Дмитрий Жидков – Противостояние (страница 4)

Стены замка, как всех без исключения домов, были сложены из камня. Внутри, здания не отличались от остального города. Разве, что центральный донжон возвышался на несколько этажей вверх. На дворе, разбегались из-под ног куры. По лужам важно шлепали лапами гуси. Норманны заботились о своей скотине, стараясь уберечь ее от холода. Поэтому в холодное время было не удивительно увидеть в доме домашних животных, спокойно обитающих за тонкой стенкой.

Слуга проводил Павла в небольшую комнату. Сложенные из каменных блоков своды, всегда наводили на него тоску. Будто в пещере находишься. Он присел на кровать, поставив перед собой на пол кожаный мешок. Развязав стягивающую горловину веревку, Павел вытащил сухую одежду. После застигшего в пути ливня, в холодном помещении его немного знобило.

Переодевшись, Смирнов почувствовал голод. Ведь нормально поесть случилось только перед отплытием. Павел поспешил в трапезную. Там уже собралось порядочное количество народа. За столами, с кружками пива в руках, неспешно беседовали друг с другом ярлы, уже успевшие перекусить.

Поприветствовав почтенное собрание, Павел устроился за столом. В дальнем углу зала горел очаг. Дым от него поднимался вверх, уходя наружу через духовые окна. Вдоль стола с блюдами, наполненными различной снедью, сновали слуги. Перед Павлом тут же очутилась плошка с похлебкой, блюдо с кусками мяса, запеченной рыбой, сыром и овощами. Пока он ел, ни кто не смел, его отвлечь. Но стоило ему отодвинуть блюда и взяться за кружку с пивом, к нему тут же с расспросами о новостях, штормах и ходящих в народе слухах, пододвинулись соседи. Павел с готовностью отвечал, как мог, сам прислушиваясь к разговорам. Один из них привлек его внимание.

– Вы слышали, – рассказывал довольно пожилой ярл с седой бородой, – что римский понтифик, вновь объявил крестовый поход. Шведский король и ливонские рыцари готовятся идти на Русь.

– И не страшно им? – удивился его сосед, – Русь сильна как ни когда. Новый киевский воевода без труда сотрет в порошок этих спесивых рыцарей…

– Если бы они полагались только на себя, – улыбнулся пожилой ярл, – я бы не дал за их жизни и ломаного гроша. Но я слышал, что понтифик сговорился с ханом Батыем. Тот в обозначенное время начнет свое вторжение в южные границы Руси. Туда князья и направят основные силы. Удар же с севера будет полной неожиданностью. В таких условиях рыцари могут и отхватить жирный кусок.

– Как бы им не подавиться этим куском, – покачал головой собеседник.

Но Павел больше не слушал.

" Вот оно, – мысленно улыбнулся он, – появился шанс сесть на новгородский престол. Силы у него имеются. Средств достаточно. А если и Роалд станет новым конунгом, то и армия будет".

Сославшись на усталость после долгой дороги, Павел удалился в свою комнату. Завернувшись в шкуру, он уснул…

Глава 5. Избрание нового Конунга

Роль тинга и публичного одобрения нового короля, было очень важным событием. Процедуру провозглашения и утверждения не мог обойти ни один претендент, кто бы он ни был.

В церемонном зале, собралась вся прибывшая знать. Для такого случая они вырядились в праздничные наряды.

Войдя в зал, Павел поежился. Тут было весьма прохладно. Сколько не топили огромные камины, все равно пробирал холод, идущий от пола и стен. Смирнов протиснулся к своему месту возле одного из столбов, подпирающий потолок. По иерархии, оно располагалось довольно высоко. Все же земли Эрика Рыжего были не из последних в государстве.

В зале шли не прекращающиеся споры. И лишь каким-то чудом они не перерастали в драки. Противников сдерживали лишь суровые законы проведения тинга.

Претендентов на престол было трое. Каждый из них должен был выйти на небольшой помост и рассказать о себе. Главное в речи, обычно оставлялось для упоминания о воинских достижениях. Ведь норманны жили лишь грабежом, завоеваниями, да изредка наемничеством. При этом, чем бы не занимался воин, он должен был отдавать в казну часть своего дохода.

Первым вышел один из претендентов. Среднего роста, худощавый, с узкими, заостренными чертами лица, на фоне могучих соотечественников, он выглядел каким-то щуплым. Он долго говорил о богатстве, которое сумел добыть в походах с Хьярвордом Завоевателем. При этом, тему своих ратных подвигах, он искусно обходил. Закончив речь, он отошел в сторону.

– Йоран, достоин, быть королем! – послышались одинокие возгласы.

– Нет! – противников оказалось гораздо больше, – он, скорее купец, чем воин! Вспомните, когда он в последний раз сам вел в битву своих воинов! За него это делает хевдинг! Сам же он постоянно пропадает в Новгороде, богатея на торговле!

