Дмитрий Железняк – Караванщики Анвила II (страница 21)

– Нет… – Эва едва не упала. Рыцарь успел ее поддержать и посадить на поваленное дерево. – Разве может сир Горст напасть на вассалов собственного сюзерена?

– Если не опасаться гнева сеньора, то вполне, – мужчина пожал плечами и всмотрелся в начало тропы.

– Это же глупо, – леди не унималась. – Лорд де Брезе этого так не оставит! – она вскочила на ноги. – Мы должны срочно отправиться в замок Ветэро и обо всем сообщить отцу.

– Вряд ли, что это имеет смысл, миледи…

– Что вы имеете ввиду?

– Боюсь, что лорд Ноа либо в плену, либо убит. Сомневаюсь, что он мог отдать приказ о нападении на эскорт собственной дочери, воспользовавшись услугами личной гвардии лорда де Надорс. К тому же, учитывая их взаимоотношения…

– Замолчите, прошу вас, – Эва прервала рыцаря и закрыла лицо руками.

– Вы должны быть сильной, – Готье не особенно умел обращаться с женщинами, тем более, когда они опечалены и плачут. Он переминался с ноги на ногу, чувствуя неловкость. – Скоро враг поймет, что мы свернули с дороги. Они вернутся и наверняка найдут эту тропу. Уверен, что Черный Бык оставил немало следов, а потому нас легко обнаружат. Нужно идти.

Девушка поднялась и смахнула слезы рукавом. Она глянула на спасителя нерешительным взглядом.

– Но куда мы отправимся?

– Самое разумное – это направится во Флюм. Там много верных рыцарей имеют лен. Есть несколько небольших крепостей. Мы легко найдем защиту. Конечно, дорога в Вильдере и так проходит через этот городишко, но теперь идти по ней не получится. Нужно уходить лесом и как можно скорее.

– Хорошо, – Эва все больше осознавала ситуацию. Девушка обладала твердостью духа, и потерянное в начале самообладание возвращалось. Она вспомнила последний разговор с отцом. Ноа наказывал ей позаботиться об обороне фамильных владений, а значит так и до́лжно поступить дочери лорда. Что поделать, если у него нет сыновей. Она потерла перстень отца с выгравированными на печатке двумя башнями, надетый на большой палец правой руки, и решительно посмотрела на рыцаря. – Нужно спешить, соберем людей и пленим сира Горста.

– Как пожелаете, госпожа, – Готье улыбнулся. – Только дальше пойдем пешком. Лес густеет, да и темнота тут, хоть глаз коли. Неровен час, так какая-нибудь случайная ветка этим займется.

Одрик жалел, что не смог забрать с собой хотя бы меч. Конь без седла, конечно, вполне неплохо, но с одним кинжалом много не навоюешь.

Мужчина отлично чувствовал себя с копьем, на турнирах редко кому удавалось выбить его из седла, а вот с другим оружием особой уверенности не испытывал. Сразиться с Холмом на мечах все равно не имело бы смыла, но вот против диких зверей или бандитов широкий и тяжелый клинок казался лучшим вариантом.

Беглецы до самого утра не делали остановок. Готье удивился выносливости девушки. Она не отставала и ни разу не пожаловалась на усталость. Он забирал поглубже в чащу, чтобы сбить нападавших со следа. В молодости Одрик служил оруженосцем у одного из здешних рыцарей и часто охотился в местных лесах. Поэтому, как ему казалось, опасности заблудиться нет. Тем не менее, отдых рано или поздно требовался всем. Признаки погони отсутствовали, и рыцарь решился на привал.

Лесные птицы тревожно щебетали, когда беглецы остановились у небольшого ручейка, чтобы напиться воды и умыться.

– Глядите в оба, в этих местах полно свирепых кабанов, – рыцарь плеснул на шею ледяную воду и поёжился.

Черный Бык легонько бил копытом, ожидая пока его допустят к воде. Конь недовольно фыркал и держался настороже.

– Похоже, что ваш жеребец наблюдает за округой, – девушке хотелось погладить животное, но она не осмеливалась приблизиться.

– Пожалуй, что да. Дикого зверя он заметит. Хорошо, что хоть недоуздок не сняли, а то иначе даже удержать его не за что, – Готье осмотрелся. Ручей выходил из подножья небольшого холма, на котором росли молодые деревца. По склонам пробивалась травка, которую понемногу начинало припекать появившееся солнце. – Жаль, что нет с собой никакой емкости. Могли бы набрать воды.

Конь, дождавшись, когда люди освободят место на водопое, напился и принялся за траву. Рыцарь устроился на ней же, закинув руки за голову.

– Вы что, собрались спать? – над ним нависла Эва.

– Да, – Готье даже не открыл глаза.

– А мне что прикажете делать?

– Я бы посоветовал прилечь и отдохнуть, идти нам пару-тройку дней. И кто знает, когда в следующий раз получится сомкнуть глаза, – он отвернулся от девушки и зевнул.

– Но, как же завтрак? – леди уперла руки в бока.

– Сегодня мы завтракаем свежей водой. И поверьте, это не самый худший вариант.

– Идите и добудьте какую-нибудь дичь.

