Дмитрий Железняк – Караванщики Анвила II (страница 42)

Принц, худощавый, но статный юноша, широко улыбался и что-то увлеченно рассказывал Шахриет. Молодые люди расположились в саду под тенью персиковых деревьев. Посланник усадил гостей за стол, а сам позвал господина.

На плечах Али красовался черный бишт, края которого блестели золотой нитью на солнце. Под него принц надел кристально белый костюм. Несмотря на то, что голову покрывал платок в красно-белую клеточку, Караванщики видели черные виски, надушенные маслом. Бросался в глаза массивный золотой браслет, инкрустированный драгоценными камнями и умостившийся на правом запястье юноши. За эту руку держалась Шахриет.

Тело девушки нежно обволакивало узкое серебристое платье, на котором плясали золотые узоры. На голове серебряная диадема, мастерски вплетенная в пышную причёску, подчеркивала изящные черты девичьего лица. Без сомнений, образ Шахриет – целиком подарок принца Али. Если бы Джубал не прибывал в практически бессознательном состоянии, то мог бы натворить бед.

Ослябя загорелся восхищением, когда красавица вошла в зал, это не укрылось от Шахриет. Она ответила застенчивой улыбкой, но вот ее взгляд… он, будто искра, томился в ожидании дуновения ветра, который раздул бы стремительное пламя страсти. Паломник не смог его выдержать и опустил глаза. Грудью он чувствовал кожаный тубус с посланием от Великого Магистра. И воспринял новую силу влечения к Шахриет, как происки демонов и темных богов, намеревающихся столкнуть глупого крестьянина с пути добродетели и служения Светлой Деве.

– Я рад приветствовать дорогих гостей! – белоснежные зубы показались на молодом смуглом лице. – Знаменитые Караванщики Анвила. Ваша слава скоро затмит самого Кадира Блудного, – принц прошел по комнате и усадил девушку подле себя.

Грациозности Али могли бы позавидовать ягуары. Благородная осанка, выверенные, плавные движения. Юношу действительно воспитывали принцем. Принцем без царства.

– Предугадывая вопрос, – Али бросил на Шахриет ласковый взгляд, – я двигался к дуккану вместе с доверенными людьми, когда заметил негодяев в черных рясах. Они тащили большой извивающийся мешок. После вашего дебюта в местном театре, я наслышан о культистах Мертера, а потому без раздумий атаковал. Мы смогли зарубить их на месте. И представьте мое удивление, когда в грубой холщовой ткани обнаружилось нежнейшее и прекраснейшее создание, – принц наклонился и поцеловал тыльную сторону ладони Шахриет. – Я не мог подвергать девушку в опасности и тут же поскакал с нею в этот скромный дом. За вами послал верных фарисов, но трактирщик сообщил, что называющие себя Караванщиками Анвила спешно покинули заведение.

– Это интересно… – Эразм прокрутил в голове сцену у монолита. – При чернорясниках не обнаружились какие-нибудь записи?

– Обшаривать поверженных оборванцев – недостойно принца и его верной гвардии.

– Прошу прощения, господин, – Ослябя не поднимал головы. Он и помыслить не мог, что когда-нибудь выпадет честь сидеть за одним столом с настоящим принцем. – Нашему другу нужна помощь. Его поразила внезапная хворь, может быть ваш лекарь сможет что-то сделать.

– Ни слова больше! – Али неожиданно вскочил на ноги. – Салман! Скорее, возьмите несчастного и отнесите к лекарю, – посланник, что привел Караванщиков к принцу, что-то скомандовал стражам, и те двинулись, но Джубал остановил их.

– Я пойду сам, – отрезал он и встал из-за стола.

– Тогда прошу за мной, – Салман указал направление.

Молодой Скорпион почувствовал вибрацию. Камень, что спас его от темного жреца, снова помогал. Благодаря ему к пареньку явилось сознание, и он понял в чем причина хвори. В складках одежды Джубал нащупал осколок монолита, завернутый в тряпку. Советник принца повел больного по лестнице. Скорпион заметил открытое окно и проворно швырнул в него проклятый осколок.

Практически сразу наступило облегчение. Боль стремительно уходила, а энергия вновь наполняла жилы. Свежая кровь ускорила восстановление. Пока лекарь готовился осмотреть пациента, Джубал захрапел на кушетке. Тогда врачеватель решил, что у парня обычное истощение, а потому оставил его отдыхать.

– Несравненная Шахриет поведала о подробностях происшествия в театре, – тем временем продолжал Али. – Я преклоняю колено перед вашей стойкостью и бесстрашием, – он поднял кубок. – Что есть храбрость, если не сила снести любое испытание? Поднимаю этот кубок за наихрабрейших людей, что встречались на моем пути. До дна! – тост понравился всем, даже Шалилун понял, что хвалят.

Когда осушенная посуда ударила по столу, Ослябя с неудовольствием заметил, что Шахриет не отставала от мужчин и подвинула пустой кубок одному из слуг с кувшином.

