Дмитрий Янтарный – Острова Теневых Символов. Том 3 (страница 13)

— Преподать урок? — Ансильяш равнодушно взглянул на орка, который умоляюще на них смотрел, после чего коротко кивнул, — что ж, можно и преподать урок. Кали, дорогая, — Ансильяш махнул рукой в сторону Ванды, — от этого орка невероятно смердит, и мы все вынуждены были терпеть этот запах всю поездку. Ему стоит уяснить, что если уж он оказывает услуги — то следует соблюдать хоть какие-то стандарты чистоты. Окуни его несколько раз в воду.

— Да, хозяин, — бесстрастно ответила Ванда, взмахнув рукой. В следующий момент появившиеся чёрные лапы Красса схватили паромщика за лодыжки и, протащив его шагов на двадцать в сторону моря, чтобы хватало глубины, окунули его в воду. Подержав орка в таком положении 10 секунд, Ванда вытащила его на воздух. Бедолага брыкался, кашлял и отплёвывался, но Ванда дала ему, самое большее 3 секунды, после чего снова погрузила бедного орка в воду, держа его вверх тормашками.

— Достаточно? — бесстрастно спросила Ванда после того, как повторила эту процедуру 5 раз.

— Ещё, — невозмутимо ответил Ансильяш, бросив короткий взгляд на остальных стревлогов, что жадно наблюдали за этим наказанием, — необходимость поддерживать себя в опрятности перед заказчиками — такой же важный урок, как и умение отдавать долги. Пусть он его тоже хорошенько усвоит.

На седьмой раз орк почти не барахтался. На восьмой он уже даже перестал жалобно скулить. Когда Ванда вытащила его в девятый раз, бедолага уже даже не шевелился. Она вопросительно посмотрела на Ансильяша: даже отыгрывая хладнокровную и безжалостную исполнительницу, она всё же не могла сходу подвести живое существо к смертельной черте. По крайней мере, не за то, что этому идиоту было лень лишний раз помыться.

— Ещё давай, ещё, — подстегнул её Ундьяш, — не переживайте, пока этот кусок говна находится в сотне шагов от своего плота — он не может умереть, я это точно знаю. Ничего ему не будет. Давайте, давайте, давно я так не веселился!

— Думаю, достаточно. Наказание — это, конечно, важно, но и с ним не стоит усердствовать, — властно сказал Ансильяш, и Ванда с огромным облегчением перевернула паромщика в лапах, после чего начала сжимать его грудную клетку с двух сторон. Несколько секунд спустя орк закашлялся и исторг из себя воду, которой он нахлебался до этого. И уже после этого перетащила Ванда его на берег, усадив его на землю так, чтобы бедолага встал на колени точно перед Ундьяшем.

— Ну, вот это совсем другое дело, — весело заявил Ундьяш, потирая руки, — давненько я так не веселился. Эх, жаль, что моя верёвочка по другой части. Ладно. Ну что, дружок, боюсь, в таком состоянии обратно ты уже не поплывёшь. Так что оставайся на ночь тут. С учётом того, что ты теперь чистый, мы тебе даже постель выделим.

— Нет… не надо… пожалуйста… — орк развернулся и, плюхнувшись плашмя на песок, пополз к своему плоту, — я… поплыву домой… поплыву…

— Да куда ж ты поплывёшь, — снисходительно спросил Ундьяш, и даже в сумерках Сареф разглядел в его глазах жадное наслаждение, с которым тот смотрел на паромщика. Вероятно, этому стревлогу очень нравилось смотреть на чужие унижения. И хотя подобное издевательство было уже на грани даже по меркам злостного должника, Сареф вынужден был промолчать, — сам же через 5 минут свалишься со своего плота. К тому же темно, волны поднимаются… Оставайся тут. Не бойся, долг свой ты, так сказать, выплатил, никто ничего тебе не сделает…

— Нет… я… поплыву… правда… — орк так отчаянно полз по песку к своему плоту, словно перспектива остаться здесь на ночь пугала его даже больше, чем полсотни ударов розгами по спине.

— Ну нет, так дело не пойдёт, — сказал Ундьяш, появившиеся красные верёвки которого опутали несчастного паромщика и приподняли его на землёй, — раз уж ты оказался в таком положении — мы обязаны о тебе позаботиться. Тогда делаем так, — приказал он, — ты, — он ткнул на одного из стревлогов, — проводи наших гостей в ближайшую деревню и проследи, чтобы их там разместили с удобством. За это завтра на весь день тебе увольнительная. А мы с тобой, — он указал на другого стревлога, — должны со всем тщанием и старанием позаботиться о нашем госте.

— Вы же… не будете его больше бить? — не удержавшись, спросила Ванда.

— О, нет, дорогая Кали, бить мы его больше не будем, — повернувшись к ней и ослепительно улыбнувшись, сказал Ундьяш, — но… как бы это так сказать… полученную практическую часть уроков желательно закрепить теорией. Чтобы уроки уж точно не пропали зря. Так что, — он открыл дверь их довольно просторного домика и, направив в неё связанного скулящего орка, вошёл сам следом со вторым стревлогом.

