Дороти Сейерс – Смерть по объявлению. Неприятности в клубе «Беллона» (страница 108)

— Ну, — протянул мистер Маннз, — если я по-свойски загляну к Джимми Рови в «Дракона» и попрошу, чтобы он по дружбе уступил мне бутылочку «Джонни Уокера», — естественно, ни о каких деньгах не идет и речи…

— Отличная идея, — с глубоким чувством произнес Уимзи.

Миссис Маннз испустила громкий визг.

— Дамы все такие нервные, — пожал плечами мистер Маннз.

— Смею предположить, что капелька шотландского виски нервам миссис Маннз пойдет только на пользу, — сказал Уимзи.

— Вот только посмей, Джо Маннз, — воскликнула домовладелица, — вот только посмей уйти из дому посреди ночи, чтобы бражничать да хороводиться с Джимми Рови, да бегать на поводу у грабителей да всяких там…

Мистер Маннз резко сменил тактику.

— А ну, заткнись! — прикрикнул он на жену. — Вечно суешь свой нос, куда не просят!

— Это ты мне?

— Тебе. Заткнись!

Миссис Маннз, сопя, уселась на табуретку.

— А теперь, сэр, я, пожалуй, сбегаю в «Дракона», — проговорил мистер Маннз, — пока старина Джимми не улегся спать. А потом посидим здесь, в тепле…

И он исчез. Видимо, мистер Маннз напрочь позабыл собственные слова касательно невозможности денежных расчетов, поскольку со всей определенностью прихватил банкноту, которую с рассеянным видом вручил ему Уимзи.

— Ваш чай остывает, — напомнил Уимзи Шейле.

Шейла подошла поближе к нему.

— А нельзя ли как-нибудь избавиться от этих людей?

— В два счета. Вот только скандалить с ними не нужно. Я бы с удовольствием, но только, понимаете, вам же придется остаться здесь хотя бы ненадолго — вдруг Джордж вернется сюда?

— Ну, конечно. Вы уж простите меня за доставленные неудобства, миссис Маннз, — немного натянуто добавила Шейла, — но я ужасно беспокоюсь о муже!

— О муже? — фыркнула миссис Маннз. — Да стоит ли из-за них душу надрывать? Взгляните хоть на Джо! Поперся в «Дракона» и ухом не ведет, что я ему ни говорю! Подлецы они, эти мужья, все одним миром мазаны! И плевать мне, что там другие скажут!

— В самом деле? — переспросил Уимзи. — Ну, я к мужьям не отношусь — пока, — так что при мне можете говорить смело.

— Что мужья, что — как бишь их? — пара… парази… патрициды — один в один, — злобно прошипела хозяйка, — между ними и на полпенни разницы нет. Только патрициды уважением не пользуются — ну, так и избавиться от них полегче.

— Ах, вот оно как! — отозвался Уимзи. — Ну, я-то своего почтенного родителя и пальцем не трогал — так же, как и миссис Фентиман, смею вас заверить. Ого, а вот и Джо! Вы нашли, что искали, старина? Нашли? Ну, замечательно! Миссис Манн, выпейте-ка и вы с нами. Вам сразу полегчает. Кстати, почему бы нам всем не перейти в гостиную — там ведь, наверное, потеплее?

Миссис Маннз сдалась.

— Ну, ладно уж, — вздохнула она, — раз кругом одни друзья… Но, согласитесь, все это выглядело как-то странно, разве нет? Прямо с утра заявляются полицейские, пристают с распросами, да еще и вытряхивают мусорный ящик прямо посредь двора.

— А зачем им понадобился мусорный ящик?

— А господь их знает! Да еще эта тетка Камминс так и таращится из-за стены. Сами понимаете, кто ж тут выдержит? «Что, миссис Маннз, — говорит, — жильцов травите? А я вас предупреждала, — говорит, — ваша стряпня рано или поздно кого-нибудь доконает». Кошка паскудная!

— Ну надо же, болтать такие гадости, — сочувственно промолвил Уимзи. — Думаю, это она из зависти. И что же полицейские нашли в мусорном ящике?

— Нашли? А что они могли найти? Хотела бы я посмотреть, как это они что-нибудь найдут в моем мусорном ящике! Еще не хватало — вторгаться в честный дом! Вот так я им и сказала. «Хотите копаться в моем мусорном ящике, так приходите с ордером на обыск», — да, так прямо и выложила, как на духу. Таков закон, а с законом не поспоришь. А они мне: дескать, миссис Фентиман разрешила им туда заглянуть, а я им: с какой еще стати тут миссис Фентиман распоряжается? Это мой ящик, а не ее. Так что пошли эти полицейские несолоно хлебавши.

— Это вы их лихо отбрили, миссис Маннз!

— А что, я женщина порядочная! Если полицейские обратятся ко мне как полагается, напрямую, да на законных основаниях, я им с радостью помогу. Еще не хватало наживать себе неприятности из-за жильца, будь он тысячу раз капитан. Но я не потерплю, чтобы они без ордера вмешивались в дела законопослушной британской подданной. Так что пусть они ведут себя, как положено, или позабудут про свой пузырек!

— А что за пузырек? — быстро спросил Уимзи.

— Да который они разыскивали в моем мусорном ящике. Капитан выкинул его туда после завтрака.

Шейла тихонько вскрикнула.

— И что же это был за пузырек, миссис Маннз?

