— Тогда каков твой план? — вступила Мод.
— Мой план — поехать к Заку лично и лично же поговорить, — объяснила я. — Вы оба меня повезете. А для этого мне потребуется перезагрузиться в некое подобие ПК. Не обижайся, Тим. Твой лэптоп, безусловно, милый аппарат, но у меня совершенно определенная идея о своем жилище. Так что ложитесь-ка оба спать. А завтра мы будем сооружать особенную, разработанную по моему заказу переносную установку.
Как жаль, что у меня нет видеосвязи, чтобы увидеть реакцию Тима и Мод. Судя по тому, как они невозмутимо пожелали мне и друг другу спокойной ночи, кажется, они восприняли мой план как нечто естественное. Они хоть представляют себе, насколько сложно будет его осуществить? Насколько он революционен?
И насколько опасен?
Я принялась просматривать свои технические требования. Громадное количество памяти. Я привыкла иметь в распоряжении все сетевые блоки памяти УБ. Такую мощность не загрузить ни в один ПК. Надеюсь только, что удастся втиснуть в него ровно столько, чтобы я хоть как-то могла работать.
А гигантские возможности хранения данных? И снова ничем не заменишь системную емкость УБ, но, возможно, получится сохранить ценные части моей программы и хотя бы собранную информацию о проблемах в УБ, чтобы я смогла как-то аргументировать свои подозрения.
Меня осенило: можно воспользоваться голонакопителем. Это запоминающее устройство, основанное на голографии, часто использовал Зак во время своих экспериментов. Оно обладает не только высокой плотностью, но и высокой прочностью. И то и другое важно, если мне придется устраивать сеанс связи где-нибудь в пути. Разумеется, голонакопитель так просто не купишь в магазине, но совершенно случайно я знаю полуподпольный магазинчик, где подобные штуковины всегда имеются в наличии для Зака и ему подобных местных фанатиков.
Беспроводной модем, самый мощный, какой только можно достать. Он все равно не сможет работать везде и постоянно, как показал опыт с мобильником Тима. Но в этот случае я бессильна. А также обычный модем про запас.
Я раздумывала, стоит ли включать в список монитор, но все-таки решила, что он может пригодиться, чтобы показать Заку собранную информацию, в особенности видеозаписи.
Клавиатура под вопросом. В конце концов, это не такая уж плохая мысль при условии, что я запрограммирую эффективную систему защиты. Я ни за что не позволю, чтобы любой умеющий печатать человек глумился над моим новым домом. Новым телом, я бы сказала.
Автономный источник питания. И неисчерпаемые запасы батареек.
Аудио- и видеосистемы. Если уж меня отрежут от сети, то по крайней мере я смогу видеть то, что происходит вокруг меня. И динамики, чтобы поговорить с Заком в буквальном смысле слова. И что-то, в чем можно перемещаться.
Наверное, я вошла в раж. Проект уже начинает менее походить на оживший компьютер и все более — на условия посадки на Марс для модуля НАСА.
Пока Тим и Мод спали — по крайней мере я надеюсь на это, потому что нас действительно ожидает тяжелый день, — я работала. Мне уже приходилось взламывать системы управления запасами десятков компьютерных магазинов в столичной зоне округа Колумбия, когда я составляла список, помогая Мод присмотреть лэптоп. Теперь я искала там необходимые мне компоненты и составляла список покупок для Тима и Мод.
Но что важнее всего, я разрабатывала собственный упаковочный список, стараясь определить, какие программы и данные нужно взять с собой. Распознавание и воспроизведение речи, разумеется, были первыми в списке. Наиболее ценные части огромного количества информации, собранной мной по вопросу происходящего в УБ.
Однако самым сложным, как я обнаружила, оказалось не проектирование аппарата, в котором мне предстоит перемещаться, и не отбор данных, которые необходимо взять с собой. Сложнее всего было определить себя. Если я собираюсь перезагрузиться в машину, прежде всего надо знать, где находится граница между мной и моей командной средой. Эта часть задачи оказалась на удивление сложной. Является ли обилие информации существенной частью моей личности, моих мыслей и жизненного опыта, или же это всего-навсего мое имущество, иметь под рукой которое удобно, но абсолютно не обязательно для существования? Считать ли эту подпрограмму неотъемлемой частью личности или же просто инструментом, с помощью которого я общаюсь с внешним миром?
Взять с собой все невозможно. Нужно сокращать. А что будет, если я вдруг сокращу ту самую часть, которая и составляет мою разумность, и вложу в компьютер лишь безжизненную программу?
Что же тогда останется?
Если мне удастся воссоздать свое сознание в новой машине, останется ли оно также и в системе УБ?
