Дора Коуст (Любовь Огненная) – Марианна 2. Любимая двойная попаданка (страница 7)

Чем ближе мы подходили, тем лучше я могла рассмотреть охрану на воротах. Стражники в разномастной одежде больше походили на бандитов, нежели на защитников. В их настроении так и читалось легкое: «А не пошли бы вы?»

Настойчиво попросив меня остановиться подальше от ворот, Арсарван сам подошел к стражникам. Судя по их живой жестикуляции, нас действительно посылали далеко и надолго.

Подозревая, что мордобой начнется прямо здесь и сейчас, я набрала в грудь побольше воздуха и решительно двинулась к воротам:

‒ Милостивые господа, ‒ окатила я стражу ледяной волной высокомерия, надменности и злости, ‒ Я долго буду ждать? У меня срочное послание маркизу от моего брата, герцога Рейнара ар Риграфа. Если я сейчас же не встречусь с вашим хозяином, обещаю, вас обезглавят прямо на моих глазах!

‒ Да! ‒ воинственно добавил милый белый мохнатый котенок с моего плеча.

Пока меня, как листик на ветру, трясло от страха и гордости за собственную смелость, Арсарван закатил глаза.

Глава 4. Последние приготовления

После моей эпичной тирады стражники у ворот замерли с лицами людей, которым только что сообщили, что отныне им зарплату будут выдавать живыми ежами. Эта заминка длилась ровно столько, что я уже успела мысленно приготовиться к стратегическому отступлению в стиле Бергамота.

Но один из стражников все же впечатлился должным образом. Согнувшись в нелепом поклоне, он самолично распахнул для нас ворота, еще раз поклонился, а затем рванул к дому.

Незаметно с облегчением выдохнув, я проследила за тем, как убегает стражник, выше задрала нос и уверенно направилась к особняку.

То, как мы попали внутрь, заставило Арса едва заметно приподнять бровь, когда я с ним поравнялась. В его взгляде читалось легкое недовольство моей самодеятельностью. Он даже как будто немного осуждал меня.

‒ Победителей не судят, ‒ прошептала я, когда мы отошли от ворот.

‒ Смеу-лая женщина ‒ опасный противник, ‒ философски заметил с моего плеча Бергамот, довольно щурясь на солнце.

Парк за воротами был явно некогда ухожен, но теперь отдавал легким запустением. Кривые дорожки, каменные скамьи, облетевшие клумбы ‒ все это вело к массивному дому, возвышающемуся на три этажа.

Фасад с колоннами, высокие окна и статуи у крыльца, чьи лица давно потеряли человеческие черты. В их обликах угадывались лисьи морды.

Управляющий, встретивший нас на пороге, проводил в гостиную. Склонившись перед нами за это время не менее трех раз, попросил подождать хозяина, которому о нашем прибытии уже сообщили.

Нам даже предложили напитки, но Арс зло отказался от любых подношений. Попав в гостиную, он так и продолжал стоять, в то время как я заняла мягкое кресло.

В ожидании хозяина дома делать было нечего, а потому рассматривала интерьер. Здесь все казалось настолько вычурным, что появилось ощущение дешевых декораций для театральной постановки. И если диваны с резными ножками еще хоть как-то вписывались в чисто мужскую обстановку, то кричащие золотые шторы с кисточками, пузатые вазы всех цветов и оттенков и ковер с пестрым рисунком словно пришли сюда из другого дома.

Последний вполне мог бы довести до головокружения, но долго нам ждать не пришлось. Когда напряжение в комнате стало почти осязаемым, маркиз Алданский вошел в двойные двери, как артист на сцену.

И вот я представляла себе его иначе. Как минимум не угадала с возрастом.

Передо мной оказался немолодой мужчина, на лице которого крепкие напитки и веселая жизнь оставили неизменные отметины. А еще маркиз оказался рыжим, как та самая лисица на гербе его рода.

Когда хозяин особняка только появился, выглядел даже немного доброжелательным. По крайней мере, на меня посмотрел с приветливой улыбкой. Но стоило ему заметить Арса, как его взгляд стал холодным и злым.

‒ Как вы посмели, граф, явиться ко мне без при… ‒ начал он, но договорить не успел.

Арс в два шага оказался рядом с ним и, пока я только поднималась с дивана, уже отвесил маркизу звонкую оплеуху, а затем с грохотом вжал его в стену.

Стражник, появившийся вслед за маркизом, даже дернуться не успел.

Впрочем, у хозяина дома имелось кое-что посущественнее, чем охрана. Из его ладоней заклубились серые тени. В воздухе буквально искрило, пока они оплетали Арсарвана, словно веревки.

Не видевшая подобного раньше, я завороженно смотрела на это свечение. Меня будто заморозили. Ледяной холод коснулся ног и ловко добрался до колен. Он наверняка пошел бы и дальше, но Арс коротко бросил:

‒ Бергамот!

Пушистый демон в то же мгновение сорвался с моего плеча. Он увеличился в размерах прямо в прыжке, вскоре оттеснив меня от ужасающей картины. Его когтистая тушка заняла собой все пространство, а кончики ушей едва-едва не доставали до потолка.

‒ Мр-р-ря-я-яу, ‒ лениво зевнул этот доморощенный лев, наверняка демонстрируя свои клыки.

