Дороти Сейерс – Неестественная смерть (страница 30)

– У меня есть кое-какая информация, которая, думаю, может его заинтересовать.

– Вот как? Миссис Форрест, вы вполне можете передать ему ее через меня.

– Не вполне, – промурлыкал голос на том конце провода. – Понимаете, вы – лицо официальное, а я предпочла бы написать мистеру Темплтону в частном порядке, предоставив ему самому решать, делиться ли с вами этой информацией.

– Понимаю. – Паркер лихорадочно соображал: Пикадилли, 110а – не тот адрес, который следовало бы сообщать миссис Форрест как адрес «мистера Темплтона». Письмо может не дойти, или, того хуже, она вздумает отправиться туда сама и обнаружит, что тамошний портье не знает никакого мистера Темплтона. Это наверняка ее насторожит, и она скроет информацию.

– Как вы понимаете, – сказал Паркер, – я не имею права сообщать адрес мистера Темплтона без его разрешения. Но вы можете ему позвонить…

– О да, конечно. Он есть в телефонном справочнике?

– Нет… Но я дам вам его личный номер.

– Большое спасибо. Еще раз простите за беспокойство.

– Никакого беспокойства. – И он назвал ей номер телефона лорда Питера.

Повесив трубку и выждав секунду-другую, он сам набрал этот номер.

– Слушай, Уимзи, – сказал он, – мне звонила миссис Форрест. Она хотела написать тебе, но я не дал ей твоего адреса, а дал номер телефона, так что, если она позвонит и спросит мистера Темплтона, не забудь, что это ты.

– Отлично. Интересно, что понадобилось от меня нашей прекрасной леди?

– Возможно, ей пришло в голову, что следует рассказать более правдоподобную историю, и она решила кое-что добавить к ней с целью усовершенствования.

– Тогда есть вероятность, что она выдаст себя: предварительный набросок зачастую бывает более убедительным, нежели окончательное полотно.

– Не могу не согласиться. Сам я из нее больше ничего вытянуть не смог.

– Естественно. Наверняка, подумав, она поняла, что довольно странно вовлекать Скотленд-Ярд в розыск блудных мужей. Она сообразила: что-то происходит – и сочла, что из такого придурковатого увальня, как я, в отсутствие официального Цербера ей будет легче выкачать информацию.

– Не исключено. Ну, ты разбирайся с миссис Форрест, а я займусь поисками юриста-консультанта.

– Больно уж расплывчат круг этого поиска.

– Ничего, у меня есть идея, которая может сработать. Если будет результат, сообщу.

Звонок миссис Форрест, как и ожидалось, последовал минут через двадцать, но она успела изменить условия. Не окажет ли мистер Темплтон любезность зайти к ней сегодня около девяти часов вечера, если это не создаст для него никаких неудобств? Она все хорошо обдумала и решила не доверять бумаге свою информацию.

Мистер Темплтон будет очень рад встретиться, у него нет других планов на сегодняшний вечер, встреча не создаст для него никаких неудобств, даже не думайте об этом.

Не будет ли мистер Темплтон так добр никому не сообщать о своем визите? Мистер Форрест и его приспешники постоянно следят за миссис Форрест и только и ждут случая уличить ее в чем-нибудь за тот месяц, что остается до окончательного решения суда о разводе, так что любая компрометирующая информация, представленная королевскому проктору[81], была бы для нее катастрофой. Желательно, чтобы мистер Темплтон доехал на метро до станции «Бонд-стрит» и дошел до дома пешком, чтобы не оставлять машину на улице или чтобы таксист не мог потом свидетельствовать в суде против миссис Форрест.

Мистер Темплтон галантно обещал повиноваться всем указаниям дамы.

Миссис Форрест была весьма благодарна и сказала, что будет ждать его в девять часов.

– Бантер!

– Милорд?

– Сегодня вечером я ухожу. Меня просили не говорить куда, поэтому не говорю. Но, с другой стороны, подспудно чувствую, что было бы неблагоразумно позволить себе бесследно исчезнуть из поля зрения смертных, так сказать. Поэтому оставляю адрес в запечатанном конверте. Если до завтрашнего утра не объявлюсь, можно считать меня свободным от всех обещаний.

– Очень хорошо, милорд.

– И если меня не найдут по этому адресу, нелишне будет проверить… Эппингский лес или Уимблдон-Коммон[82].

– Я вас понял, милорд.

– Кстати, вы сделали фотографии тех отпечатков пальцев, которые я передал вам какое-то время назад?

– Да, милорд.

– Вероятно, они понадобятся мистеру Паркеру для кое-какого расследования, которое ему придется провести.

– Я все понял, милорд.

– Это, как вы понимаете, не имеет никакого отношения к моей сегодняшней вылазке.

– Разумеется, милорд.

– А теперь принесите мне, пожалуйста, каталог Кристи. Я собираюсь посетить тамошний аукцион, а потом пообедаю в клубе.

