Доминик – Кристалл Героя. Том 2: Одиссея (страница 9)
— Пойдем, — она развернулась и ушла из помещения.
Казалось, она его и не ждала вовсе.
Он вздохнул. Пошел за ней.
Они шел за ней следом по незнакомым переулкам. То и дело косился по сторонам, старался сориентироваться. Но они уходили все дальше.
— Так для чего тебе знать о ней?
— Я же сказал…
— Ты реально думаешь, что в это кто-то поверит?
Лилиас остановился.
— Те женщины…
Девушке тоже пришлось остановиться и развернуться.
— Наемник не будет придумывать такие сказки и играть из себя любовника, этого достаточно. Они просто поверили в твою искренность.
Лилиас опустил голову. Поднял брови, потер пальцем висок.
Вздохнул.
Догнал девушку.
— А ты почему скрываешься?
Она наклонила голову.
— А ты хотел бы, чтобы тебе стерли память о ней?
Моргнул.
Она продолжила идти.
— Стой, что ты имеешь ввиду?
— Топай давай.
Он был вынужден следовать за ней молча, с трудом сдерживая слова в горле.
После долгого подъема они наконец оказались в самой высокой точке города, которую приметил ранее Лилиас. Здесь было тихо, дома стояли в отдалении.
— Вот теперь славно! — девушка сняла капюшон и потянулась.
У нее были короткие розовые волосы. Они небрежно падали на миловидные черты лица.
Резво развернулась к нему.
— Меня зовут Прунси, а тебя?
Ее поведение резко изменилось.
— Лилиас.
— Что-ж, Лилиас. Ты совсем не смыслишь, что ее имя значит в этих краях, а?
Он поморщился.
Сердце пропустило удар.
— Как это понимать…?
— Сначала скажи, что тебя ведет, — голос в мгновение сделался серьезным.
Он поджал губы.
Опустил взгляд.
Голос звучал тихо.
— Хочу вернуть ее…
— …что?
— Может я и придумал эту историю, но мотивы мои такие же! — он ударил себя в грудь и поднял голову. — Есть вероятность, что она еще может быть жива. Я… не могу сказать, что это именно. Но… Я могу ее вернуть. Я обязательно верну ее. И мне нужно узнать все о ней.
— Для чего тебе все это?
— …ее судьба несправедлива, думаю? Хочу добиться правды…
Прунси молчала.
Он сжал ремень сумки.
— Она — герой войны…
Прунси наклонила голову, приподняла одну бровь.
Лилиас поджал губы. Глубоко вздохнул.
— Я люблю ее, люблю! Хватит уже! — он поджал губы, чувствуя, как колет в уголках глаз.
Почему все хотят от него это услышать?!
— Ты же мелкий.
— Ну все! Это все обстоятельства! — он взъерошил волосы.
Переборщил.
Это нормально, что она сомневается.
Не стоило так реагировать. Быть таким эмоциональным.
Еще немного и он просто потеряет свой шанс.
Вздохнул.
— Я не знаю, как передать эти… чувства. Она не хотела о них слышать, и я даже ни разу не сказал об этом вслух. Если бы сказал, наверное, ей стало бы тяжелее…
Он щурился, поджал одно плечо. В носу саднило.
Оказавшись так близко, он не мог взять себя в руки. Стоило придумать новую легенду, оправдать свое поведение лучше, но…
Они долго молчали. Лилиас начал чувствовать, что ему самое время уйти.
Когда это желание стало острее всего, Прунси заговорила.
— …ее взгляд, всегда направленный вдаль вместо того, чтобы увидеть того, кто рядом. Всегда так и было.