Дмитрий Жидков – Русь православная против дикого поля (страница 20)

Обведя князей взглядом, он вновь сел на свое место.

– Что скажете? – спросил возглавляющий совет Мстислав Романович.

– Что же тут говорить, – встал со своего места Мстислав Мстиславович, – надобно помочь соседям нашим.

Ага, подумал Дмитрий, интересно, сколько коней, верблюдов и другого добра принес тебе тесть, чтобы замолвили за него словечко?

– А не говаривал тебе родственник твой, – хмуро молвил Мстислав Святославович, – по какой причине не совладали они с напастью имея союз с аланами.

В самую точку, промелькнуло в голове у Дмитрия мысль когда он увидел как зло блеснули глаза Котяна, знает грехи предательства за собой. А ведь если не помочь им, так половцы и вновь предать могут и перейдут на сторону монголов, да и поведут их на Русь.

– Хан поведал уже нам, что пришла сила большая., – возразил Мстислав Галицкий, – И дело не в том, что у меня или кого либо есть родственники среди половцев. Не гоже нам по норам прятаться.

– Правда, твоя! – поддержал его Даниил Романович, – нельзя допустить врага на землю Русскую. Выйдем им на встречу и встретим их за пределами земель наших!

– То, что биться надо вдали от земель наших, – молвил князь киевский, – не подвергается сомнению. Но нам не ведом враг сей, его численность и тактика.

– Каким бы враг не был, – стал горячиться Даниил Романович, – а наши воины десятерых стоят. Били мы степняков во все времена.

– И нам от них доставалось, – вставил князь Черниговский, – не до оценив врага можно в беду великую попасть.

– Знаем мы, – постарался уязвить его Мстислав Мстиславович, – что ты всегда осторожен был!

– А твои неразумные действия, – ответил ему Мстислав Святославович, – не редко к проблемам приводили. Не всегда тебя удача сопутствовать будет.

– Хватит! – попытался успокоить князей Мстислав Романович, – не спорить мы здесь собрались, а решать что делать будем!

Еще долго спорили князья и наконец, пришли к общему мнению, что необходимо собирать дружины. Встречу назначили в апреле месяце возле Заруба.

Глава 11. В дальний путь

Гордеев вернулся в Чернигов незадолго до окончания поста и занялся подготовкой к свадьбе. С этого дня влюбленные встречались ежедневно. Дмитрий жил своей любовью. До настоящего времени для него было загадкой почему он не женился в той прошлой жизни. Впрочем это была не единственная загадка. Появляясь и исчезая в его памяти ведения прошлого, он не был избавлен от навязчивых воспоминаний, которые даже в мгновения счастья принуждают оглядываться назад. Но тот кто не вспоминает прошедшее, не способен любить.

Как не сильны были любовные чары, но они не могли изгнать все заботы. Уже скоро предстояла дальняя и опасная дорога. Многие тысячи ополченцев и ратников пребывали в лагерь расположенный близ Чернигова. У причалов в готовности ожидали десятки ладей.

Пока шли приготовления к свадьбе Гордеев, в ожидании назначенного срока, предпринимал последние усилия по подготовки своей гвардии. Теперь у него было 150 хорошо обученных полностью верных ему воинов. Они оказывали неоценимую помощь в разъяснении остальному войску новой тактики. Хотя Гордеев был вынужден здесь действовать особенно осторожно, но он преуспел в этом нелегком деле. И хотя княжеская дружина еще сопротивлялась нововведениям, но ополченцы на глазах становились все больше похожи на регулярную армию.

День свадьбы прошел восхитительно. Это был тот лазурный праздник, о каком мечтает каждая девушка. В нем было все и волшебная феерия и свадебный пир, достойный быть запечатленным в истории.

В древней Руси еще не было нынешних обычаев венчанью "галопом". В эти времена люди считали, что венчание праздник семейный и общественный, что пир не портит домашнего торжества, что веселье, пусть даже чрезмерное, зато искреннее, не причинит счастью вреда.

Свадьба состоялась на седьмой день после окончания Великого поста. День выдался пасмурный. Но и в такой день найдется на небе кусочек лазури, которого довольно для счастья влюбленных.

Подготовка к свадьбе как для жениха, так и для невесты началась накануне вечером. Подруги невесты вместе с ней отправились в баню для ритуального омовения. Несмотря на счастье, буквально переполнявшее Любаву, она с серьезным видом пыталась соблюдать традиции. Невесте полагалось плакать как можно больше, провожая свое девичество. Под печальные песни ее омыли из трех ведер.

Утром дня свадьбы Гордеев по традиции прислал невесте в подарок шкатулку, в котором находились золотой гребень, ленты и ожерелье. Делая украшение мастер Авдей превзошел сам себя. В центре композиции был впаян дракон, который попал в этот мир вместе с Гордеевым. Согласно китайского календаря Любава родилась в год дракона и он становился ее талисманом и хранителем семейного очага. Само ожерелье было выполнено в виде золотых листьев, на которых, как бы капли росы, были рассыпаны крупные брильянты.

