Дора Коуст (Любовь Огненная) – И замок в придачу (страница 6)

А они действительно оказались бесстыжими.

Голубыми, но совсем не такими, как у меня. Веселый, беззаботный взгляд счастливого человека. Я проследила за ним от самого коттеджа, в котором он жил припеваючи то с одной молоденькой девчонкой, то с другой. Проследила сначала до дорогой машины, названия модели которой не знала, а потом и до ресторана.

Именно в ресторане и случилась наша встреча, а точнее встреча его лица и тарелки с ягодным пирогом. Для весомости своих аргументов я еще и спагетти на него перевернула – официант как раз принес его заказ. Шокированный мужик смотрел на меня как на исчадье ада.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровалась я, оскалившись в радостной улыбке. – А я ваша дочь – Валерия. Совершенно неприятно познакомиться, но я пришла сказать, что вы козел, потому что бросили маму одну со мной на руках. На этом все. Приятного аппетита.

Да, именно так я представляла эту встречу. Больше восемнадцати лет представляла и все-таки совершила задуманное. Ставя цели, я привыкла их выполнять, добиваясь своего всеми правдами и неправдами. Я отомстила за маму, которой пришлось в жизни очень несладко, а большего и не хотела. Потому и собиралась уйти сразу же, но буквально через несколько шагов меня остановил разъяренный голос:

– Ты не моя дочь! – прилетело мне в спину, заставляя замереть на полушаге.

Да только кидаться с вопросами к так называемому отцу я не стала. После секундного промедления продолжила идти к выходу с высоко поднятой головой, будто ничего такого и не услышала.

Какая разница, чья я дочь? Этот человек сделал больно моей маме, так что получил по заслугам.

– Ваше Сиятельство, – звучно шмыгнув носом, вывела меня из воспоминаний маленькая девчушка лет пяти. – А что это вы тут делаете?

– Сижу, – ответила я бездумно, улыбнувшись ребенку, закутанному в шарф по самое не могу.

– А можно я с вами тут немножко посижу? – приблизилась она на маленький шажочек, с любопытством рассматривая книгу.

– Лучше зови-ка всех по домам. Скоро ужинать, а вы еще не обедали.

– Мы обедали. Нас всех тетка Васья покормила. Ее за нами приглядывать оставили.

– Тогда скажи остальным, чтобы обедать шли. Не дело это – на голодный желудок работать.

Девчонка убежала в замок, а я сделала глубокий вдох, рассматривая все-таки ящера. Красивого крылатого, но все еще кособокого ящера, которого детишки почти долепили.

Обедать ушли все и сразу, но хоть мне и предложили пойти вместе со всеми, я от еды временно отказалась. Пока на улице играли дети, оставаться здесь не боялась. Намеревалась почитать дневник, но все никак не могла собраться. Недостающую горсть решимости от своих щедрот, как ни странно, мне отсыпал Айлиан:

– Сидишь, предательница? Небось уже и прочитала все, да? – сел он рядом со мной на попу, спрятав хвостик под лапами.

– Прочитала, – честно соврала я, чтобы увидеть его реакцию.

– Могу сказать, что для чужачки ты неплохо держишься. Бабку твою три дня по всей деревне поймать не могли. Она грозилась пустить меня на воротник, а деревню сжечь. Весело было, – ухмыльнулся котяра. – А ты прям молодец. В истерику почти не впала, с кулаками не бросаешься…

– А должна? – уточнила я, затаив дыхание.

– Не знаю. Я в этой книге ничего прочесть не могу. Магия особая – только маркиза де Король может, а это у нас сейчас ты. Хотя бабка твоя мне рассказывала, что в этой книге мяу-мяу-мяу, мяу-мяу и мяу-мяу-мяу-мяу…

И вот это вот «мяу» продолжалось несколько минут, пока кот наконец не выговорился. Я же в это время ждала хоть одно слово человеческое, по которому могла бы потянуть за ниточку и развязать весь клубок, но увы.

Пришлось открывать дневник и читать, но бесполезную информацию, которой, к моему удивлению, оказалось очень много, я просто пролистывала. Вычленяла главное. Важные для меня записи обнаружились почти в самом конце.

«…Сегодня я снова увижу его! Как он красив! На прошлом балу я смотрела только на него, а он… Он смотрел лишь на меня. Я никогда не думала, что могу ТАК полюбить, но сердце рядом с ним заходится галопом. Как прекрасно, что эти чувства взаимны! Жду не дождусь дня, когда он предложит мне стать его невестой, а потом и женой. Мы будем самыми счастливыми! О, как я жду этого дня!..»

Наивная. Жаль, что тогда она не знала, что будущего у нее просто нет.

«…Они явились в мой замок без приглашения! Да как они посмели?! Как решились на подобное?! Животные! Самые опасные твари, которым мы, люди, вынуждены прислуживать! Ох, если бы я могла, я бы никогда не пустила их на порог своего замка, но им не требовалось разрешение. Все вокруг: каждая снежинка, каждое строение, даже воздух, – все принадлежало им! Они могли казнить и миловать без суда и расследования. Они могли делать то, что им вздумается. Они могли брать то, что хотели, не считаясь ни с чьим мнением.

