Дон Уинслоу – "Современный зарубежный детектив-2" Компиляция. Книги 1-20 (страница 1355)
Мы оставались с Карлом до тех пор, пока он не закрыл усталые глаза. Мы пожелали ему счастливого Рождества и обещали завтра вернуться, но этого не случилось. Карл умер в ту ночь. Миссис Лорнгрен сказала, что все выглядело так, будто он просто решил, что пришло его время перестать держаться за жизнь. Его смерть была самой мирной из всех, что миссис Лорнгрен доселе довелось видеть.
Глава 54
Не считая священника, на похоронах Карла Айверсона присутствовало тринадцать скорбящих: Вирджил Грей, Лайла, Джереми, я, профессор Санден, Макс Руперт, Джанет, миссис Лорнгрен, еще двое служащих «Хиллвью» и трое охранников из тюрьмы Стиллуотер, которые хорошо относились к Карлу еще со времен его пребывания в этом пенитенциарном заведении. Карла похоронили на Национальном кладбище форта Снеллинг, рядом с сотнями других ветеранов вьетнамской войны. Священник не стал затягивать прощальную службу у могилы отчасти потому, что не был знаком с Карлом и мог сказать о нем лишь стандартный набор фраз, а отчасти потому, что холодный декабрьский ветер насквозь продувал открытое пространство кладбища.
После поминальной службы Макс Руперт отбыл вместе с Боуди Санденом, правда успев перед этим уговорить нас с Лайлой встретиться с ними позже, чтобы выпить по чашечке кофе в ближайшем ресторане. Они явно хотели о чем-то с нами потолковать, но в более приватной обстановке.
Я подошел попрощаться с Вирджилом, который в течение всей церемонии не расставался с бумажным пакетом, бережно прижимая его к груди. Когда мы остались вдвоем, Вирджил открыл пакет, вытащив оттуда нечто вроде киота – дубовый ящик размером со словарь со стеклянным верхом. Внутри, пристегнутые к красной войлочной подкладке, лежали медали Карла: два «Пурпурных сердца» и Серебряная звезда. Под медалями лежали нашивки, свидетельствующие о том, что перед демобилизацией Карл получил звание капрала.
– Он хотел, чтобы я отдал это тебе, – сказал Вирджил.
Я потерял дар речи. И не меньше минуты мог только молча смотреть на награды, на их отполированные сверкающие края, на серебро и пурпур, сияющие на фоне кроваво-красной подкладки.
– Где вы это нашли? – наконец спросил я.
– После того как Карла арестовали, я пробрался в дом, чтобы забрать его награды. – Вирджил вызывающе пожал плечами, словно решив, что я могу принять его за вора. – У Карла было не так уж много пожитков, и я решил, что в один прекрасный день он захочет получить медали назад. Они были… – Вирджил всхлипнул и плотно сжал губы, чтобы сдержать рыдания, – его единственным достоянием. – Вирджил протянул мне руку, и мы обменялись рукопожатием. Затем он крепко меня обнял. – Ты сделал доброе дело. Спасибо тебе.
Поблагодарив Вирджила, я направился к машине, где меня ждали Лайла с Джереми. Вирджил остался стоять у могилы. Похоже, он был еще морально не готов расстаться со своим другом.
В ресторане мы с Лайлой грели руки о кружки с кофе, когда появились Макс с Боуди. Джереми пил горячий шоколад, с громким хлюпаньем вытягивая его из-под слоя маршмэллоу. Я представил брату Макса и Боуди. Джереми вежливо поздоровался, как его и учили, после чего снова занялся своим шоколадом. Я вкратце объяснил, почему Джереми теперь живет со мной, само собой опустив ту часть, где я сломал Ларри колено.
– Но теперь тебе будет немного сложнее учиться, – заметил Боуди.
– Я не вернусь в университет на следующий семестр. – Я опустил глаза в стол.
Впервые за все время я произнес это вслух, поскольку даже самому себе не решался сказать, что бросаю университет. И хотя я уже вполне официально отказался от всех занятий на весенний семестр, то, что я это озвучил, сделало сам факт до ужаса реальным. Но когда я поднял глаза, то увидел, что Макс с Боуди переглянулись и, к моему величайшему удивлению, заулыбались.
– Я хочу тебе кое-что показать. – Вытащив из кармана пиджака какую-то сложенную бумагу, Макс протянул ее мне.
Я развернул бумагу. Это оказалось письмо, отправленное Максу по электронной почте шерифом округа Скотт, штат Айова.
Я проверил объявление о награде за раскрытие убийства Мелиссы Бернс. Объявление было напечатано в 1992 году, и оно все еще остается в силе. Теперь уже нет никаких сомнений, что Мелиссу убил Локвуд. Он возглавлял службу охраны торгового центра в Давенпорте и, должно быть, похитил Мелиссу, когда та покидала торговый центр. Мелисса была внучкой крупного местного банкира, который назначил награду в 100 000 долларов. Если вы дадите мне номера банковских счетов мистера Талберта и мисс Нэш, я организую банковский перевод на их имя сразу же после того, как дело будет официально закрыто.