— Ну, обычный пузырек из-под пилюль, — пояснила миссис Маннз, — точно такой, миссис Фентиман, как тот, что стоит у вас на умывальнике. Когда я увидела, как капитан колотит по нему кочергой во дворе…

— Погоди, Примроз, — перебил ее мистер Маннз. — Ты что, не видишь разве, что миссис Фентиман дурно?

— Нет-нет, со мной все в порядке, — поспешно произнесла Шейла, отбрасывая со лба влажную прядь. — Так что там делал мой муж?

— Вижу: выскочил во двор, — пояснила миссис Маннз, — а было это сразу после того, как вы позавтракали, потому что, как помнится, тогда-то Маннз и впустил полицейских в дом. То есть это я сейчас знаю, кто они такие, а тогда я, прощения прошу, сидела в уборной, поэтому-то капитана и заметила. Ведь из дома мусорка не видна, ваша светлость, — наверное, мне так вас следует звать, ежели вы и вправду лорд, но вы ж знаете, в наше время столько проходимцев развелось, что ухо держи востро, — а уборная нарочно поставлена так, чтоб мусорку загораживать.

— Совершенно верно, — согласился Уимзи.

— Ну вот, значит, вижу: разбил капитан свой пузырек, а осколки побросал в мусорный ящик. «Вот так дела!» — говорю себе, и пошла посмотреть, что там такое, а потом собрала осколки в конвертик — понимаете, я подумала: вдруг там было что-нибудь ядовитое? А кот у меня такой ворюга, никак его не отвадишь от мусорки. Захожу я в дом, а там полиция. Через некоторое время смотрю — а они копаются на заднем дворе. Я их и спрашиваю: что, дескать, вы там делаете? А бардак они учинили — вы просто не поверите! Они мне и показывают маленькую крышечку, как раз для пузырька из-под таблеток, и спрашивают: «Не знаете ли вы, где может быть остальное?» А я говорю: «Что это за безобразие вы тут творите с мусорным ящиком?» А они мне…

— Спасибо, я понял, — перебил ее Уимзи. — Думаю, миссис Маннз, вы поступили чрезвычайно разумно. А что вы сделали с тем конвертом?

— Оставила у себя, — ответствовала миссис Маннз, для вящей убедительности кивнув, — да, оставила. Видите ли, если они и впрямь вернутся с ордером, а я уничтожу пузырек — что тогда со мной будет?

— Вы абсолютно правы, — отозвался Уимзи, не спуская глаз с Шейлы.

— Всегда держитесь законов, и тогда никто к вам не привяжется, — подтвердил мистер Маннз. — Вот так я всегда и говорил. Да, я консерватор. В игры социалистов не играю, боже упаси. Еще выпьете?

— Может быть, позже, — вежливо отказался Уимзи. — Наверное, не стоит нам больше задерживать ни вас, ни миссис Маннз. Одно скажу напоследок. Понимаете, капитан Фентиман на войне получил контузию, и теперь он время от времени выкидывает всякие странности — ну, вещи там разбивает, — а потом теряет память и бродит где попало. Потому миссис Фентиман действительно очень разволновалась, видя, что муж домой не возвращается.

— А! — с наслаждением откликнулся мистер Маннз. — Знавал я одного такого парня! Как-то ночью совсем с ума спятил. Перебил кувалдой все свое семейство — он мостильщиком работал, вот и вышло так, что у него кувалда нашлась дома, — истолок их всех на холодец, жену и пятерых деток, а сам пошел себе и плюхнулся в Риджентс-канал. Больше скажу: когда его выловили, он ничегошеньки об этом не помнил, ну совсем ничего. Так его и отправили… Как бишь это место прозывается? Дартмур? Нет. А, вот! — Бродмур, туда еще Ронни Тру[136] загремел со всеми своими причиндалами…

— Замолчите, вы, дурень! — свирепо прикрикнул на него Уимзи.

— У тебя что, сердца нет? — возмутилась миссис Маннз.

Шейла встала и, словно слепая, побрела к выходу.

— Сейчас же пойдите и лягте, — посоветовал Уимзи. — Вы переутомились. О, а вот, должно быть, и Роберт! Я оставил для него сообщение — попросил подъехать сюда, как только вернется.

Мистер Маннз пошел открывать.

— Надо бы поскорей уложить миссис Фентиман в постель, — обратился Уимзи к домовладелице. — Не найдется ли у вас в доме грелки?

Миссис Маннз отправилась на поиски. Шейла схватила Уимзи за руку.

— Не могли бы вы забрать у нее этот пузырек? Пожалуйста, пусть отдаст вам! Вы сможете. Вы все можете! Заставьте ее, умоляю!

— Лучше не надо, — возразил Уимзи. — Зачем будить подозрения? Послушайте, Шейла, а что это за пузырек?

— Из-под моего лекарства. Я его потеряла. Оно сердечное, с дигиталином.

— О господи! — вырвалось у Уимзи, и тут вошел Роберт.

— Все это чертовски неприятно, — проговорил майор.

Он мрачно поворошил уголь в камине. Огонь горел плохо: пепел и золу не выгребали вот уже сутки, и нижняя часть решетки была забита до отказа.

— Я побеседовал с Флобишером, — добавил он. — Все эти разговоры в клубе, газетные сплетни… естественно, полковник не может посмотреть на них сквозь пальцы.

— Он держался любезно?