Дора Коуст (Любовь Огненная) – Гувернантка для чешуйчатой прелести. Переполох в драконьем поместье (страница 9)

Судя по свирепому и одновременно ошеломленному взгляду, предпочтение у герцога появилось только одно – выставить меня прямо сейчас вон из своего дома. Но так просто сдаваться я не собиралась. Не на ту напал. Для меня дороги назад не существовало.

Будто вспомнив о том, что мы все еще находимся не вдвоем, генерал посмотрел на своего до этого мига притворяющегося ветошью управляющего и кивком отпустил его.

Мимо меня суровый месье Фолотье прошел с высоко поднятой головой. За это время он умудрился смерить меня презрительным взглядом дважды.

Знал бы он, как тряслись сейчас у меня поджилки, наверняка довольно расхохотался бы. Но я не могла позволить себе продемонстрировать слабость. Только не сейчас. Дрожать от страха я буду потом, когда смогу убедить этого бессовестного дракона подписать мой контракт.

Дверь у меня за спиной закрылась тихо, но казалось, будто захлопнулась, как крышка гроба, в который меня уложили по соседству с древним вампиром. Или дверца клетки, где меня оставили наедине с тигром – большим лохматым животным, которое было распространено в полупустынях на востоке континента.

Да, пожалуй, именно на тигра Дэйривз Волдерт и был похож. Смотрел словно матерый охотник то на меня, то на бумаги перед собой, то снова на меня.

Я уже заранее боялась услышать то, что он намеревался мне сказать.

– Боюсь, вы нам не подходите, – произнес герцог крайне сдержанно.

– Боюсь, у вас нет вариантов, – возразила я.

И сама опешила от подобной наглости со своей стороны. Но замолчать на этом было бы странно. Потемневший взгляд мужчины требовал объяснений. Кажется, в глубине его глаз я даже видела крохотные всполохи огня.

Если он не возьмет меня на работу, я мысленно разрешала ему меня сжечь.

– Все гувернантки уже распределены, – ответила я чистую правду. – К вам не пришлют новую девушку раньше следующего года.

Заметив, как мужчина недовольно поморщился, я обворожительно улыбнулась. Исключительно на нервной почве, потому что сказала почти правду.

Почти.

Если герцог решится проверить мои слова, то узнает, что гувернантку ему могут поменять до истечения установленного контрактом испытательного срока, если причина расторжения заключалась в конфликте сторон.

Причем испытательным сроком признавали первые две недели, а конфликт действительно должен был быть нерешаемым и обоюдным. В этом случае обе стороны не несли потерь. Если же заказчик отказывался от гувернантки в одностороннем порядке, ему предстояло выплатить нехилую компенсацию как бывшей наемной работнице, так и академии в лице директрисы.

Если же контракт разрывали няня или гувернантка, мы фактически уходили в долговое рабство. То есть работали бесплатно на нового нанимателя до тех пор, пока не покрывали возмещение убытков перед академией. Именно по этой причине девушкам нередко приходилось делать мыслимое и немыслимое, лишь бы их уволили. Иногда взбалмошными выходками даже рушили собственную репутацию.

Директриса искренне старалась сделать так, чтобы у нас за время обучения не появлялось собственных денег. Даже подарки от возможных поклонников забирала себе: они были запрещены на территории академии. Все что угодно, лишь бы власть над нами даже после завершения обучения пусть и на первый год, но оставалась в ее руках.

– Присядьте, – небрежно бросил герцог, и я незаметно наконец-то сглотнула ком, что все это время стоял у меня в горле.

Заняв кресло для посетителей по эту сторону стола, принялась ждать дальнейшей реплики. Она последовала далеко не сразу, словно генерал все еще сомневался в правильности собственного поступка.

– Математика, этикет, танцы и пение. Думаю, этого будет достаточно для начала, – озвучил он свое предложение касаемо моих предстоящих занятий с наследницей.

Я с умным видом покивала, боясь сделать лишний вдох. И выдох тоже. Была готова вообще не дышать, лишь бы он поставил свою подпись в контракте.

– Помимо занятий, как вам уже наверняка известно, в ваши обязанности входит уход и присмотр за ребенком шесть дней в неделю. Круглосуточно. Вы имеете право на один выходной, но отпрашиваться следует заранее.

– Поняла, – произнесла я едва слышно.

На меня дракон не смотрел. Крутил в руках два одинаковых листа контракта. Невооруженным взглядом было видно, что его одолевают сомнения, а потому я поспешила заверить мужчину:

– Гувернантка из меня лучше, чем дуэлянт.

– Рад слышать, – криво усмехнулся он, вооружаясь магическим писчим пером.

Еще помнила, что не собиралась ни при каких обстоятельствах благодарить герцога за свое спасение и помощь, но, пересилив себя, глухо добавила:

– Я хотела поблагодарить вас за свое спасение. И за то, что вы взяли вину за нанесение урона великому дубу на себя.

