Дмитрий Янтарный – Становление (страница 9)
Внезапно взгляд Алдора снова стал осмысленным, и он спросил дракончика:
— А сколько тебе лет, малыш?
— Мне шесть с половиной лет, дяденька, — гордо сказал Дитрих, решив, что орк, как и многие другие до него, удивится, как быстро он растёт, — и ещё папа сказал, что полтора года я сидел в яйце.
Последние слова заставили лицо орка потемнеть, а глаза — вспыхнуть недобрым огнём.
— Дяденька, хватит меня пугать, — со страхом сказал Дитрих, начиная вырываться, — почему вы так злитесь? Что я такого сказал?
Орк закрыл глаза и глубоко вздохнул. После чего бережно обнял драконёнка.
— Прости, малыш, — он быстро зашагал по улице, — просто это… так странно. Вот только мне нужно поговорить с твоим отцом.
— Зачем? — не понял дракончик.
— Чтобы лучше за тобой следил, — неожиданно рявкнул орк, да так, что Дитрих испуганно забился носом в его куртку, — тебя ведь могли похитить!
Он снова глубоко вдохнул, возвращая самообладание.
— Всё, малыш, больше сердиться не буду, обещаю, — успокаивающе сказал орк и погладил дрожащую спинку.
В этот момент слева показалась лавка со сладостями.
— Может, ты голоден? — спросил орк, остановившись перед лотком с пирожными и леденцами.
— Я не очень люблю сладкое, — ответил дракончик.
— В самом деле? — удивился Алдор, — странно. А чего бы тогда тебе хотелось?
— Я бы хотел, — он указал лапкой в сторону кондитерской со свежей выпечкой, — кусочек грибного пирога.
К счастью, в этот он внимательно смотрел на вывеску и потому не увидел, как глаза орка в очередной раз полыхнули злобой…
Тем временем в упомянутой гостинице Звёздный приют драконьи наставники, с трудом уложившие спать малышей, не находили себе места. Весь обслуживающий персонал гостиницы, могущий по своим должностным обязанностям куда-нибудь сгинуть, не преминул воспользоваться данной возможностью. Девушка-портье спряталась за стойкой, решив прямо сейчас проверить бухгалтерию ключей, постояльцев, денег в своём кармане, да и вообще всего, что было в пределах её досягаемости. К счастью драконы, распространявшие почти физически ощутимые волны гнева и паники, ни на что не обращали внимания.
— Этого нет. Ничего этого не происходит, — шептала Агния, вцепившись в чашку чая перед собой, поминутно делая глоток и щедро добавляя бренди. То, что концентрация бренди и чая была уже строго противоположна первоначальной, ничуть её не смущало, — Уталак сделает из наших шкур коврики! Я буду лежать перед кухней, ты — в казармах, а Гельда — перед входом в…
— Да умолкни же ты! — сердито выдохнул Армир, стоявший около окна и прижавший руки к вискам, — я никак не могу сосредоточиться…
— Ты уже час не можешь сосредоточиться! — горько рассмеялась Агния, залпом выпивая содержимое своей кружки, — бесполезно, Цвета не желают нам помогать. Предлагаю сразу пойти на живодёрню. Там нас, по крайней мере, умертвят быстро.
— Да ну прекрати, — прикрикнула Гельда, меряя шагами холл гостиницы и поглаживая волосы, тоже пытаясь ментально выяснить хоть что-то, — Уталак не поступит так с нами.
— Да что вы вообще знаешь? — огрызнулась Агния, запустив в неё кружкой, — ты что, забыла,
Но в этот момент дверь гостиницы отворилась, и в неё вошёл орк в одежде члена торговой гильдии. А на руках у него…
— Принц Дитрих, — ахнули все четверо наставников. После чего несчастная Агния закатила глаза и позволила себе потерять сознание. Трое же других наставников бросились к Алдору.
— Принц Дитрих, куда же вы пропали? Мы так за вас волновались! — принялись увещевать его наставники, — вы же всегда были таким хорошим, умным, послушным мальчиком, почему же вы убежали?
Дитрих потупил глазки, ощущая недовольство. Всё же он был хоть и маленьким, но принцем и не терпел, когда ему публично выговаривали. Кроме того, наставникам он тоже не хотел рассказывать о причине своего бегства. У него было стойкое ощущение, что они ему просто не поверят. Поверили бы только мама с папой, так ему казалось. Ещё Олесия, потому что она очень любит своего братика и всегда ему верит. Аяри, конечно, высмеяла бы такое легкомыслие, но тоже, наверное, поверит. Ну и Лиала, может быть, видела это место в своих снах. Всё. Больше он никому бы не доверился.
— Ну да ладно, — продолжали щебетать наставники, протягивая к нему шесть рук, — слава Великому Белому, ты вернулся. Сейчас мы тебя отнесём наверх и…
— Не так быстро, — сказал Алдор, делая шаг назад, — я хочу поговорить с отцом этого дракончика.
