лучше скажи, ты от кого ребёнка рожать собралась? Мужика у тебя нет и судя по всему, заводить ты его не собираешься. А в конторе у вас, как я поняла, одни господины женатые водятся?

Упоминание о Туманове больно полоснуло внутри. Я даже поморщилась, с трудом сумев отогнать от себя мысли о нём.

— Искусственное оплодотворение, я не вижу другого выхода.

— Не видишь другого выхода? — усмехнувшись, Аня глянула на меня как на сумасшедшую. — Да я тебе столько таких выходов могу подогнать. У меня знаешь, сколько знакомых неженатых мужиков? Они перед тобой все штабелями лягут. Кроме того ведь необязательно говорить с какой целью тебе нужны отношения…

— Ань, не неси чепухи. Это эгоистично и подло. Я не собираюсь находить мужчину на пару ночей.

— Упрямая ты. Ну, вот зачем тебе вообще сейчас ребёнок? Могла бы сначала карьеру…

— Ты прекрасно знаешь, что я думаю по этому поводу. Нет, большего счастье для женщины, чем быть матерью. По крайне мере я так считаю. И никакие деньги не заменят самой простой улыбки твоего ребёнка. И Ань, не обижайся, но я правда очень устала и просто хочу лечь спать.