– Пока мы не потеряли высокую ноту комплиментарности из-за невежества некоторых моих компаньонов, разрешите-ка попросить о небольшой милости, – Эразм вспомнил о Нуруддине, который ожидал у входа в жилище принца.

– Конечно, о, наимудрейший, великий маг может просить у меня все, что угодно.

– Хе-хе, – Али успешно потешил самолюбие Брюзгливого, и тот заметно смягчился, – такие фразы вредны, Ваше Высочество, кто-нибудь возжелает невозможного.

– Может ли искусный заклинатель, триумфатор и беспощадный сокрушитель приспешников Шепчущего Палача просить то, чего я не смогу дать? – принц махнул рукой. – Даже помыслить подобное трудно.

– Вы мудры, юный принц, – старик улыбался. – Я прошу не о себе. За дверьми ожидает несчастный, которого мы вырвали из лап местных бандитов. Позволите ли вы и ему остаться здесь? Ибо его жизни все еще угрожает опасность, а я взял на себя обязательство защитить беднягу.

– Салман! Исполни просьбу дорогого гостя.

– Слушаюсь, господин, я отведу и его к лекарю.

– Нам приятно расположение и гостеприимство Вашего Высочества, – Эфит учтиво приложил руку к груди, – и мы будем рады, если сможем чем-то помочь блистательному принцу.

Ветеран, как и Эразм, понимал, что Али искал Караванщиков не для того, чтобы восхищаться подвигами. Ему требовалась какая-то услуга. Почему бы не оказать содействие. Кто знает, каких высот добьется принц Али-а-Халид. Полезно иметь в друзьях подобных людей.

– В таком случае, я не премину воспользоваться помощью славных героев. Известен ли вам принц Захир Алый?

Приключенцы покачали головами.

– Этот узурпатор, – Али продолжал, и лицо принца исказила ненависть, – занимает трон, что принадлежит мне по праву рождения. Он обманом отнял трон моего прадеда, царя Мередениса. Несчастный народ обманули, пообещав возвращение к древним традициям ашахитов Ошиосса, строителям пирамид и сфинксов. В итоге прадед был свергнут, а семья бежала в Султанат, где жила в изгнании больше ста лет.

И что же из этого вышло? – печальная улыбка продемонстрировала белые зубы. – Ха-ха-ха... ничего. Да, власть империи удалось сбросить, но вместо возрождения обычаев Захир объявил себя императором Южных земель и объявил войну бывшим союзникам – Сулифскому Халифату и Ашахитскому Султанату.

– Эт как же, господин принц? – Ослябя не мог сопоставить услышанное. – Захир этот… чего… не помер еще?

– Я похоронил многих родственников и друзей, но… он все еще живет, – Али бросил взгляд на Эразма. – Возможно какая-то магия поддерживает в нем жизнь.

– Может и так, – волшебник пожал плечами, – но чего вы хотите? Чтобы мы помогли вернуть трон?

– Да.

– Не наше это дело, – грубо вмешался Варвар, – охота за титулами – удел слабаков. Так трофеев не добыть.

– Прикуси язык! – сквозь зубы прошипел Эфит.

– Нет-нет, я все понимаю, – принц махнул рукой. – Вас ведет дорога приключений. Уверен, что у каждого была серьезная причина на нее ступить. Иначе зачем вы здесь?

Воцарилось молчание. Али прошелся по залу, держа руки за спиной.

– Я и не надеялся, что смогу обольстить вас следовать за мной в Ошиосскую Империю, что при правлении моих предков звалась Царством. Но… есть дело, которое могло бы заинтересовать авантюристов, которые не прочь заработать золото.

– Золото! – зеленоватый подпрыгнул и опрокинул чашу с вином. Алая жидкость тут же пропитала белоснежную скатерть. Прислуживающий у стола мальчишка-подросток немедленно принялся промакивать разрастающееся пятно полотенцем. – Шалилун нужно золото. Нужно помогать. Гасик знать и требовать.

– Что опять с этим гомункулом? – Брюзгливый оттолкнулся пятками и пробороздил стулом по полу. Раздался пронизывающий крип. Лорд, опираясь на посох, поднялся и пересел.

– В последнее время пустыню Мумит часто одолевают песчаные бури, – Али продолжал. – Но лично я вижу в этом добрый знак. До меня дошли слухи, что из песков показалась давно утерянная пирамида царя Имхотепа Блистательного, последнего из царей Ошиосса, держащего в руках Скипетр Могущества. Это древний артефакт, с утратой которого началось падение Царства и рода а-Халид.

– Я слышал эту легенду, – Эразм ухватил двурогой вилкой зеленую оливку, приправленную лимонным соком. – Блистательный не желал расставаться с магической игрушкой, а потому унес ее в могилу. Болтают, что, будучи на смертном одре, Имхотеп пронзил стилетом сердце старшего сына, который намеревался Скипетр изъять.

– Легенд много и все они правдивы. Как бы то ни было, я прошу вас отправиться в пустыню и отыскать реликвию моего рода. С ее помощью я верну утерянный трон, а вы возьмете любые сокровища, что найдете в гробнице. Это честная сделка.