Как? Как их сюда занесло?

Холодные, надменные, лживые – все ледяные драконы были именно такими. И он. Он тоже был таким. Что мне делать? Я не знаю, что мне делать. Наместник одного из пяти Ледяных Королевств дал мне срок до окончания бального сезона. Именно на последнем балу я должна объявить ему о своем решении, но я не хочу замуж за этого бездушного ящера! Я всем сердцем люблю другого!..»

Прочитав про ледяных драконов, я на секунду оторвалась от дневника, чтобы взглянуть на композицию «кривая ящерица». После кота, который умеет разговаривать, и других странностей я была склонна верить написанному, но разум…

Разум воспринимать это за правду отказывался. Какие пять ледяных королевств? Какие, к черту, наместники? Да у нас никогда такого не было, иначе бы в истории это указали! Мимо таких чудес пройти просто невозможно. Или как это было?

Один ученый другому говорит: «Мы про деревянное колесо и фараонов писать будем?» А второй ему отвечает: «Конечно! Это же история!» «А про ледяных драконов и их королевства?» – чешет затылок историк, явно сомневаясь. «А зачем? Чего там в этих драконах интересного? Четыре лапы, голова и хвост. Это даже на рассказ не тянет…»

Бред. Нет, ну бред же?

– Кот, а кот? А ледяные драконы правда существовали? – спросила я, надеясь хотя бы на выпученные глаза.

– Правда, – вдруг ответил этот стервец, ненароком заглядывая в раскрытые страницы. – Что? Больше ничего сказать не могу, увы, – развел он лапы в стороны. – Ты читай, читай, перескажешь мне потом.

«…Когда же ему уже надоест? Он присутствует на каждом балу, заставляет меня танцевать, живет в моем замке и распоряжается всем, словно уже стал здесь хозяином. Ненавижу! Всем сердцем ненавижу за то, что он сделал с моим любимым! Никогда не прощу! Никогда! Никогда я не выйду за него замуж! Пусть… Пусть идет с ледяным огнем и мечом. Пусть крошит все вокруг, стирает Тауршир с лица земли. Пусть… Еще сильнее, чем я, ненавидеть уже невозможно…»

«…Он понял, что я больше его не боюсь. Что я презираю его, ненавижу и готова умереть, лишь бы не быть с ним рядом. Что я мечтаю о дне, который станет для меня последним. Он все понял вчера и поклялся на крови, что если я откажу ему, то все равно останусь жить при нем в качестве рабыни, а он на моих глазах сотрет Тауршир, погрузит его в вечную зиму, превратит в статуи всех и каждого и заставит жить меня с этим до конца моих дней.

Конечно, имелась и альтернатива. Если же соглашусь на его предложение, то он убьет меня сам. Убьет тогда, когда наиграется, насытится моим отчаянием и унижением. Мерзавец! Подлец! Ненавижу!

Да только он просчитался. Я знала, как поступить. Выход есть всегда – просто стоит как следует его поискать. Когда на последнем балу он задаст самый главный вопрос, я просто промолчу. Не дам ответа и буду молчать до тех пор, пока буду жива. Только так он не сможет сделать меня своей рабыней. Только так он не разрушит Тауршир и не превратит людей в ледяные статуи. Только так я останусь свободной, пусть и недолго…»

Это было тяжело. Читать подобное было тяжело. В душе я, конечно, оптимист, но даже меня пробирало до дрожи. Что же это за звери такие? По всему выходило, что они имеют человеческий облик, а вот моральный – нет. Не знаю, как маркиза все это выдержала. Я бы…

Неизвестно, смогла бы я пройти через все это, оказавшись на ее месте.

Оставалась последняя страница, когда начало смеркаться. Котейка уже давно заполз под чужой тулуп и бессовестно дрых там, пока я читала чужую историю поражения.

Ну а как иначе?

Я, может, и ненормальная, что поверила деревенским, но ведь не глупая. Раз людям уже по столько лет, раз живут они вечно, значит, проклятье какое-то точно есть. Только была одна маленькая несостыковка: в письме говорилось, что маркиза наместнику отказала, за что и получила проклятье, а тут – об обете молчания.

– Хозяюшка, а я ужин вам принес. Шли бы вы в замок, а то захвораете еще. Холод-то лютый стоит, – осторожно подошел ко мне зять старосты, протягивая большую корзинку.

– А разве я не бессмертная, как все в вашей деревне? – уточнила я быстро, очень сильно рассчитывая на эффект внезапности.

Нет, ну логично же? Раз деревенские живут больше трех веков, то чем я хуже? Правильно, всем. Как минимум потому, что ответ на поставленный вопрос могла сама себе дать. Бабушке Валерии их долголетие никак не помогло – преставилась старушка, скинув свои заботы на мои плечи.