Дора Коуст – Гувернантка для чешуйчатой прелести. Переполох в королевском дворце (страница 26)
От его объятий у меня сводило скулы. Меня тошнило от запаха, что исходил от этого мужчины. Мне было так мерзко, что приходилось бороться с дурнотой, превозмогая себя, но я доиграла эту роль до конца.
– Она хотела убить меня! – всхлипывала я испуганно. – За то, что меня отправили на службу во дворец вместо нее. Все твердила, что подле вас я заняла ее место!
– Это неправда! – воскликнула блондинка обескураженно. – Она лжет!
Услышав вполне обоснованное обвинение, я разрыдалась еще сильнее. От моего воя с веток вспорхнули птицы, кабаны перепугано сорвались с места, а более крупная дичь и вовсе затихарилась.
Пожалуй, я позволила себе окунуться в настоящую истерику впервые с тех самых пор, как стало понятно, что в моем будущем больше не осталось места для света. По моим щекам текли самые правдивые слезы. Я захлебывалась ими, но оплакивала свое прошлое, жалела себя за все то, что мне пришлось пережить.
За прошедшие четыре года я испытала столько, что хватило бы на несколько жизней, а теперь наконец отпускала свою боль.
Потому что была готова встретиться со своими страхами.
Я была готова их победить, ощущая незримую поддержку герцога Трудо у себя за спиной.
– Немедленно отправьте леди Африль во дворец. В сопровождении гвардии. И заприте ее в покоях до моего особого распоряжения, – приказал Световолд капитану своей охраны и обратился непосредственно к Августе: – Но скажу сразу: при дворе вашей семье больше делать нечего. Вы опозорили весь свой род. Не умеющие сдерживаться леди сидят в провинции.
Лицо блондинки нужно было видеть. Я не знала, о чем она думала, пытаясь прикончить меня, но на такой исход явно не рассчитывала.
А вот я именно таких итогов и ожидала. Не злорадствовала. Мне не нужна была ее казнь. Я хотела для нее сопоставимое содеянному наказание, а именно ссылку.
В конце концов, кто-то должен был избавить общество от этой дамы. Во времена студенчества от нее пострадали слишком многие, за кого некому было вступиться, и все выходки сходили Августе с рук.
Но не теперь. Теперь мы были взрослыми самостоятельными леди и наши возможности также отличались от прежних.
– Мой король, я так благодарна вам за свое спасение. Я искала вас в лесу, когда она напала на меня, – произносила я дрожащим голосом, глядя королю прямо в глаза. – И раз нам удалось свидеться…
– Да-да? – наклонился мерзавец еще ближе, обдавая меня своим дыханием.
Не утерпев, я спрятала взгляд, но на самом деле все лицо, чтобы не дать ему и шанса даже на самый крохотный поцелуй. Я и так с трудом выдерживала эти объятия.
– Вы не могли бы дать мне разрешение на поездку в город на завтра? Я имею все намерения продать свои земли герцогу Трудо, – улыбнулась я лживо, на миг стрельнув взглядом, чтобы рассчитать реакцию собеседника.
Реакция Световолда не радовала. Услышав мои слова, он мгновенно поджал губы, тем самым выражая недовольство, и тогда я прибегнула к главному козырю:
– Мой король, вы и сами знаете, что мне некогда заниматься маркизатом. Ведь мое место при дворе. Мое место подле вас.
Об этих словах я пожалела этим же вечером.
Глава 8. Финальная ошибка
Нас с королем встречали у шатров как… королей.
Световолда, потому что вместе со своей гвардией и представителями высшей аристократии он все же загнал не только кабана, но и косулю. Я не знала, сколько выстрелов понадобилось монарху, чтобы одолеть прыткую животинку, но туши выглядели целыми, отчего закрадывалась мысль о магическом вмешательстве. Тем более что в охоте также участвовал и придворный маг.
Кроме двух главных трофеев, отличились и другие мужчины. Кабаны, зайцы, куропатки. Ужин под ночным небом должен был произвести настоящий фурор, однако именно из-за меня его перенесли во дворец.
Удивительно, но я являлась той, кого на поляне у крепости встречали молча и с уважением во взглядах. Не только потому, что получасом ранее сюда под конвоем притащили плачущую Августу Африль. Под многочисленными взглядами девушка вместе с отцом демонстративно была помещена в дормез, который под охраной отправился обратно в столицу.
О нет, на меня смотрели иными, на этот раз трезвыми взглядами лишь потому, что часть сопровождавших короля гвардейцев вернулись к шатрам менее четверти часа назад и навели шороха среди дам.
Смирная лошадка с испорченными ремнями подпруги появилась в нашей тесной компании как раз в тот момент, когда я намеревалась грохнуться в обморок посреди леса, чтобы наконец отвязаться от монарха.