— Следуйте за мной, — скомандовал младший страж, после чего зашагал вперёд. Сареф же, не удержавшись, бросил прощальный взгляд на сторожку. Конечно, можно было истолковать последние слова Ундьяша, будто бы орку всего лишь прочитают пару ночных лекций о том, как важно держать себя в чистоте, и как важно отдавать долги… но, откровенно говоря, он и сам почти в это не верил.

— Что поделать, хозяин, — заметил Хим, весь день дремавший в его разуме, — долги — дело такое. Их надо отдавать. Если в детстве этому не научили мама с папой — потом этому будут учить совсем иначе. Так что если ты хочешь сыграть в игру, в которой решил взять денег в долг, а потом не отдавать, что ж… Заходи — не бойся, выходи — не плачь.

Сареф поспешно направился за остальными. Прав сейчас был Хим или нет — большого значения не имело. Этот Остров диктовал им свои правила игры. И если они хотели его пройти — то вынуждены были продолжать играть…

Глава 1.9

Младший страж привёл их в небольшое селение, где местные жители уже разошлись по домам и готовились ко сну. Соответственно, и на улицах почти никого не было. Их привели к домику, который был пустым, и который, как пояснил младший страж, был отведён специально для гостей и путешественников, которые здесь проходили не так уж часто, чтобы ради них открывать целый постоялый двор, но всё же достаточно регулярно, чтобы всегда иметь под рукой подобное помещение. Хотя бы в единственном экземпляре.

Продуктов им любезно принесли соседи: узнав, что у них гость, несколько женщин, несмотря на поздний час, принесли им угощения — и Ансильяш горячо благодарил хозяек за такое радушие. Конечно, поначалу девушки-стревлоги, увидев такое количество гостей разных рас, не сильно обрадовались, но, услышав заверения Ансильяша, что это либо его друзья, либо слуги, постепенно успокоились. Хотя, можно было не сомневаться, что Ванда, которая в форме разносчицы выглядела просто оскорбительно соблазнительно, продолжала вызывать у них праведный гнев. Впрочем, наблюдая за тем, как эльфийка покорно обслуживает Ансильяша и остальных, и при этом искренне благодарит хозяек за то, что те накормили их хозяина, они понемногу остыли и разошлись по своим домам.

После ужина вся группа стала готовиться отходить ко сну. Кроме Сарефа, который, отыгрывая свою легенду, отправился на улицу, охранять их от незваных гостей. Всё равно в Ласковом Медоеде и он, и остальные успели хорошенько отдохнуть — и теперь даже если им и придётся не поспать пару ночей — ничего страшного не случится. Впрочем, здесь проблемы им не грозили: будучи уже опытным путешественником, он часто устраивал обеденные привалы на 2–3 часа, во время которых ночные дежурные досыпали свои недостающие часы. Так что и завтра, когда они отправятся дальше, во время привала он вздремнёт пару часов — и его верный хилереми, конечно, сделает всё, чтобы мозг его хозяина отдохнул максимально эффективно за этот срок.

Первые 2 часа всё было совершенно тихо и спокойно. А вот потом… Сареф даже не понял, что случилось. То ли он случайно услышал какой-то едва-едва уловимый шорох… то ли его вообще в голову толкнула интуиция, чтобы повернуться… но он увидел, как из какого-то отнорка, прямо у избы, где они ночевали, выбрался стревлог с тёмно-зелёной шкурой и большим мешком в руках. Мало того, вокруг него едва уловимо мерцало тёмное облако, скрывающее хозяина — и сейчас Сарефу помог только его клановый талант на ночное зрение.

Сареф соображал моментально. Силовое Поле, Тёмная Фаза, разрыв дистанции, затем Одержимость — и стревлог, не успев ни пикнуть, ни дёрнуться, парой лёгких касаний в уязвимые точки под горлом отправляется спать крепким и здоровым сном на несколько часов. После этого Сареф взял в руки мешок, что стревлог хотел утащить с собой… и когда он его открыл — то едва не уселся на задницу прямо там, где он и стоял.

Потому что в мешке находились: спата и пистолет Красса, цепной браслет Ансильяша, гарпун Амидала… проклятье, да даже тёмный клинок Ванды, который девушка не доставала со дня Состязаний — и тот оказался в мешке! Последним на дне обнаружился платок Нины Гайранос, вообще непонятно каким образом, очевидно, свистнутый у Орика.

После этого Сареф уже совсем другими глазами посмотрел на стревлога, который был одет в старые рваные штаны, и который сладко посапывал, лёжа на земле. У этого ящера были навыки воровства и скрытности просто экстра-класса. Раз уж он даже у Амидала подломил его собственный гарпун! Проклятье, да Амидал, как и Бреннер, начинал свою карьеру в Состязания с самых низов, из самой грязи, он должен был усвоить абсолютно все уроки улиц для того, чтобы банально выжить! Если кража у Красса, Ансильяша и Ванды была хоть как-то объяснима (хотя и эти трое не на помойке себя нашли), то Амидала, как искренне считал Сареф, было просто невозможно застать врасплох.