Добрынина Елена – От винта, господин дракон! (страница 4)
– А он ничего, – шепнула я Джинни, – и ты ему явно нравишься.
– Да, но… – Она замолчала и призадумалась, будто взвешивая, говорить мне или нет, а потом все же решилась: – Я совсем недавно обручилась, поэтому…
Особой радости в ее голосе я не обнаружила. Ох уж эти мне аристократы с их выкрутасами, браками по расчету и прочими «блестящими партиями».
– Тебя заставили? Или жених такой противный? – нахмурилась я.
– А? Нет, что ты. Не противный. И это мое решение. Оно со всех сторон правильное, но…
Но парню с карамельными глазами тут ловить больше нечего. Ясно.
– О, идея! Давай сначала в музей заглянем, а потом в наш дворец культуры, вот где жизнь-то! – с преувеличенным энтузиазмом воскликнула моя соседка.
И мы продолжили экскурсию.
Потом я занималась учебниками, отстояла очередь за всякими разными вспомогательными материалами, которые были мне положены. А потом – еще одну, чтобы купить все что нужно по выданному списку. Незаметно наступил вечер.
И когда я вернулась в общежитие, меня ждал сюрприз – послание на мое имя.
«
«Да что такое-то? Я еще даже учиться не начала».
Весь вечер я терзалась догадками: может, мне неправильно посчитали баллы и теперь отправят домой? Или ректор стихийки меня вычислил и меня ждет жуткая драконья кара?
От Джея вестей не было, и это тоже напрягало.
Оказалось, я зря дергалась, все было куда проще: мой колледж что-то напутал в дипломе, какие-то цифры в документах не совпадали. Ерунда, но документы пришлось переоформлять.
– Вот. – Я протянула подписанную своей рукой стопку секретарше, госпоже Шелл – сухощавой, маленькой старушке с таким огромным начесанным сооружением на голове, что казалось, ее тоненькая шейка вот-вот переломится, не выдержав тяжести, – и собралась уже идти восвояси.
– Подожди. – Быстрые острые глазки бросили настороженный взгляд на дверь ректорского кабинета. – На-ка, отнеси на подпись. И вот это тоже.
Передо мной выросла приличная такая стопка. И я снова ощутила легкий, почти невесомый керосиновый аромат, разливающийся в воздухе.
Но что было делать? Я вздохнула, сгребла документы, положив свои, родимые, сверху, и с некоторой опаской подошла к законному обиталищу местного ящера. Как там его?.. Дагона Фаррийского, кажется.
Постучавшись для приличия, я растянула губы в самой приветливой, по моему мнению, улыбке и открыла массивную дверь.
И тут же закрыла. И сразу же зажмурилась и замотала головой, отгоняя от себя на удивление четкую галлюцинацию. Разумеется, это глюк. Я просто переволновалась. Потому что такого не может быть… Конечно, не может. Стойкий запах керосина я решила проигнорировать.
Вдох-выдох, и я снова распахнула дверь, – правда, теперь, подозреваю, улыбка моя приобрела некоторый оттенок безумия.
Нет, мне вовсе не померещилось: за массивным столом, точно напротив входа, восседал ящер. Знакомый ящер. Ну очень знакомый ящер. И неотрывно разглядывал меня своими холодными гляделками – сначала сверху вниз, потом снизу вверх…
– О, что-то давно тебя не было, – оживившись, сообщил он мне, будто мы с ним каждый вечер тут в картишки перекидываемся.
– А где ректор? – спросила я растерянно.
Драконьи губы растянулись в крайне ехидной улыбке.
– Перед тобой. – Глаза-ледышки сверлили меня не слишком добрым взглядом, даже не моргали. – Слушаю внимательно.
– Врете. – Испуг как-то быстро сменился раздражением. – Что у вас за привычка в чужих кабинетах засады устраивать?
– Уверена? – бархатным голосом опереточного соблазнителя вопросил ящер. Взгляд его при этом не потеплел ни на градус. – Давай так: если я вру…
– Дагон Алирийский совершенно прав, – прошелестел чей-то голос.
И я вздрогнула, только сейчас заметив, что в комнате, помимо нас с «примороженным» ящером, находится еще один – тот самый Дартен Фаррийский, просто его костюм темных оттенков зеленого удивительным образом сливается с этого же цвета шторами.
– Приказ о вступлении в должность ректора был подписан несколько часов назад. – Тихий вкрадчивый голос водного чешуйчатого убаюкивал.
– Дарт, кто тебя просил влезать с пояснениями? – проворчал Алирийский. – Верное дельце было.
– Разве я могу упустить возможность и не сделать мелкую пакость старому другу? – довольно жмуря зеленые глаза, ответил черноволосый и снова вернулся к созерцанию пейзажей за окном, предоставив мне любоваться его прямой спиной и длинным холеным драконьим хвостом на затылке. Почему драконы так любят этот элемент прически, мне непонятно. Но хвост этот – вещь неотделимая от драконьего образа, как змеиные глаза и их любимые костюмчики.