Однако пришлось побыть в себе еще несколько минут. Отловившие чернявую красавицу гвардейцы внимательно изучили подрезанные ремни, а я рассказала душераздирающую предысторию нападения на меня Августы. И про то, кто провожал меня в лес, с улыбкой желая удачи. И про угрозы, которые посыпались на меня от Озии, едва я покинула экипаж по приезде. И про то, как я не хотела об этом рассказывать, но раз уж все уже увидели лошадь…
Обратно на поляну я возвращалась, источая вокруг себя кротость и повиновение. Но так как мне все же стало плохо от “переизбытка чувств” и “прирожденной впечатлительности”, наша часть отряда двигалась значительно медленнее. Причем мне пришлось ехать вместе с королем, боком разместившись перед ним. Но то были такие мелочи!
Во-первых, придворный маг залечил мне все синяки и ссадины. Во-вторых, я все равно притворялась бессознательной, а как только Его Величество пытался прилезть с поцелуями, делала вид, что съезжаю с коня, и ему приходилось меня ловить.
– Так плохо! – сетовала я, едва разлепляя веки. – Кажется, меня укачало!
Услышав последнюю фразу, подкрепленную попыткой облегчить желудок, Световолд быстро передал меня гвардейцу, наказав придворному магу еще раз проверить мою магию от и до под присмотром придворного целителя. И конечно, ни один из чародеев никакой угрозы моему здоровью не обнаружил.
Зато меня наконец оставили в покое в лекарском шатре, куда буквально через несколько минут явились Вейола и Берана. Они-то и сообщили мне крайне приятные новости.
Во-первых, всех негласных фрейлин бывшей фаворитки короля попросили освободить покои во дворце. Странное наказание за попытку меня убить, но я даже этой демонстрации была рада. В назидание другим.
Во-вторых, с самой Озией сейчас разговаривал Его Величество, в связи с чем над королевским шатром навесили двойной полог тишины. То есть разговор предполагался на повышенных тонах, и все присутствующие на охоте это понимали.
И, конечно, существовало “в-третьих”. Прямо сейчас все шатры спешно сворачивали, а экипажи готовили к возвращению во дворец. В наказание всем остальным король отменил посиделки у костра и ночевку под открытым небом. Правда, сам пир перенес во дворец.
Каждая следующая новость радовала меня сильнее предыдущей.
Времени на то, чтобы объясниться с подругами, оставалось совсем мало. Да и не могла я им пока рассказать ничего из того, что действительно было важно. Нас могли подслушивать как снаружи, так и магически, а потому, притворяясь смертельно больной, я поведала лишь о том, о чем скоро и так стало бы известно всем.
– Когда-то эта тетива должна была порваться, – нравоучительно заметила Вейола, имея в виду стычку с Августой.
– Так страшно, если честно, – шепотом произнесла Берана, усевшись на край кушетки, на которой я лежала. – Мы же четыре года с ней на одном этаже жили. А если бы ее раньше переклинило?
– В любом случае сейчас нам переживать уже не о чем, – мягко улыбнулась я, тронув ее за руку. – Идите готовьтесь к отъезду. Увидимся завтра после завтрака.
– Будешь прятаться в крыле воспитанников? – правильно поняла меня смуглянка.
Она всегда читала меня как открытую книгу.
– Собираюсь использовать полученные в академии навыки по назначению, – сделала я большие глаза, намекая на то, что свободно здесь говорить мы вряд ли можем. – А еще завтра меня ждет встреча с герцогом Трудо. Он обещал составить договор на покупку маркизата.
Вторая часть фразы произвела на моих подруг особое впечатление. Не издав ни единого звука, они радовались вместе со мной, широко улыбались и знаками показывали, как приятно ошеломлены. Рыжая так и вовсе подпрыгивала на месте от переизбытка чувств, и Вейола с трудом ее увела.
Я и сама радовалась как девчонка, предвкушая встречу с Сабирой и Дэем. Зная о том, что ждет меня завтра, я хотела обнять весь мир.
Но пришлось обнимать ночной горшок, раздобытый для меня проворной служанкой на случай, если я опять почувствую себя дурно в пути.
И нет, на этот раз меня сопровождала не Мари. Еще в лесу узнав от меня о том, что его верная доносчица все это время докладывала обо мне кому-то еще, король заметно расстроился. Настолько, что отыскал для меня новую девушку среди служанок, которые помогали гувернанткам и няням.
В карете черноволосая худенькая Лея сидела тихо, на протяжении всего пути вела себя скромно, а когда мы добрались до дворца, первым делом сноровисто приготовила для меня ванну, сбегала за ужином и отыскала в шкафу глухое платье, которое куда больше подошло бы монахине.
Я ее вкус оценила. Но вместо платья попросила сорочку, намереваясь под предлогом плохого самочувствия отлежаться под одеялом до самого утра. И каково же было мое удивление, когда и сорочка оказалась глухой и целомудренной, навевающей исключительно желание обнять и плакать.