Добромуд Бродбент – Утро нового мира (страница 46)
— Черт возьми, почему не сказал⁈ — вскричал Ринат, что двигался рядом с нами.
Разнервничавшийся Шин выронил крючок из рук, и я едва успел увернуться.
— Шин, не волнуйся. Просто скажи, как сильно ты ранен, — попросил я.
— Лишь слегка задета нога, — наконец ответил он.
Ринат забил дополнительный крючок, направляясь в нашу сторону:
— Здесь порода более крепкая, — заключил он.
Шин продвинулся и вбил неподалеку следующий крюк. Я стал присматривать, куда переместиться, когда веревка резко дернулась, а по голове довольно чувствительно чем-то ударило и за моей спиной без крика пролетел Шин. Кольнула мысль, что одной рукой я не смогу нас удержать и не видел, как отчаянно, сдирая кожу с рук, схватился за страховочную веревку Ринат. Нас всех дернуло, но падение остановилось. Мы не дышали.
— Шин, перекрепись, — проскрипел Ринат. — Я не выдержу долго.
— Не могу. Я выронил все крюки.
Нас снова качнуло, не выдерживал следующий крюк. Стиснув зубы от боли, я двумя руками вцепился в скалу, стараясь посмотреть на Шина. Тот достал складной нож.
— Не смей! — от понимания происходящего сердце сжалось.
— Прости, Айги, я старался, — слезы в глазах Шина блестели в лучах заходящего солнца. — Ринат, вытащи Айги.
Шин улыбнулся и полоснул по веревке, что связывала нас. Я хотел закричать, но горло скрутил спазм. Шин тоже не кричал. На меня словно напала внезапная глухота и слепота, в себя я пришел, когда Ринат окровавленными руками привязывал меня к себе.
— Дежись, Айги, — почти умоляюще прошептал он.
Мы продолжили подъем без Шина. Я двигался на автомате, казалось, что и раненая рука меня больше не тревожит. Шина не будет в будущем? Как же так получилось? Я хотел извиниться и поговорить, но не успел…
На краю скалы нас ожидал вездесущий Дмитрий Борисович:
— Поздравляю! Всё сложилось наилучшим образом. Счастливчики, — объявил он, пока Ринат помогал мне выбраться. — Вы отправитесь в будущее, и если всё сделаете правильно, то начнете новую жизнь и поживете для себя. Все остальные проживут менее десяти лет.
— Спасите, Шина, — взмолился я, подползая к учителю. — Он там, внизу.
— Спокойнее, — сказал Дмитрий Борисович, наклоняясь ко мне, и что-то вколол в руку.
Реальность померкла, погружая меня в благодатную темноту небытия…
Он всегда любил бродить по городу, особенно весной. Но слово «любил» будет неправильным в отношении него, стоит сказать точнее — он находил прогулки полезными. Во время прогулки он ощущал несвойственный ему покой, сердцебиение замедлялось, дыхание становилось ровным. Если бы кто-то спросил его об этом, он, наверное, ответил бы сухо и по делу: «Прогулка — это не просто способ убить время. Это восстановление. Тридцать минут ходьбы — и организм начинает работать в оптимальном режиме. Усиливается кровообращение, ткани активно насыщаются кислородом, дыхание становится глубже, подключается диафрагма. Сердце, которое большую часть дня лениво перекачивает кровь, получает свою порцию нагрузки. А ещё при ходьбе активно вырабатывается дофамин, — заявит он. — Это залог хорошего настроения. И всё это — без таблеток, без добавок, просто шаг за шагом.»
Но в этот раз ему действительно хотелось прогуляться по улицам родного города. Прошло почти десять лет с тех пор, как он был здесь. За это время город заметно изменился: стал чище, комфортнее, уютнее. Он завернул в цветочную лавку и заказал огромный букет из сто одной белой розы. У людей принято дарить цветы любимым или уважаемым женщинам. Сегодня он, как и все учителя, был приглашён на ужин к семье Михайловых.
Премьер-министр Сергей Николаевич Михайлов курировал масштабный проект будущего, а его супруга Наталья Борисовна была главным психологом программы. Он давно следил за её работами и был впечатлён знаниями. В её понимании психологии он видел не просто профессионализм, а истинное призвание. По этой причине розы были выбраны белые, как символ глубокого уважения и почтения, исключая лишние слова.
Ожидая, когда покупку подготовят, он через стекло наблюдал за женщиной, чей ребенок капризничал, не желая сходить с рук матери и усаживаться в коляску. На его взгляд, совершенно бессмысленное занятие и пустая трата времени. Этому ребёнку было не суждено достичь совершеннолетия, как и многим другим.
— Ваш букет готов! — обратилась продавщица цветочного магазинчика, широко улыбаясь и сверкая задорными искорками в глазах.
Ему был знаком этот блеск глаз. Видимо, статный мужчина в двубортном костюме ей понравился, и она была не против более близкого знакомства, если бы ему захотелось. Но сейчас ему было не до этого.
— Благодарю, — ответил он, разбивая надежды, и вышел.
Нужный дом находился через два дома. Домофон, третий этаж и вот он уже звонит в дверь. Как и положено, его встречает хозяин дома:
— Дмитрий Борисович, добрый вечер. Вы, как всегда, точны. Минута в минуту, — они пожимают руки и проходят в большую гостиную, где накрыт стол.