Павел с интересом крутил головой. Нет, не бывать Йорану конунгом! Слишком скуп. Мало голосов он купил.

Следующим стал человек огромного, богатырского роста. Мышцы, под кожаной курткой, бугрились, грозя разорвать верхнюю одежду великана по швам. Его широкое лицо, с выдающимися в стороны скулами, украшали тщательно расчесанные усы и борода, с вплетенными в нее косами. Грива пышных волос, падала на плечи. Щеку рассекал глубокий шрам.

" Ярл северных земель, Джерард Кровавая секира, – мысленно отметил Павел, – этот кандидат куда опаснее".

Кому была не известна его сила и доблесть. В бою он всегда идет впереди, внося ужас в ряды врага и предавая уверенность своим воинам. Правда, у него имелся один существенный недостаток: был Джерард слишком независим и с трудом подчинялся командам. Во время общих походов он вел своих воинов отдельно от остальных, и не спешил на помощь, если кто-нибудь попадал в сложное положение. Ему будет трудно управлять целым государством, где, порой необходимо делать уступки.

Споры, после представления нового кандидата, разгорелись с новой силой. Ярость все больше охватывала сознание варваров. Оппоненты вскакивали со своих мест, хватая друг друга за грудки.

– Джерард славный воин! Он не раз доказывал это в битвах! Он приведет нас всех к славе!

– Нет ни каких сомнений, – отвечали другие, – воин он не последний! Но слишком независим и не умеет признавать свои ошибки! Он желает власти, лишь ради самой власти! Но когда человеком движет только тщеславие, а не забота о своем народе, он не способен стать великим!

– Это, правда! – тут же поддержал хор голосов, – Джерард не соблюдает законы, данные нашими предками! Чтобы стать нашим вождем одной отваги мало! Необходимо душевное устремление! Сперва нужно полюбить не свое тело, а родную землю и людей живущих на ней! И среди нас есть лишь один человек, – это Роалд Справедливый!

– Роалд! Роалд! Роалд. – толпа начала бесноваться. Люди повскакали со своих мест, бросившись в сторону помоста. Не согласные были моментально оттерты в задние ряды. Их голоса утонули в общем восторженном рёве.

В окружении своих сторонников Роалд, был едва заметен. Он вскинул вверх руку. Гул моментально стих.

– Я хочу поблагодарить всех вас, други, за оказанное мне доверие! Я клянусь быть справедливым правителем! Прекратить раз и навсегда вражду между кланами! В единстве наша сила! Мы становимся тем тверже и храбрее, чем жарче и дольше длиться битва. Как бы ни был силен наш враг, он бежит, увидев нашу ярость! С благословения богов, мы раздавим любого врага! Захватим новые земли!

– Да будет так, как ты сказал! Ни разу, ты не обманул, обещая победу!

Своды и стены зала задрожали от общего гула десятков голосов.

Затем все вельможи в едином порыве обнажили мечи. Уткнув острием в пол, они встали на одно колено, поочередно принося клятву в верности. Даже те, кто поддерживал других кандидатов, тоже поклялись новому правителю.

Вечером состоялся пир, на котором ярлы преподнесли вновь избранному конунгу дары. А еще через несколько дней Роалд отправился в путешествие по своему королевству. В каждом клане созывался свой тинг, где все жители признавали его своим правителем и клялись верности. После этого люди высказывали свои пожелания. Роалд благосклонно выслушивал их, обещая выполнить их.

Только в начале зимы он вернулся в Бергем, где теперь он обязан был жить со своей семьей…

Глава 6. Сватовство

Мэгрит взошла на стену замка. Зима в этом году выдалась довольно теплой. Выпавший снег долго не лежал. Все больше вместо белых хлопьев, шел холодный дождь. Девушка выглянула между каменных зубцов, с надеждой всматриваясь в морскую гладь. Вскоре должны были произойти радостные перемены в ее жизни. Она с нетерпением ждала своего замужества. И избранник у нее уже был. Он нравился не только ей. Ее отец также благоволил к этому человеку.

И вот Мэгрит увидела входящий в фиорд "драккар", с хорошо знакомым изображением резной мордой страшного зверя.

При виде высаживающихся на берег мужчин в латах и кольчуге, с мечами в ножнах и топорами за поясом, сердце девушки радостно забилось, стремясь выпрыгнуть из груди и птицей полететь навстречу любимому.

Пока визитеры шли по улицам города, Мэгрит не отрывала взгляд от шествующего впереди коренастого воина. Его волосы, столь не типичные для ее северной родины, развевались на ветру. В его глазах хотелось утонуть. Забыться в крепких, нежных руках.

Хотя ей и хотелось немедленно бежать к нему навстречу, Мэгрит все же сдержала этот порыв. Как можно спокойнее она спустилась в свои покои.