Выглянув из-за его хвоста, которым меня настойчиво сдвигали обратно, я узрела невероятную картину. Серых дымчатых жгутов на Арсе больше не было. Маркиз же вжимал голову в плечи, от страха распахнув глаза так широко, что они казались выпученными. Упавший на пол стражник сжался в углу, а управляющий проворно уползал из гостиной.

‒ Мне ведь не нужно пояснять за что? ‒ тихо, но хищно произнес граф.

Алданский молча сглотнул и замотал головой.

‒ Претензии? ‒ требовательно спросил Арсарван.

‒ Никаких, ‒ сипло выдохнул маркиз.

‒ Запомните эти слова, ‒ настоятельно посоветовал бывший пират, которого таким устрашающим, пожалуй, я видела впервые. ‒ Осмелитесь мстить ‒ пеняйте на себя. А пока готовьте деньги и людей для ремонта в замке. Вы ведь хотели подарить детям полностью готовый к проживанию дом, не так ли?

Зарвавшийся аристократ отчаянно закивал.

Практически бросив маркиза в стену напоследок, граф отвернулся от него и уже не видел, как тот медленно сполз вниз, не отрывая глаз от Бергамота. В них застыл натуральный ужас.

В доме повисла пугающая тишина.

Обойдя отступившего демона, Арс взял меня за руку и вывел из особняка. Я оглянулась на мгновение, но ничего не увидела. Котейка шел позади нас, загораживая собой весь обзор, и с трудом протиснулся в двери, когда мы выбрались на крыльцо. Косяки натужно скрипнули от его усердия.

‒ А нам за это точно ничего не будет? ‒ уточнила я осторожно.

‒ Если ты о демоне, то нет. Алданский – трус, каких поискать, в гильдию он не пойдет, а к кому-то выше побоится, ведь Татию всегда прикроет ее брат.

‒ А если герцог узнает, что Пропащая прикрывалась его именем? ‒ не могла я не спросить о том, что действительно тревожило.

‒ А кто ему об этом расскажет? Тебя здесь не было сегодня, Мари, ‒ мягко улыбнулся он. ‒ Тебя здесь не было.

Мы немного помолчали. Мне оставалось надеяться, что все действительно будет так, как на то рассчитывал граф. Но один вопрос между нами все же оставался нерешенным.

‒ Знаешь, ‒ не выдержав, сказала я с обидой, когда мы почти дошли до ворот, ‒ я вот иногда думаю, чей это демон: мой или твой?

‒ Жадничаешь? ‒ спросил Арс ехидно и неожиданно громко рассмеялся.

Я тоже улыбнулась. Вместе с его смехом напряжение вокруг нас лопнуло как мыльный пузырь.

‒ Я семейный, ‒ гордо сообщил кот.

Уменьшившись до размеров котенка, он снова проворно забрался на мое плечо. Тяжелая голова боднула меня в щеку.

За воротами нас уже ждала карета с нашим гербом, а это значило, что женщины доехали без приключений.

До поместья мы добрались быстро и обедали уже дома. К этому времени два этажа и прилегающие территории превратились в сосредоточие шума и веселья. Множество звуков обрушились в одночасье, едва мы только оказались по эту сторону ворот.

Агланья с половником наперевес как раз собирала всех за стол. Особо прыткого мальчишку она вытаскивала из кустов.

Увидев эту картину, я почувствовала себя снова дома.

Вымыв руки на первом этаже, я даже переодеваться не стала. Утренние бутерброды давно забылись, а потому суп в огромной супнице, горки булочек и котлеты я встретила со всем энтузиазмом. К слову, Бергамот нисколько не отставал и в столовой оказался даже раньше меня.

‒ Все руки помыли? ‒ спросила я строго, глядя на рассаживающихся детей.

Мне тотчас продемонстрировали чистые ладони и даже лапы. Самым готовым к обеду, естественно, был котяра.

Котлеты, как и компот, разлетались со скоростью света. Вокруг царила умиротворяющая атмосфера. Старшие помогали младшим, Матушка Эния постепенно расслаблялась и даже улыбалась. Подтирая вишневые усы маленьким соседям, я не забывала есть сама и одновременно узнавала у Горыны масштабы бедствия под названием «переезд обратно в особняк».

Бедствие оказалось внушительным. До отъезда предстояло сделать очень многое.

Пока старшие няни и помощницы укладывали детей спать, садовник Офри установил в дверь моих покоев замок. Повторного потопа в уборной мне не хотелось. Даже представить не могла, что эти маленькие хулиганы были способны учинить в мое отсутствие, а потому защита покоев являлась делом первостепенным.

На втором месте стояли сборы к отъезду. Хлопоты закрутились так, будто мы в одно мгновение решили сорваться и умчаться к горизонту. Горына носилась оголтелым воробьем: то исчезала в гардеробной, то появлялась с охапкой рубашек и панталон, то снова спохватывалась и мчалась в другом направлении.

Не отставала от нее и Агланья. Словно полководец, она строила списки покупок, загоняла на кухню служанок и лично проверяла каждую полку с запасами. Имка же увела остальных перестирывать белье, а конюх привез еще соломы и овса, потому что конюшня пополнилась новыми жильцами.