Дон Уинслоу – "Современный зарубежный детектив-2" Компиляция. Книги 1-20 (страница 1354)

– Из-за тебя умер мой отец, – сказал Дэн. – Слышишь меня? Зря ты сунул свой длинный нос в чужой вопрос!

– Да пошел ты! – Я сплюнул скопившуюся во рту кровь. – Ты замочил своего отца, потому что ты психопат. Ты изнасиловал и убил свою сестру, потому что ты психопат. Сечешь тему?

Он пнул меня в лицо другой ногой:

– Спорим, ты удивляешься, почему я до сих пор не убил тебя?

– Такая мысль приходила мне в голову. – Я почувствовал, как во рту перекатывается выбитый зуб, и снова сплюнул.

– Ты будешь смотреть, что я делаю, – улыбнулся он. – Я собираюсь затрахать до смерти твою маленькую подружку, а ты будешь у нас зрителем. Ты будешь слушать, как она орет и умоляет ее пожалеть, впрочем, как и они все.

Я поднял голову, перед глазами все плыло, в ушах по-прежнему звенело после ударов тяжелым сапогом.

– О да, Джо, – сказал Дэн. – Были и другие.

Он подошел к Лайле и приподнял ее голову за подбородок. Я увидел у нее на обеих щеках красные и фиолетовые кровоподтеки. Лайла, казалось, была в полубессознательном состоянии. Дэн провел рукой по ее нежной шее, нащупал собачку молнии толстовки и потянул вниз.

Я отчаянно боролся с ремнем на горле, пытаясь или растянуть толстую кожу, или разорвать ремень, или выдернуть из земли столб. Бесполезно.

– Джо, кончай дергаться. Тебе отсюда не выбраться. И ты можешь сделать себе больно. – Дэн положил руку на грудь Лайлы, и она вдруг встрепенулась, словно выйдя из транса. Лайла попыталась увернуться, но мешали стягивающие ее узы. Тогда она попробовала врезать Дэну коленом в пах, но ей не хватило сил. Дэн с размаху ударил ее в живот, да так, что она задохнулась. Лайла захрипела, хватая ртом воздух.

– Еще несколько минут – и все будет кончено, ты сгоришь в сиянии славы.

Дэн облизал губы, прижался к Лайле и начал расстегивать одной рукой ее брюки. При этом он водил дулом зажатого в другой руке пистолета по ее телу, очерчивая его контуры, на секунду задержавшись в области груди. Затем Дэн провел дулом пистолета по шее Лайлы, по щеке и наконец приставил пистолет к ее виску.

Дэн наклонился к Лайле, словно пытаясь лизнуть ее лицо или укусить, но остановился, поскольку не смог одной рукой справиться с пряжкой. Тогда он слегка попятился, чтобы получше разглядеть пряжку, при этом дуло его пистолета, на секунду оторвавшись от виска Лайлы, устремилось в небо.

Внезапно со стороны опушки раздались три коротких выстрела. Первая пуля вошла через левое ухо Дэна Локвуда, а вышла уже с правой стороны в брызгах крови, мозгов и костей. Вторая пуля пробила ему горло с тем же эффектом. Локвуд успел испустить дух, прежде чем третья пуля разнесла ему черепушку. Он рухнул на землю бесформенной грудой костей и мяса.

Из-за деревьев вышел Макс Руперт, дуло его пушки было по-прежнему направлено на кучу отбросов, некогда бывших Дэном Локвудом. Макс Руперт ногой перевернул мертвое тело на спину, глаза Локвуда слепо уставились в небо. Из-за деревьев вышли еще две тени: это были помощники шерифа, оба в коричневых зимних куртках со значком на левом лацкане.

Один из них что-то произнес в прикрепленный к плечу передатчик, и горизонт озарился красными и синими огнями, как будто помощник шерифа вызвал свое персональное северное сияние. И очень скоро на пригорке показались мигалки патрульных машин, вой сирен прорезал тишину ночи.

Глава 53

Перестрелка возле амбара стала самой горячей новостью, а затем новости стали разрастаться как снежный ком. Представители прессы хотели знать, почему человек из Айовы схлопотал три пули в голову и почему двое местных ребятишек – студентов колледжа – оказались на поле боя. Чтобы оправдать стрельбу и освободить Макса Руперта от обвинений в превышении должностных полномочий, городские власти постарались поскрести по сусекам и облечь в плоть старые кости, которые откопали мы с Лайлой. Буквально за двадцать четыре часа власти не только заново открыли дело об убийстве Кристал Хаген, но и рассмотрели его в первоочередном порядке. К тому времени, как утром вышел первый пресс-релиз, официальные лица уже подтвердили, что Лайла нашла ключ к шифру и что Д. Дж. – это Дэн Локвуд. Именно так в далеком 1980 году его называли Кристал и остальные члены семьи.