– У меня нет ни сокола, ни лука, ни копья, – безразлично продолжал мужчина. – С кинжалом я могу только нарезать вам коры с деревьев, но сомневаюсь, что вы настолько оголодали. К тому же, у меня нет огнива, а сырое мясо вряд ли подходит для леди. Я и сам, признаюсь, люблю жаренное. Ну, вареное на крайний случай.

Эва бросила на вассала отца гневный взгляд, но промолчала. В словах рыцаря была, хоть и горькая, но правда. Она отошла к деревьям и высмотрела гнездо, у которого суетился черноголовый щегол. Он кормил самку, высиживающую яйца. Девушка не особенно любила сырые яйца, но вот отец часто употреблял их в таком виде, правда куриные.

Высокий дуб выглядел удобным для того, чтобы добраться до заветных яиц. Голод, после бессонной и тяжелой ночи, скреб нутро и подталкивал наверх. Эва подпрыгнула и зацепилась за толстую нижнюю ветку. Легко подтянувшись, она закинула ноги и уселась на нее сверху. Щеглы, и так встревоженные нахождением людей на опушке, подняли тревогу. Самец летал вокруг дерева и истошно чирикал. Другие птицы, обитавшие неподалеку, тоже взмыли вверх и надрывались, оповещая округу об опасности.

Тем временем леди не остановилась на достигнутом. Встав на ноги, она держалась за ствол и потянулась к следующей ветке, но правый носок соскочил, и девушка рухнула на землю, больно ударившись плечом.

– Зря вы тратите силы, – рыцарь скрестил руки на груди, нежась на солнышке. – Пары мелких яиц все равно не хватит чтобы утолить голод. Вы либо оголодаете еще сильнее, либо расшибетесь. Не говоря уже о том, что вы всполошили всю живность. Если решили помочь преследователям найти нас, то путь правильный.

Черный Бык, оторвавшись от завтрака, с любопытством рассматривал распластавшуюся на траве девушку.

Эва, морщась от боли, поднялась. Отряхнувшись, она напилась воды, чтобы заполнить желудок и легла. Солнце ласково пригревало. Птицы успокоились и приятно щебетали, напевая известные только им, но приятные слуху мотивы. Сон, будто волна, неминуемо накрыл беглецов.

Новости в Эриндане расходились еще быстрее, чем в пустыне Мумит. Оно и понятно, каждый дворянин, каждый безземельный рыцарь, каждый ремесленник и мелкий торговец так или иначе пользовались услугами торговой гильдии Ра́скоса: доставка писем, сбыт и поставка продуктов или других товаров различного назначения, оформление денежных займов и многое другое.

О смерти лорда де Кран в Порте-Грэртон узнали уже тогда, когда Эва и сир Одрик еще бродили по лесу. Леди Зинат нервно кусала губы, расхаживая по покоям. Слуги боялись входить. Госпожа кричала и сыпала проклятиями, беспощадно охаживая память убитого мужа. Все обитали замка знали, что когда Зинат в гневе, на глаза ей лучше не попадаться. Она была жестока, даже через чур. Однажды приказала высечь служанку за тапочки у кровати, которые вместо того, чтобы стоять посередине, располагались ближе к голове.

Сир Жак де Тоси́, камергер лорда Уолеса, топтался под дверью, робко припадая ухом к замочной скважине, когда голос госпожи утихал. Стерев ладонью холодный пот со лба, мужчина глубоко вздохнул и постучался.

– Кого там принесло?! – раздался грозный вопль.

– Это я, миледи… – дрожащими губами выдавил из себя камергер.

– Жак? – голос несколько смягчился. – Входите же, наконец!

Толстячок медленно отворил двери и, словно крадучись, осторожно вплыл в комнату.

– Миледи… – де Тоси пытался сглотнуть слюну, вставшую комом в горле. Он так и стоял у входа, нервно потирая руки. – Вильдере, госпожа…

– Что вы там мямлите, сир?! – Зинат села за легкий круглый столик и взялась за кубок, наполненный крепленым вином. В последние дни женщина усиленно налегала на вино. От слез и излишней выпивки, ее глаза воспалились, а лицо отекло, но леди все еще оставалась привлекательной.

– Я хотел сообщить, что войско лорда Вистана де Надорс осадило Вильдере, а люди барона Ролда Ветэро́ двинулись для захвата Флюм и близлежащих земель.

– Кто возглавляет осажденных?

– Полагаю, что сир То́рстен Леопард.

– Леопардом он был лет так сорок назад, – Зинат скривила губы в злобной усмешке. – А что жена де Брезе?

– Если вассалы и поддержали ее притязания на земли покойного лорда Ноа, то нам об этом неизвестно. Блокада города полная, даже представителей гильдии Раскоса не подпускают к воротам. Но с точки зрения брачного договора, леди Мишель способна наследовать титул мужа, как и ее дети женского пола… – Жак осекся и со страхом выпучил глаза, слишком поздно осознав, что надавил на больную мозоль.

Камергер съежился, ожидая вспышку гнева, но Зинат спокойно встала из-за стола и подошла к окну. Утреннее солнце заиграло на складках ее легкого желтого платья. Женщина молча смотрела в синеющую морскую гладь, простирающуюся до горизонта и уходящую в недосягаемость. Де Тоси не знал, что делать и покорно ожидал.