Все учителя уже в сборе.
— Это хозяйке дома, — с легким поклоном он протягивает букет Наталье Борисовне.
— Спасибо. Великолепный букет, — учтиво благодарит она. — Пойду пристрою их, — и улыбаясь уходит за вазой.
Какой бы ни была умной женщина, она в любое время радуется цветам. Так просто.
— Дмитрий Борисович всегда ведет себя, как положено несмотря на то, что по большей части это деловой ужин, — замечает бывший директор школы Владимир Михайлович.
— Давайте усаживаться, — предложил хозяин. — Сегодня мы обойдемся без посторонних глаз и услужливых рук. Хотя вы все довольно самостоятельные люди. Вряд ли кому-то понадобится помощь, чтобы наполнить бокал. Для начала отметим, что первая десятка людей в проекте выбрана, — он взял одну из бутылок шампанского.
Лёгкий хлопок пробки нарушил тишину, и бокалы наполнились бурлящими пузырьками.
— Я слышал, что отбор был довольно жестоким, — заметил он после того, как все расселись и наполнили тарелки аппетитными блюдами. — Скажите, Дмитрий Борисович, это было столь обязательным?
— Мы уже когда-то это обсуждали и большинство приняли мою точку мнения. Я убеждён, что тело и дух лучше всего формируется в экстремальных условиях. Не только в плане физической силы, но и в плане глубины духа. Только так можно понять, кто действительно готов нести ответственность за будущее человечества.
— Ты ведь пришёл к такому выводу, исходя из собственного опыта? — поинтересовался Леонид, бывший учитель биологии и доктор наук, некогда написавший довольно скандальную научную работу под названием «Галактическая зоология», в которой, опираясь на дарвинскую теорию эволюции и наблюдения за формами жизни на Земля, доказывал применение этих законов во всей вселенной.
— В девяностые, в смутное для России время моих родителей похитили и убили на моих глазах, а меня бросили в лесах нашей необъятной. Мне пришлось месяц выживать.
— Думаю, это трудно, — согласился Леонид. — Ты считаешь, что получение такого опыта сделало тебя сильнее? — он отправил кусок стейка средней прожарки в рот.
— Такое трудно пережить без вреда для психики, — заметила Наталья Борисовна.
— Вы хотите услышать, что они в плохом состоянии? Но они в полном порядке. Мы воспитывали их, заставляя соревноваться каждый день. С одной целью — чтобы они почувствовали себя избранными. Я уверен, они пойдут в будущее с оправданными надеждами. Они победители.
— Вы… вы правда не понимаете? — в голосе Натальи Борисовны сквозил неприкрытый ужас. — Они несколько месяцев находятся в подготовительном центре, а я до сих пор не знаю, какую терапию выбрать для восстановления их психологического состояния. Всё произошедшее повлияло на них и изменило не в лучшую сторону.
— Эти изменения и были нужны. Вы великолепный психолог и психиатр в одном лице. Кажется, я в вас верю больше, чем вы сами. — Дмитрий Борисович улыбнулся.
Все-таки человеку, а тем более женщине, подверженной столь ненужным эмоциям, трудно оценить всю важность их действий.
— Половина из них просто отказываются продолжать участвовать в проекте! — воскликнула она.
— Вот для этого ты нам и нужна, — вмешался в разговор её муж. — Поработай с ними, помоги им переоценить ориентиры.
Внезапно в комнату вошла девушка лет четырнадцати, очень похожая на Наталью Борисовну:
— Ох! Здравствуйте, — растерялась она, оглядывая собравшихся. — Простите, я не знала, что вы дома… и что у вас гости.
— Анна, ты же должна быть у бабушки, — взволновалась Наталья Борисовна.
— Да я просто кое-что забыла. Извините, — сказала она и вышла.
— Это моя дочь, — заметил хозяин дома. — Я хочу, чтобы она тоже попала в будущее.
— Без подготовки? — заметил Дмитрий Борисович.
— Да я бы никогда не позволила так поступить со своей дочерью, как вы поступили с теми ребятами! — воскликнула Наталья Борисовна.
— Я продвигаю следующий проект, в который, надеюсь, войдёт и моя дочь, — спокойно дополнил супруг. — Многие состоятельные люди готовы заплатить за шанс выжить, что принесёт дополнительные средства на развитие проекта и сделает его более независимым от государства.
Дмитрий Борисович кивнул:
— Возможно, это неплохая идея. У меня существует ещё одна теория, основанная на наблюдениях. Детей из неблагополучных семей часто недооценивают с самого начала. Казалось бы, если в семье каждый сам за себя, нет должного воспитания, заботы и поддержки с ранних лет, то такой ребёнок обречён на трудности. Но в реальности всё не так просто. Такие дети более приспособлены к выживанию. Но! Именно эти дети, вынужденные с малых лет рассчитывать только на себя, становятся более устойчивыми к жизненным испытаниям. Они привыкли к хаосу, умеют принимать решения в стрессовых ситуациях, быстро адаптируются к переменам. Их не нужно долго готовить — они уже прошли свой собственный жёсткий курс выживания. Пока их не поглотила среда, пока они ещё способны мыслить самостоятельно, они могут стать лучшими из возможных кандидатов.