На следующий день после перестрелки Бюро по уголовному надзору штата Миннесота подтвердило, что следы ДНК под ногтем Кристал Хаген принадлежали Дэну Локвуду. Более того, когда в Бюро по уголовному надзору проверили профиль ДНК Локвуда через национальную базу ДНК СODIS, то они попали прямо в точку. ДНК Локвуда совпадало по профилю с ДНК, проходящему по делу об убийстве юной девушки в Давенпорте, Айова. Девушку изнасиловали и убили, а ее тело нашли среди обгоревших камней сожженного амбара. Городские власти созвали пресс-конференцию, на которой сообщили, что Дэн Локвуд предположительно убил в 1980 году Кристал Хаген и что он также покушался на убийство двух студентов колледжа. Однако последнее преступление сумел предотвратить детектив Макс Руперт, оперативно застреливший убийцу. Городские власти и журналисты в один голос возносили хвалы Максу Руперту, представив его как героя, убившего Локвуда и спасшего жизнь двум неустановленным студентам Миннесотского университета, которые предположительно должны были стать его следующими жертвами.

Какая-то репортерша пронюхала мое имя и то, что я был участником событий, во время которых детектив Макс Руперт застрелил Дэна Локвуда. Она наведалась ко мне в больницу, чтобы задать парочку вопросов. Более того, она обращалась со мной как с героем и старалась всячески умаслить. Хотя я отнюдь не чувствовал себя героем. Ведь Лайлу похитили и едва не лишили жизни, а я не смог ей помочь. Поэтому я сказал репортерше, что не хочу об этом разговаривать и ей не стоит меня больше тревожить.

Преподаватели в универе пообещали мне продлить сроки сдачи экзаменов и письменных работ за семестр. Я воспользовался их предложением, за исключением биографического проекта. Лайла принесла мне в больницу ноутбук, и я, сидя в постели, без устали печатал. Лайла также каждый день привозила ко мне в больницу Джереми, чтобы тот мог со мной повидаться. В ту ночь она провела пару часов в отделении неотложной помощи для всестороннего обследования, после которого ее отпустили, с синяками на лице и груди, а также со ссадинами на запястьях, оставленными врезавшимися веревками. Лайла на время переехала в мою квартиру и ночевала у меня на диване, а Джереми спал в моей спальне.

Доктора продержали меня в больнице четыре дня, выписав за две недели до Рождества, с бутылочкой болеутоляющих таблеток и парой костылей. К тому времени как меня отпустили из больницы, я успел напечатать вдвое больше страниц, чем требовалось для проекта по написанию биографии Карла Айверсона. Итак, я закончил проект, кроме последней главы – официальной реабилитации Карла Айверсона.

В то утро, когда меня наконец выписали, в холле больницы меня ждал профессор Санден. Когда он шел мне навстречу, то выглядел крайне взволнованным и улыбался так широко, словно только что выиграл в лотерею. «Поздравляю с Рождеством», – сказал он. После чего вручил мне документ: постановление суда, скрепленное печатью. У меня участился пульс, когда я начал разбирать официальный язык заголовка: «Штат Миннесота, истец, против Карла Альберта Айверсона, ответчика». Я продолжал читать документ, строчку за строчкой, пока профессор Санден не остановил меня, открыв документ на последней странице и указав мне на нужный параграф:

Настоящим постановляем, что приговор Карлу Айверсону, обвиняемому в убийстве первой степени, вынесенный судебным решением от 15 января 1981 года и вступивший в силу в тот же день, отменяется и все гражданские права упомянутого ответчика полностью восстанавливаются незамедлительно после подписания данного постановления.

Постановление было подписано судьей федерального окружного суда и датировано сегодняшним днем.

– Не могу поверить, – произнес я. – Как вам удалось…

– Остается только удивляться, чего можно добиться при наличии политической воли, – ответил профессор Санден. – Поскольку история со стрельбой прогремела на всю страну, окружной прокурор был более чем счастлив ускорить завершение дела.

– Неужели это значит…

– Карл Айверсон официально полностью оправдан, – лучась от удовольствия, заявил профессор Санден.

Я позвонил Вирджилу Грею сообщить, что сегодня мы собираемся навестить Карла, и пригласил его к нам присоединиться. Джанет и миссис Лорнгрен также пришли в комнату Карла. Я даже подумывал о том, чтобы вставить постановление суда в рамку, но отказался от этой идеи, поскольку Карл явно не был любителем подобных вещей. Поэтому я просто вручил ему документ, объяснив его значение, сказав, что теперь он официально оправдан перед всем миром и больше не считается убийцей Кристал Хаген. Карл потер пальцами печать внизу первого листа, закрыл глаза и улыбнулся меланхоличной улыбкой. Слеза скатилась по его щеке, отчего Джанет и миссис Лорнгрен дружно разрыдались, а мы с Лайлой и Вирджилом не выдержали и тоже прослезились. И только Джереми не проронил ни слезинки, но в этом был весь Джереми.

Карл попытался протянуть мне руку, я сжал его ладонь.

– Спасибо тебе, – прошептал он. – Спасибо вам… всем.