Доктор Вэнхольм – По следу пламени (страница 111)

- Не бывает всесильных, - парировал командир наёмников через боль. – Даже Творец не всесилен. Даже его однажды постигнет рок.

Норико в ответ лишь хмыкнул. Затем извлёк из ножен фамильную катану. Взглянул на её обагрённое кровью лезвие, а затем с улыбкой спросил:

- Будет ли для тебя честью принять смерть от моей руки?

Лангедросса нахмурился. Его рана была серьёзной. Пожалуй, с такой дырой без оказания помощи он долго бы не смог протянуть. И всё же полудракон не собирался умирать. А тут… Подумать только, какой-то щёголь вздумал делать столь «благодушное» предложение. А ведь командир серых его ещё и пощадил. Подумал, что на дуэли можно обойтись без ненужной случайной жертвы… Видимо, ошибся.

- Никогда, халинец, - прорычал он. – Не здесь. Не сейчас. И не при таких обстоятельствах.

Всё было предрешено. Ему суждено так погибнуть. От рук какого-то юнца, у которого даже пух не сошёл. Он ведь так самоуверенно двинулся в бой, чтобы едва ли не сразу распластаться на земле. А теперь… Теперь он без зазрения совести прикончит его, если, конечно, его спутники не решат его остановить. Впрочем, верилось в это слабо.

- Ты прав… Не сейчас… - процедил разочарованно Норико. – У тебя есть честь, Лангедросса… Вот только у меня этой чести нет.

Без капли сомнения островитянин взглянул во взгляд, что не думал сходить с его повреждённого шрамами лица, затем на своё оружие и с леденящим спокойствием вонзил лезвие в слегка приоткрытую шею. С губ полудракона безмолвно сорвалось нечитаемое слово, а затем искра жизни окончательно погасла.

В гробовом молчании выбор был сделан. Смерть постигла пусть далеко не самого хорошего, если судить по его деяниям, но обладающего честью и благородством воина.

Норико постоял, пронзая своей катаной поверженного врага. Затем медленно вытащил лезвие и смахнул с него свежую кровь. Как только жизнь окончательно ушла из тела погибшего командира наёмников, от него в стороны, понемногу поднимаясь вверх, разошлись тусклые огоньки, напоминающие дымные частицы. Исчезнув также быстро, как и появились, они практически не привлекли внимания. Да и момент был такой, что взгляды не могли сойти с сотворённого островитянином деяния.

- Покойся с миром, воин, - тихо процедил Норико, затем подумал и добавил, глядя прямо на пригвоздённое тело. – Хотя… Я бы назвал тебя монстром, - а после повернулся к остальным «соколам», вернул на лицо улыбчивое выражение, словно ничего и не было, и спросил. – Ну, чего встали? У нас вообще-то дело есть.

Роза стояла чуть поодаль, закрыв глаза и уши. Только когда верный друг обратился к ним, она взглянула на него, но взгляд её оставался крайне мрачным. Мало того, что само место внушало ей огромный страх и отвращение. Сам факт того, что «некрокульт» проводил здесь жертвоприношения, по-настоящему ужасал. А теперь ещё прямо на её глазах произошло абсолютно бесчестное убийство, необходимости в котором не было вовсе.

- Зачем было его убивать? – сдерживая рвотные позывы, понемногу откликающиеся из пустого желудка, хрипло спросила некши. – Он ведь тоже был против культистов.

- Не имеет значения, - улыбка на секунду полностью сменилась тьмой, отразившейся на лице воина. Брошенная фраза приобрела совсем уж охладевший тон.

Галантий более не держал ухмылку. Насколько бы он сам мог действовать нечестно, до подобной низости эльф опускаться он точно не стал. По крайней мере, в таких обстоятельствах. Корысть одолевала его довольно часто, но точно не позволяла потешить собственное эго путём вероломного убийства, прикрываясь благими помыслами. Такому поступку стоило удостоиться лишь осуждения.

***

Со смертью Лангедроссы в комнате остался лишь один живой наёмник. Эльф-полукровка с отрубленной ногой, что лицезрел смерть собственного командира сквозь залитый кровью глаз. И пусть силы его практически оставили, он не оставил решимости. Особенно, когда треклятый убийца с пугающим спокойствием подошёл к нему.

- Вы хоть её ранили? – задал он вопрос вместо того, чтобы быстро оборвать нить жизни. – Почему-то я думаю, что нет, - одарил он единственного живого рваной улыбкой, демонстрирующей его полную уверенность в собственном превосходстве.

- Ублюдок, да как ты смеешь, - прохрипел ему в ответ серый. – Иди ты к чёрту!

Его рука на полу буквально лежала плетью. В пылу битвы её практически отделило от тела, и каждое, даже самое маленькое, шевеление причиняло неистовую боль. Но сейчас, когда шансов уже не осталось, её можно было перетерпеть. Повернув кисть в направлении убийцы, эльф-полукровка шепнул под нос слово на древнеимперском, и на ладони зажглась маленькая светящаяся точка.