— Это ещё зачем? — удивлённо и даже высокомерно спросила Гельда, порядком возмущённая тем, что ей не желают отдавать драгоценного воспитанника, но пока державшая себя в рамках, — если тебе нужны деньги, орк, — она снисходительно оглядела его одежду, — мы более чем в состоянии…
— Мне не нужно золото, — сквозь сжатые зубы процедил орк, оценивший всю тонкость этого оскорбления, — мне нужно поговорить с отцом этого малыша.
Гельда и Армир выпрямились. Шантири, до того хранивший молчание и неподвижность, поднялся со своего кресла и угрожающе шагнул вперёд. Даже Агния пришла в себя и одарила Алдора гневным взглядом. В их глазах полыхало негодование.
— Да будет тебе известно, — сказал Шантири, — отец этого малыша — сам Хозяин Сиреневого замка Уталак! Так по какому праву ты смеешь просить аудиенции у столь великого…
— Да скажите уж сразу, вы за свои шкуры дрожите, потому что когда он узнает… — ехидно начал орк фразу, которую даже не требовалось завершать. Гнев драконов его нисколько не испугал, хотя та же девушка-портье под своей стойкой уже прикидывала, какую из досок можно отодрать, чтобы скрыться под полом. У того, кому хотя бы однажды хватило воли противостоять драконьему Хозяину, обычные драконы уже никогда не вызовут страха.
— Да как ты смеешь, ничтожный, — взревел Армир, словно увеличиваясь в росте, — немедленно уходи отсюда, и тогда мы, быть может…
— Не смейте так с ним разговаривать! — яростно сказал принц Дитрих, про которого все уже успели забыть, — меня могли похитить плохие люди! А он меня спас! Не смейте так с ним говорить!
— А ты вообще молчи, негодник, — напустилась на него Гельда, — если бы ты не убежал…
— Да, конечно, валите всю вину на шестилетнего малыша, — язвительно заметил Алдор, — хороши наставники, нечего сказать.
Армир и Гельда заскрежетали зубами. Шантири, бывший самым молодым наставником и хуже всех владевший собой, уже недвусмысленно хрустел пальцами. Они были в тупиковом положении, которое выводило их из себя. Стоило им начать отчитывать Дитриха, как за него тут же вступался Алдор. Но едва они начинали ставить на место возомнившего о себе невесть что орка, как его тут же защищал Дитрих. Поняв, что переругиванием и угрозами они ничего не добьются, Армир и Гельда моментально успокоились и сказали:
— Ладно. Желаешь видеть Сиреневого Хозяина — увидишь. Только он очень не любит, когда его отвлекают по пустякам. И когда будешь пушечным ядром лететь обратно в Стигиан, не говори потом, что тебя не предупреждали.
— Это уже мои трудности, — невозмутимо сказал орк, тактично умолчав о том, что потерю своего сына Уталак едва ли будет считать пустяком. Это и так было очевидно. Да и он, по меркам обычного гражданина, и без того слишком много позволил себе сейчас. Стоит позволить драконам хоть как-то сохранить лицо.
— Прекрасно, — кивнула Агния, решившая тоже проявить активность, — сейчас мы все идём спать — нам нужен отдых. Завтра утром, в девять часов мы вылетаем обратно. Приходи сюда, и мы доставим на Сиреневый остров и тебя. А сейчас — не смеем задерживать, — ему безапелляционно указали на дверь, недвусмысленно давая понять, что лимит качания прав на сегодня исчерпан. Алдор кивнул, бережно опустил Дитриха на землю и покинул помещение…
Глава 7
К чести драконьих наставников следует сказать, что они не предприняли попытки улететь из Стигиана без орка, хотя тот опоздал почти на пятнадцать минут. Впрочем, выговаривать они ему не стали: были уверены, что Уталак сам разберётся с наглецом. Всё же они благоразумно отправили Уталаку сообщение через Мефамио о случившемся, чтобы глава Сиреневых заблаговременно спустил пар. Теперь он на них, конечно, покричит, может, даже побьёт, но зато на колбасу и коврики точно не пустит.
Драконята тут же окружили храброго и отважного, по словам Дитриха, орка и принялись наперебой ему рассказывать всё, что узнали о зелёных орках в зоопарке. Тот лишь кивал и снисходительно посмеивался, глядя на вездесущих, любопытных драконят.
Когда процессия вышла из города, Армир сказал:
— Значит, делимся так. Вы, — он кивнул Агнии, Гельде и Шантири, — забираете драконят. На Сиреневом острове ещё гостят драконы из других кланов, и потому Дитриху туда пока нельзя. Я же с этим орком направлюсь к Уталаку, коли он того так жаждет. Имей в виду, смертный, — он сурово посмотрел на орка, — ты первый за всю жизнь, кому я позволяю вот так садиться себе на спину. Так что только попробуй даже подумать обо мне плохо — сброшу в океан, и мне за это ничего не будет. Усёк?
Орк без единой эмоции на лице кивнул. Наставники, отойдя в сторону и разойдясь на приличное расстояния друг от друга, обхватили себя руками и перевоплотились в свои истинные облики. После чего рыжая Агния, светло-синяя Гельда и чёрный Шантири опустили крылья, позволяя драконятам забраться на себя, тёмно-лиловый же Армир опустился перед Алдором, позволяя сесть себе на спину. Минута — и четыре дракона взлетают в небо…