«Льдистый» вовсе не обиделся, фыркнул подозрительно довольно и снова обратил свой неуютный взор в мою сторону:
– Что там у тебя?
Я же в это время отчаянно пыталась сообразить, правда это или меня разыгрывают. И что, ящер меня сожри, делать, если этот Алирийский и впрямь теперь глава инженерки? И потому молча положила перед ним стопку документов.
Дракон очень по-деловому прищурился и придирчиво пробежал глазами первые несколько листов. После этого я навсегда отбросила мысль о том, что чешуйчатым можно подсунуть на подпись какую-нибудь липу.
– Джулия Хоуп, значит? – очень задумчиво, очень спокойно произнес ящер.
– Да, – подтвердила я зачем-то, – Ли Хоуп. – И подняла на него глаза.
И сразу же поймала непередаваемое чувство, будто меня окатили ледяной водой и пригвоздили к полу двумя острыми сосульками. И все одновременно. Я даже вдохнуть не смогла как следует: дракон на меня смотрел так, будто я у него же на глазах слопала его родную бабушку.
Голова тут же закружилась, словно я стою на краю обрыва, а перед глазами замелькали странные картинки – камни, белые крылья… и еще что-то красное с белым… Нет-нет, только не сейчас…
Я стиснула зубы покрепче и заставила себя дышать: вдох-выдох, вдох-выдох… Вот так. Паника отступила.
Плавным лаконичным движением Алирийский взял из подставки автоперо и проставил на нужных страницах размашистые подписи.
– Свободна, – бросил он мне. – И, Хоуп, маленький дружеский совет: старайся попадаться мне на глаза как можно реже.
Тон его совсем не изменился, сохранил прежнюю непринужденность, а вот взгляд стал жестким, и я сразу поняла, что счет моих провинностей минуту назад существенно вырос. Понятия не имею, почему.
С его советом я была очень согласна. И собиралась как можно тщательнее ему следовать. Настолько, что вихрем выскочила из кабинета, забыв попрощаться.
Да уж, надо признать, держаться подальше от драконов у меня получается весьма посредственно. Совсем паршиво, если по правде: едва успела приехать в столицу, а уже вляпалась в них по самые уши.
Первой, с кем я поделилась новостью о смене нашего руководства, была, разумеется, Джинни. И вести эти ее не обрадовали – она заметно сбледнула и ненадолго стала какой-то рассеянной. Но я могла ее понять: кому же это понравится, когда вместо привычного уже тирана подсовывают нового, у которого еще неизвестно какие вихри в голове гуляют.
– Зато я теперь знаю свое расписание и имя куратора, – похвасталась я. – Переписала заодно. Магистр Найджел Грант, знаешь такого?
– Грант? Ой, знаю-знаю. Он у нас артефакторику читал. Очень… интересная личность. – И соседка самым наглым образом захихикала. – Нет-нет, ты не подумай. Материал он дает нормально. И сам вполне ничего – не старый, даже симпатичный, но, Джулс… – И она снова подавилась смешком. – Сама увидишь, короче…
Разумеется, я сразу же заподозрила неладное, но эта интриганка наотрез отказалась делиться со мной подробностями, утверждая, что не хочет портить мне первое впечатление.
– А ты уже выбрала себе внеурочку или клуб? – сразу перевела она тему. – Выбирай, не тяни, а то самые интересные места в первые же учебные дни разберут. В «Вестнике» был список, пройдись завтра и подбери себе то, что понравится.
Совет был стоящий, и я решила простить пока эту тихушницу. Сама она, к моему немалому удивлению, ходила в студенческий актерский клуб – как и бедолага Мэтт, кстати сказать.
Обойдя на следующий день для интереса несколько студий – и театральную, и художественную, и пару спортивных, – я добралась до той, что привлекала и страшила меня больше всего.
«Клуб полетов „Попутный ветер“» – значилось на яркой табличке, прибитой к двери павильона, больше похожего на огромный гараж. «Рук. – л. Диона дель Фейт» было приписано ниже.
Дверь была приоткрыта, и внутри происходило какое-то движение.
– Куда тащите? Назад! Вы еще эти «крылья» не осмотрели как следует, вот с них и начинайте! – звенел в воздухе чистый женский голос.
Стучаться здесь было бесполезно, и я зашла внутрь.
Бойкая девица с торчащими во все стороны рыжими кудряшками, активно жестикулируя, объясняла что-то двум паренькам. Все трое были облачены в бежевые комбинезоны, но рыжая явно была главной, да и выглядела постарше.
– Привет! Я Джулс. Ты Диона дель Фейт? – спросила я ее. Выкать в таких условиях было как-то глупо.
– А? – тут же обернулась она ко мне. – Ди сейчас в отпуске, я ее заместитель – Гвендолин Эйр, можно просто Гвен.
Я во все глаза смотрела на Гвен – та стояла, подбоченясь одной рукой и держа в другой гаечный ключ, которым размахивала будто указкой; на парней, раскладывающих на полу яркие разноцветные «драконовы крылья»; на разложенные здесь же инструменты и запасные части. В павильоне приятно пахло машинной смазкой.