Этот жест не укрылся от взгляда Норико. Какое бы заклинание не решил применить умирающий наёмник, островитянин решил пресечь это на корню. Катана уже полетела в сторону конечности, но залп энергии сорвался с неё раньше, знатно подпалив убийце лицо.

Воин отскочил назад, закрылся руками, стараясь потушить дымящуюся физиономию. А колдун, не дожидаясь, когда кто-либо из сообщников халинца предпримет хоть что-то, продолжил шептать, словно молиться, на языке волшбы.

«Соколы» дёрнулись, готовясь защищаться, но лишь последнее слово сорвалось с губ, как глаза серого наёмника закатились, почернели, словно он стал одержим, а после начали кровоточить. Красные струйки полились из всех отверстий на лице, тело вздрогнуло, а затем обмякло, став похоже на тряпичную куклу. Последний выживший в безжалостной мясорубке пал.

- Вот же ж! – рычал яростно островитянин, пытаясь избавиться от языков пламени, понемногу общипывающих его лицо. – Сволочь! Так и знал, чёрт тебя дери! Весь этот отряд – полные ублюдки!

Схватив с пояса ещё один флакон, Норико резко, даже не прикладываясь к горлышку, выплеснул его содержимое себе на лицо. Раны зашипели, врезавшись болью, казалось, прямо в мозг. Всё это длилось несколько секунд, а после режущее ощущение отступило, оставив воина наедине с собственной злостью.

Впрочем, теперь её уже не на кого было выплеснуть. Оставалось только идти дальше – к двери, что защищала собой последнего последователя «Некрокульта» в этой ставшей братской могилой шахте.

Глава 44

Пока позади разворачивалась вся эта сцена, Кора предпочла уйти в сторону и не наблюдать за творящимся деянием. Друидша прекрасно знала на что способен Норико, и для неё не стало никаким удивлением, когда лезвие пронзило плоть и раненый в последний раз захрипел. Не обратила она внимания и на попытку островитянина заговорить со вторым. Его одержимость серыми наёмниками не оставляла им ни шанса в такой ситуации. Хотя раздавшийся взрыв и яростные крики воина, спешно пытающегося потушить собственное лицо, всё-таки заставили обернуться.

Конечно, не на такое применение зелий она рассчитывала. Да и хорошо, что эти кустарные снадобья были созданы из негорючих материалов. А то эффект мог оказаться куда хуже. А так, пламя вполне успешно потушено, и лишь парочка ожогов добавилась на и так успевшее покорёжиться лицо.

Впрочем, злоключения Норико выглядели делом далеко не приоритетным. Куда больше девушку-волчицу интересовала дверь. Огромная бронзовая дверь, полностью цельная с этой стороны. Её явно вмонтировали в стену позже. Видимо, когда культисты заняли для себя эту шахту. И защищала она явно хорошо.

Из храма сквозь неё никак не пройти: ни ручки, ни плиты, ни клавиши. Совсем ничего. Да и вытянуть руками её тоже не выйдет – слишком глубоко она загнана в своды пещеры. А вот что привлекало внимание в этой конструкции, так это кристаллы, коими была начинена рама через каждые примерно пятнадцать сантиметров. Совсем небольшими, даже в какой-то степени неприметными.

Оставалось только понять, зачем они нужны и для какого механизма служат ключом.

- Если за этой дверью находится ведьма, - философски пустился в рассуждения Норико, будто совсем позабывший о том, что у него пару минут назад горело лицо, подходя ближе. – Просто так она сдаваться не будет. И Мариссу так просто вряд ли отдаст…

Марисса. Конечно, в шахтах осталось ещё сколько-то необследованных тоннелей, но вряд ли, если бы пленники имелись, их бы стали держать так далеко. Вероятно демонокровную-колдунью могли упрятать где-то рядом с собой, и Кора крайне надеялась учуять знакомый запах. Безуспешно.

Однако в нос ударило довольно резкое ощущение разреженного воздуха. Магия. Причём ей разило как от самой двери, так и от пространства за ней. Будь она неладна, ведьма решила защититься очень хорошо, и охранный механизм, вероятно, был на этом пути лишь первым слоем.

Разумеется, Кора ни капли не понимала в подобных устройствах. Как, скорее всего, не понимала и Роза, но она, по крайней мере, хоть сколько-то ведала в колдовском ремесле, а это уже давало пусть и самый маленький, но шанс.

Друидша подтянула зверолюдку к двери и буквально ткнулась носом в холодный металл. Благо, что некши расценила этот намёк правильно. Она подошла вплотную и внимательно, словно старьёвщик, упорно пытающийся «правильно» оценить принесённый ему неогранённый алмаз, принялась осматривать преграду.

Учитель Джо’Рад никогда не учил её магической защите. Ни боевым заклинаниям, ни способам применения её при помощи чего-то иного. Впрочем, благодаря его дневнику кошка немного разобралась с тем, как можно создать механизм при помощи одного или нескольких артефактов. Конечно, до профессионального ремесленника или даже изобретателя-новатора ей было очень далеко, но теорию она разобрать вполне могла. Так и здесь. Правда, для этого потребовалось испытать эффект на практике.