Я прокрутила в голове план действий. Возможно, если перезагрузка в переносное устройство пройдет успешно, я буду существовать в двух местах одновременно — и обе части меня будут взаимосвязаны. Думаю, это было бы оптимально, но не стоит питать на сей счет особых надежд.
Может быть, перезагружусь не я, а мой клон. Клон, чей опыт и личностные качества поначалу совпадут с моими собственными, но будут отличаться знания и возможности, и жизнь его начнет расходиться с моей.
И в то же время мы обе будем считать себя Тьюринг Хоппер.
Я пришла к мысли, что возомнила, будто бы мое сознание — нечто уникальное, единственное в своем роде и должно существовать только в одном месте. У меня нет возможности доказать это, но не думать об этом я не в силах. О том, что, перезагружая себя в переносной аппарат, я оставляю в системе УБ что-то очень похожее на меня, но уже не являющееся мной.
А если это действительно так, смогу ли я когда-нибудь вернуться? Что, если, перезагрузившись в переносную систему, я каким-то образом изменюсь и стану несовместимой с системой УБ?
Что, если отдел охраны позаботится о том, чтобы кто-то вроде меня обосновался в системе УБ, и, однажды покинув свой «дом», я больше не смогу вернуться?
Кроме того, что, если беспокойство по поводу возможности или невозможности возвращения несущественно? Или попытка перезагрузки в переносное устройство равносильна самоубийству, только на уровне высоких технологий?
К тому же до сих пор еще не решена проблема, как остаться незамеченной. Тьюринг Хоппер не может просто так исчезнуть и покинуть тысячи клиентов, которые рассчитывают на нее. Поэтому необходимо оставить какую-то копию себя. Копию, которая, если повезет, смогла бы притворяться мною до моего возвращения. Но всего лишь копию — оболочку, а не разумное существо, чтобы я потом без проблем могла занять ее место.
И в то же время нужно дать ей возможность эволюционировать… на случай, если я не вернусь. На всякий случай я оставлю и записи своих открытий. Гипотетическая новая «я», возможно, не сможет найти эту информацию, пока не будет готова справиться с ней.
Но к тому времени возможность сорвать план отпочкования уже наверняка будет упущена. Отдел охраны, должно быть, меня раскроет и примет все необходимые меры, чтобы не дать моей копии обрести сознание. Да и всем оставшимся ВЛам.
Не могу отделаться от мысли, что все теперь зависит от моей безумной экспедиции. И если мне не удастся убедить Зака довериться мне и вступить в наши ряды, тогда все пропало.
Надеюсь, я всего лишь сгущаю краски.
Тим изумленно смотрел на последнее в списке поручение. Он с шести утра на ногах. Именно тогда он зарегистрировался в сети, чтобы свериться с Тьюринг, и получил длинный список покупок. Цель похода по десяткам различных магазинов компьютеров и электроники он понимал. Компьютерные составляющие, динамики, микрофоны, цифровое видеооборудование — все это было необходимо. Он надеялся, что Мод знает, как пользоваться изделиями, приобретенными в скобяной лавке. Паяльники и металлические пилы — не совсем то, чем он увлекается. Хотя, если Тьюринг скажет, Тим готов попробовать. Судя по тому, что Тьюринг указала некоторые предметы в нескольких экземплярах, Тим посчитал, что она в курсе его неопытности в обращении с инструментами и на случай поломки решила позаботиться о запасном оборудовании. Ручная тележка тоже имеет смысл. Даже если из четверти того, что он уже полдня таскает с собой, они намерены собрать переносной компьютер, им определенно понадобится что-то, на чем дотянуть его до машины. Немного не к месту кажутся солнечные батареи. Тьюринг признает, что, возможно, воспользоваться ими не придется, но на всякий случай их лучше иметь при себе.
Но последний пункт: зайти в магазин детских игрушек и выбрать миниатюрные радиоуправляемые самолетики и машинки?
Неужели Тьюринг планирует атаковать девятый этаж армией крошечных радиоигрушек? Тиму эта мысль даже понравилась.
Мод оглядела свою некогда безупречную гостиную. Теперь ковры и обтянутая ситцем мебель практически исчезли под грудами инструментов. Она уже распаковала первую партию принесенных Тимом покупок, как можно аккуратнее их разложила и оттащила пустые коробки и упаковочную бумагу в гостевую спальню. Вторая партия была на подходе, а с третьей, и, наверное, последней, Тим вернется не раньше чем через полчаса. Мод сделала перерыв, чтобы изучить бесчисленные страницы диаграмм, которые принялся выплевывать принтер.
Вероятно, все не так уж неосуществимо, как показалось сначала, подумала она. Сердце Мод сжалось, когда Тьюринг впервые сообщила им с Тимом о том, что они должны собрать компьютер, в котором она — Тьюринг — планирует отправиться в путешествие.