И, выбросив из головы мысли о преступлении, лорд Питер направил свои интеллектуальные и финансовые возможности на то, чтобы, перебивая ставки, сорвать игру дилеров. Его небезобидно озорное настроение весьма располагало к подобному занятию.

Должным образом выполнив все поставленные перед ним условия, лорд Питер пешком прибыл к жилому дому на Саут-Одли-стрит. Как и в первый раз, миссис Форрест открыла дверь сама. Удивительно, отметил про себя Уимзи, что в ее ситуации она, судя по всему, не держала ни горничной, ни компаньонки. С другой стороны, подумал он, компаньонку, призванную свидетельствовать беспорочность хозяйки, можно и подкупить. В общем и целом миссис Форрест, видимо, исповедовала здравый жизненный принцип: никаких сообщников; в конце концов, многих правонарушителей погубило именно то, что они не знали простых правил. Ему вспомнилось:

Но никто не направил Ей простых моих правил, И ее та змея задушила[83].

Миссис Форрест рассыˊпалась в извинениях за доставленное ею мистеру Темплтону неудобство.

– Но я никогда не знаю, следят за мной в данный момент или нет, – сказала она. – Это чистое злодейство. Учитывая то, как вел себя по отношению ко мне мой муж, я считаю это возмутительным.

Гость согласился с тем, что мистер Форрест, должно быть, настоящее чудовище, иезуитски придержав при себе мнение, что чудовище это, вероятно, мифологическое.

– А теперь вы теряетесь в догадках, зачем я вас к себе пригласила, – продолжила дама. – Входите же, садитесь на диван. Не желаете ли виски или кофе?

– Кофе, пожалуйста.

– Дело в том, что после вашего визита я кое-что узнала. Находясь в весьма сходных обстоятельствах, – (короткий смешок), – я очень сочувствую жене вашего друга.

– Сильвии, – вставил лорд Питер с похвальной услужливостью. – О да. Характер у нее, конечно, не сахар и все такое, но ее спровоцировали. Да-да, точно. Бедная женщина. Такая чувствительная… она страшно нервничает, знаете ли.

– Еще бы! – Миссис Форрест покачала головой в каком-то фантастическом тюрбане. Задрапированная по самые брови в золотистую ткань, из-под которой выглядывали лишь два полумесяца желтых волос, плотно прилегающих к скулам, в этом экзотически расшитом наряде она напоминала юного принца из «Сказок тысячи и одной ночи». Ее пальцы, протянувшие гостю чашку кофе, были густо унизаны кольцами.

– Так вот. Я видела, что для вас очень важно выяснить правду. Хотя, как я уже говорила, ко мне все это и не имеет никакого отношения, я упомянула о вашем деле в письме к… к моему другу, который в тот вечер ужинал у меня.

– Очень любезно с вашей стороны проявить такой интерес, – сказал Уимзи, принимая у нее чашку. – Да… э-э… очень любезно.

– Он – мой друг – сейчас за границей, потребовалось время, чтобы письмо до него дошло, поэтому ответ я получила только сегодня.

Словно бы собираясь с мыслями, миссис Форрест отпила глоток кофе.

– И этот ответ меня немало удивил. Мой друг напомнил мне, что после ужина, почувствовав, что в гостиной стало немного душно, он открыл окно – вон то, которое выходит на Саут-Одли-стрит, – и заметил стоявшую там машину: маленькую, закрытую, то ли черную, то ли синюю. И пока он смотрел на нее, просто так, без цели, из дома вышли мужчина и женщина, не из моего подъезда, а из соседнего или через один слева, сели в машину и уехали. Мужчина был во фраке, и мой друг подумал, что, возможно, это тот, кого вы ищете.

Лорд Питер, поднеся чашку ко рту, слушал с большим вниманием.

– А девушка тоже была в вечернем платье?

– Нет, и это особенно удивило моего друга. Она была в простом темном костюме и шляпке.

Лорд Питер постарался поточнее вспомнить, как была одета в последний свой день Берта Гоутубед. Неужели наконец появилась зацепка?

– Гм-м… это очень интересно, – пробормотал он. – Наверное, никаких других деталей ее одежды ваш приятель не запомнил?

– Нет, – с сожалением ответила миссис Форрест, – однако написал, что мужчина поддерживал девушку за талию, словно та была уставшей или неважно себя чувствовала, он даже расслышал его фразу: «Все хорошо… на свежем воздухе тебе станет лучше». Но вы совсем не пьете свой кофе.

– О, прошу меня простить, – сказал Уимзи, очнувшись от размышлений. – Задумался, пытался сложить два и два… каков хитрец. Ах да, кофе. Вы не возражаете, если я не стану пить этот, а попрошу вас налить мне другой, без сахара?

– Ах, простите ради бога. Мне казалось, что обычно мужчины пьют черный с сахаром. Давайте чашку, я вылью.

– Не беспокойтесь, я сам. – На маленьком столике не было полоскательницы, поэтому Уимзи быстро встал, подошел к окну и выплеснул кофе в наружный цветочный ящик. – Все в порядке. А вы не хотите еще чашечку?