После получения подарка подружки невесты стали одевать ее в подвенечный наряд.

Тем временем Дмитрий, с помощью Никифора, собрал свадебный поезд. На десятке повозок он и его дружина, под пение и танцы, отправились за невестой.

Во дворе боярского терема их встретило много народа для выкупа.

– Дорогие гости! – обратилась к жениху круглолицая и румяная девица, подружка невесты, – что забыли вы в нашем краю?!

– Приехали за невестой! – ответил Никифор, на правах дружка жениха.

– Есть у нас девушка одна, – продолжала подружка, – писанная красавица. Белолица, стройна, красива, молода. Глаз невозможно от нее отвезти. Но чтобы получить такой клад, должен доказать нам молодец по праву ли он ее суженный. Готов ли он выполнить наши задания!

– Готов, – на этот раз сказал Дмитрий.

Вперед вышла еще одна девица с подносом, на котором стояла чаша, на половину наполненная водой.

– Вот первое задание. Чтобы получить девушку мы желаем, чтобы ты показал свою щедрость. Для этого кинь сюда столько монет, которых не жалко, чтобы вода полилась через край.

Никифор подал Дмитрию кошель с золотыми монетами. Гордеев вынул горсть монет и не считая сыпанул в чашу. Вода тут же выплеснулась через край.

– Видим, что щедр ты… Но Смекалист ли? Посмотри на светлицу – подружка указала наверх – сможешь ли указать свою суженную?

Дмитрий взглянул в указанном направлении. Там возле окна стояли три фигуры одетые в платья. Лицо у каждой было закрыто плотной тканью.

– А нету тут моей суженной, – молвил Дмитрий оглядев фигуры, – прячете вы от меня мою Любавушку.

– Вот же какой смекалистый! – воскликнула подружка невесты, – не обманешь тебя. Но ловок ли ты? Сумеешь ли мишень из лука поразить?

Посмотрев туда куда указывала девушка, Дмитрий увидел в конце двора соломенное чучело.

– Простые задания даете, – усмехнулся Гордеев, беря в руки лук и колчан со стрелами, – а ну-ка Никифор подкинь-ка полено.

Станило подошел к забору, поднял полено и бросил его вверх. Пока полено падало, Дмитрий вскинул лук и послал одну за другой три стрелы. Каждая попала в цель. Полено еще не упало, а он, не целясь, пустил стрелу в чучело, поразив его в голову, там, где у человека располагался бы глаз.

Собравшийся вокруг народ восхищенно ахнул.

– Показал ты нам и щедрость, и смекалистость, и ловкость, – с восхищением сказала подружка невесты, – можешь забрать свою суженную.

Гордеев увидел, выходящую на крыльцо Любаву. Она была одета в красный. Расшитый золотом и бисером, сарафан. Серебряный обруч охватывал лоб и скреплялся на затылке. Волосы были заплетены в две косы. Ее лицо буквально светилось от счастья. Дмитрий взял Любаву за руку и повел к свадебному поезду.

Они поехали по улице с песнями и плясками. Гордеев, еще разлученный со своей невестой, с дружками ехал в первой повозке. Невеста с подружками, согласно традиции, была в последней. Жених непременно должен был прибыть к церкви первым.

В воскресный день улицы были переполнены прохожими, которые с интересом глядели на свадебную процессию.

В церкви Любава была ослепительно хороша. Ее тонкая прелесть, излучаясь, преображалась в сияние. Глядя на нее, Дмитрию чудилось, что перед ним стоит богиня.

По выполнению перед священником и ликом божьим, венчальной церемонии и постояв на коленях под белым покровом кадильного дыма, они одновременно задули свечу, чтобы умереть в один день. Затем новобрачные прошли рука об руку, вызывая всеобщее восхищение и зависть, между двумя рядами умиленных зрителей к распахнутым настиж церковным дверям. На улице около церкви Гордеев щедро рассыпал медные монеты. Бедняки, столпившиеся тут, деля между собой щедрое подаяние, что есть мочи, славили новобрачных.

На обратном пути они сели в одну коляску. Теперь Дмитрий привез Любаву, ставшую его законной женой, в свой терем. Дом был украшен множеством цветов и благоухал не хуже чем в церкви.

На пир было приглашено много народу. Сам князь присутствовал тут посаженным отцом. Праздничный стол был накрыт в большом зале и был ярко освещен. Мгла и сумрак не по сердцу счастливым. Если нет солнца, надо создать его. Поэтому зал сиял огнями множества свечей.

Во время пира было много тостов. Особенно Дмитрию запомнилось пожелание его друга, Никифора.

– Друзья мои, – сказал он, – пусть Любава будет солнцем для Дмитрия, а для него пусть ее слезы станут несчастьем. И пускай никогда в вашей жизни не будет непогоды. Берегите же друг друга как зеницу ока. Молитесь друг на друга. Смело живите, целуйтесь, милуйтесь и пускай все мы лопнем от завести, глядя на вас.