Я остановился. Когда я прочитал о награде, мне показалось, будто еще немножко – и у меня лопнет голова.
– Сто тысяч долларов? – спросил я чуть громче, чем хотелось бы. – Вы что, шутите?
Боуди улыбнулся и сказал:
– Читай дальше.
Насколько мне известно, мистер Локвуд разыскивается по обвинению еще в двух похищениях и убийствах: одно имело место в Коралвилле, Айова, а другое в пригороде Де-Мойна. «Модус операнди» совпадает, поэтому, скорее всего, последние два убийства также дело рук Локвуда. Мне сообщили, что за раскрытие этих преступлений обещана награда в размере 10 000 долларов за каждое. Поэтому прошу сообщить вашим ребятам, что они получат деньги, как только обстоятельства обоих дел прояснятся.
Я протянул имейл Лайле. Она тихо ахнула, прочитав про деньги и увидев в письме свою фамилию. Закончив, она посмотрела на Макса Руперта:
– Неужели это происходит наяву?
– Абсолютно точно, – ответил Макс Руперт. – И деньги причитаются вам обоим.
Я собрался было что-то сказать, но у меня вдруг встал ком в горле. Справившись с волнением, я наконец произнес:
– Но ведь это целая куча денег.
– Да, гораздо больше, чем обычно дают в награду. Уж можешь мне поверить, – кивнул Макс Руперт. – Впрочем, ничего запредельного. Особенно за раскрытие убийства внучки банкира. Если Локвуд замешан во всех трех преступлениях, то вас ждут сто двадцать тысяч долларов.
Лайла повернулась ко мне:
– Я хочу, чтобы ты взял себе все деньги. Ведь тебе нужно заботиться о Джереми.
– Нет, я категорически против! Ты едва не погибла.
– В отличие от тебя, я не так остро нуждаюсь в финансах. Нет, деньги твои.
– Тогда мы поделим их пополам, – отрезал я. – Или я вообще не возьму их. Все, разговор закончен.
Лайла открыла было рот, чтобы возразить, но замешкалась, а затем решительно заявила:
– Мы разделим деньги на три части. – Она кивнула на Джереми. – Если бы не он, мы никогда в жизни не расшифровали бы дневник. Джереми получает треть. – Я собрался было поспорить с Лайлой, но она подняла руку и посмотрела мне в глаза с решимостью женщины, спорить с которой бесполезно. – Все, разговор закончен.
После этих ее слов я бросил взгляд на Джереми: он ухмылялся мне измазанным маршмэллоу ртом. Джереми не слушал наш разговор. Я улыбнулся ему в ответ, а затем наклонился и поцеловал Лайлу.
Между тем снаружи начался снегопад, и к тому времени, как мы вышли из ресторана, маленький автомобиль Лайлы уже замело почти на дюйм. Лайла с Джереми сели в салон, я остался счистить снег со стекол. Я не мог сдержать счастливой улыбки. С такими деньгами я смогу не только продолжить учебу, но и позаботиться о Джереми. И вот, счищая снег с ветрового стекла, я неожиданно почувствовал необъяснимую легкость бытия. Тем временем в ресторан вошла какая-то молодая пара. Меня обдало волной теплого воздуха и запахом свежей выпечки. Холодный ветерок разнес аромат по воздуху, закружив над моей головой. И я вдруг замер, вспомнив слова Карла о том, что рай может быть и тут, на земле.
Я зачерпнул горсть снега и смотрел, как снег тает у меня на ладони. Снег приятно холодил кожу, кристаллики снежинок, переходя в другую фазу, мелкими каплями стекали с запястья. Я закрыл глаза и прислушался к песне, которую под чириканье притаившихся среди иголок синичек насвистывал в верхушках сосен ветер. Я втянул в себя морозный декабрьский воздух и снова замер, смакуя это сладостное чувство, эти звуки, эти запахи окружающего меня мира – короче, все те чувства, которые так и остались бы за семью печатями, не повстречай я на своем пути Карла Айверсона.
А. Дж. Финн
Женщина в окне
© И. Иванченко, перевод, 2018
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2018
Издательство АЗБУКА®
Воскресенье,
24 октября
Глава 1
Ее муж почти на пороге дома. На этот раз он поймает ее.
На окнах дома номер двести двенадцать ни намека на шторы или жалюзи. Это ржаво-красный особняк, в котором до недавнего времени жили новобрачные Мотты, пока не развелись. Я не была знакома с ними, но время от времени заглядываю в Интернет: его резюме есть в «Линкедине», ее страничка – в «Фейсбуке». На сайте «Мейсиса» до сих пор висит их свадебный список товаров. Я все еще могу воспользоваться предложением и купить для них столовые приборы.
Как я сказала, на окнах никаких тряпок. Так что красный дом под номером двести двенадцать безучастно таращится на улицу, а я таращусь на него, наблюдая, как хозяйка ведет подрядчика в гостевую спальню. Что не так с этим домом? Это место, где умирает любовь.