Устыдившись, я все же опустила глаза, уделив все свое внимание собственным рукам, а потому короткий смешок, сорвавшийся с губ генерала, не увидела, но услышала. Как услышала и росчерк его пера. Он расписался дважды на обоих экземплярах контракта, подставив свое имя вначале и запечатлев размашистую подпись в конце.

После этого контракт был пододвинут ко мне.

Неловко взяв слегка искрящееся предложенное перо, я его чуть не уронила. Опасалась, что нас вот-вот прервут и Великий герцог Трудо узнает о моем обмане прямо сейчас, но ничего такого не произошло. Я беспрепятственно оставила на контракте свое имя. Писала непонятно как никогда, чтобы даже шифровальщики Его Величества при желании прочесть не смогли.

Неизменной осталась лишь подпись. По ней меня вычислить было трудно, потому что за ее основу я когда-то давно взяла девичью фамилию моей мамы.

По обоим листам одновременно прокатилось зеленоватое сияние. Вот и все. Мой контракт был подписан.

– У вас ужасный почерк. В Академии благородных девиц не преподают каллиграфию? – удивился герцог, рассматривая нечто, в чем совсем не угадывалось «Августа Африль».

– Преподают. Но в повседневной жизни я предпочитаю писать быстро, а значит, менее эстетично, – отговорилась я, покрываясь ложью по самую макушку.

От этой лжи было неприятно, будто меня облили чем-то сладким, а теперь эту липкую гадость хотелось немедленно оттереть.

– Поздравляю вас с должностью. Надеюсь, вы и правда лучшая гувернантка, чем дуэлянт, – криво усмехнулся дракон и продолжил строго, без паузы: – Вот что вы еще должны знать. Постоянно контактировать вам предстоит с двумя людьми: с моей матерью – леди Волдерт, именно она сейчас занимается воспитанием моей дочери – и, соответственно, с моей дочерью.

Услышав это, я отчего-то улыбнулась. Не понимала, в чем была причина, но у меня словно от сердца отлегло. Он и правда являлся вдовцом и не имел жены. Этот факт невольно вызывал уважение. Слышала, что драконы любят лишь раз, но теперь нашла этому реальное подтверждение.

– Сабире два, и она пока не говорит, – предупредил герцог как бы между делом.

А я…

– Как два? – оторопела я, не ожидая от дракона подобной подставы.

Глава 3. Новые знакомства

Открыв передо мной дверь кабинета, меня учтиво пропустили вперед в коридор. Герцог вызвался лично познакомить меня с собственными домочадцами. От совсем недавно назревающего между нами скандала не осталось и следа, хотя еще пять минут назад мы буквально уничтожали друг друга разъяренными взглядами.

– Сабире два, и она пока не говорит, – предупредил герцог как бы между делом.

А я…

– Как два? – оторопела я, не ожидая от дракона подобной подставы. Встрепенувшись, воззрилась недоуменно: – А зачем вы тогда подали запрос на подбор гувернантки? Гувернантки, Ваше Светлейшество, не няни. А вам нужна именно няня.

– Нет-нет, нам совершенно точно нужна гувернантка, – ничуть не дрогнув, попытался переубедить меня дракон.

Меня! Ту, что четыре года обучалась в Академии благородных девиц! Ту, что назубок знала различия между няней и гувернанткой! И дело было не только в разном круге обязанностей. В первую очередь мы получали разное образование, соответствующее потребностям наших будущих подопечных.

Что лично я могла дать двухлетней девочке? Ответ на этот вопрос в моих мыслях никак не находился.

Кое-как совладав с эмоциями, я здраво предположила, что герцог Трудо просто не знал, в чем заключалась разница между нянями и гувернантками. Именно по этой причине он ошибся, когда подавал запрос на поиск подходящей его требованиям кандидатуры.

Потому и списка предстоящих к обучению наук не имелось. Потому и утверждал так непоколебимо.

Позволив себе сдержанную улыбку, я мягко заметила:

– Ваше Светлейшество, гувернанток нанимают для более взрослых детей, начиная от шести лет и старше. Мы предоставляем своим подопечным несколько иные уход и образование, понимаете?

По его болотного цвета глазам было видно, что понимать он ничегошеньки не хотел. У него даже выражение лица никак не изменилось, словно он отлично обо всем знал.

А я вдруг неожиданно для себя вспомнила слова сопроводившего меня до крыльца стражника. Он сказал, что из этого дома сбежало уже порядка тридцати нянь из-за несносного характера его хозяйки. Нянь! Не гувернанток!

– Исправьте меня, если я ошибусь, – осторожно произнесла я, тщательно сдерживая ярость и изо всех сил подбирая слова. – Правильно ли я понимаю, что в вашем доме уже побывали все няни, являющиеся выпускницами нашей академии за прошлый год?