Дмитрий Янтарный – Начало (страница 4)
— Хорошо, нянюшка, я очень аккуратно, — пообещал мальчик, усаживаясь на излюбленный камушек на берегу, — а вы рассказывайте.
— Ну, хорошо, — сдалась нянюшка, — говорят, когда-то очень давно, когда ни тебя, ни даже меня ещё и на свете не было, люди жили, обладая бесконечными возможностями. Они могли за секунду отправить письмо на другой конец света — и через минуту получить ответ. Они могли за секунды нарисовать любую картинку и поделиться ею со всем миром. Они могли разговаривать с нужным человеком, находясь за тысячи миль от него. А потом случилась беда. Большая беда. Умные люди говорят, что называется она правильно Взрыв Пустоты, но никто не знает, почему так. И тогда пришла Система. Она не позволила беде уничтожить наш мир. Она не могла вернуть утерянных знаний, но зато подарила нам новые. А вместе с ними — и новые возможности. Вот раньше, например, никто не умел знать точно, сколько у него силы, ловкости или ума.
— Может, Интеллекта? — подсказал Сареф, плеская босыми ногами в воде.
— Ох, воробушек, да какая разница? — отмахнулась нянюшка, — как ум ни назови, умом от этого он быть не перестанет. А ещё Система позволяет нам гармонично развиваться. Вот, например, есть у человека склонность к рисованию. И Система будет предлагать ему такие таланты, чтобы он лучше рисовал. И тогда он будет так рисовать, что все будут только ахать от восторга.
— А что, если он не хочет рисовать, — спросил Сареф, — что, если человеку по душе заниматься чем-нибудь другим?
— Ну… если такие и находятся, они переучиваются, — ответила нянюшка, — но Система обычно не ошибается. Наоборот, Система — это аргумент, к которому почти всегда прислушиваются. Вот, например, есть у кузнеца сын. И отец, конечно же, захочет обучить сына своему ремеслу. А тот возьмёт и покажет отцу: папа, смотри, а вот Система предлагает мне таланты садовника. Или торговца. И тогда отец задумается: может быть, пусть лучше его сын станет хорошим торговцем или садовником, чем нерадивым кузнецом? Ну ладно, хватит плескаться, а то простынешь. Пойдём обратно.
— Да, — грустно ответил Сареф, — пойдёмте обратно, нянюшка.
— Что-то у тебя невесёлый вид, воробушек. Устал, небось, гулять-то?
— Да, нянюшка, устал немножко.
— Ну да что с тобой делать, — снова вздохнула женщина, — иди ко мне, на руках тебя понесу.
Безо всяких усилий подхватив мальчишку на руки, она забросила его башмачки себе в карман серенького платья и направилась обратно к поместью, окна которого сверкали в лучах заходящего солнца.
— Нянюшка, а вам не тяжело меня нести? — с беспокойством спросил Сареф.
— Нет, мой хороший, — нянюшка улыбнулась и чмокнула мальчика в нос, — у меня же талант от Системы. Стальные руки. Почти все слуги всегда его берут. Таскать-то много чего всегда по замку надо. Чистое бельё, еду, мусор выносить. И талант у меня серебряного качества, между прочим, — похвалилась она, — и до золотого осталось совсем немножко, потом умение можно будет в архиве закрепить.
— А качество — это как? — спросил Сареф.
— Ну… как бы объяснить. В общем, чем больше ты талантом пользуешься, тем выше шанс, что однажды Система предложит тебе его улучшить. Вот, например, Стальные руки бронзового качества немного увеличивают переносимый вес и уменьшают расход выносливости. И чем выше качество таланта, тем больше он усиливает владельца.
— Нянюшка, — тихо сказал мальчик, — а… а вы можете показать мне, сколько у вас силы, ловкости?
— Ишь, ты, какой хитренький, — улыбнулась Мимси, подмигнув ему зелёными глазами, — нет, мальчик, такое кому попало не показывают. Так что и я не буду, уж не серчай.
— Ну, пожалуйста, нянюшка, — совсем тихо сказал Сареф, — просто очень хочется посмотреть, как оно бывает… когда нормально.
От таких слов Мимси так и застыла истуканом. Разумеется, она знала о беде Сарефа и горячо желала, чтобы однажды Система позволила мальчику залатать эту дыру. Но услышать от Сарефа подобное в таком возрасте…
— Эх, мальчишка, быть тебе языканом, — усмехнулась Мимси, — и пяти лет не стукнуло, а уже любого взрослого на что угодно уболтаешь.
С этими словами Мимси вызвала окно системы. Сареф, порадовавшийся, что уже знает и буквы, и десятичные дроби, увидел следующее:
— А что это за третичные таланты? Что они означают? — поинтересовался Сареф.
— А это я тебе расскажу, если ты пообещаешь никому ничего не говорить. Даёшь слово? — спросила Мимси.
— Да, нянюшка, я обещаю, — заверил мальчик.
— Это — особенные параметры. Их ещё называют Параметры Полуторного Совершеннолетия. Как известно, в наших кланах есть два возраста совершеннолетия: 15 и 20 лет. В эти даты Система даёт благословления, которые очень сильно будут влиять на всю твою жизнь. Но есть между ними и полуторное совершеннолетие, когда тебе исполняется 18 лет. В этот день ты можешь сам себе придумать таланты, пользуясь особыми правилами. Вот и я себе придумала. Дела поважнее — очень хороший талант для меня. Потому что с ним взрослые почти не обращают на меня внимания. А если и обращают, то у них всегда в этот момент находятся дела поважнее, и меня лишний раз не дёргают. В медицинских целях… Ну, Сареф, ты всё равно скоро узнаешь, что многие слуги любят выпить… скажем так, крепких напитков. А для здоровья это не шибко хорошо. Так вот с таким талантом до определённого предела крепкие напитки для меня будут даже полезны.
— А за руку не поймать что означает? — поинтересовался Сареф.
— Ну… это… ну, — замялась нянюшка, — в общем, когда ты идёшь по городу в свой выходной, гуляешь, отдыхаешь… Бывает такое, что к тебе пристанет какой-нибудь мужик пьяный. За руки хватать будет, целоваться полезет, мерзости всякие предлагать. Вот, чтобы от такого отцепиться было проще, и есть талант За руку не поймать. Ну а если и этого не хватит — на худой конец, есть умение Стальные руки. Или ещё каким-нибудь умением воспользоваться.
— А какие ещё у вас есть умения? — поинтересовался Сареф.
— Нууу, это ты уже, воробушек, клюв раскрыл будь здоров, — рассмеялась нянюшка, — нет, такое никому никогда не показывают. И ты, когда будешь взрослым, заруби себе на носу: умений своих и талантов лишний раз никому не показывай. Чем меньше о тебе знают — тем лучше для тебя. Я хоть и старая, глупая нянька, но жизнь прожила и кое-что, да понимаю. И да, мой мальчик, — уже тише сказала она, пересекая ворота поместья, — помни, что ты обещал никому ничего не говорить.
— Я помню, нянюшка Мимси, — серьёзно кивнул Сареф, спускаясь с рук и натягивая протянутые башмачки, — я запомню ваши слова. И я никому ничего не расскажу.
Глава 3
— Тётенька Мирта, а расскажите ещё что-нибудь интересное, — попросил маленький Сареф, прокравшийся на кухню. Повариха Мирта, взглянув на обустроенный угол, где любил лежать, свернувшись калачиком, мальчишка, улыбнулась.
— Ах, Сареф, ну что я тебе ещё могу рассказать, — сказала она, сноровисто работая скалкой по тесту.
— Да про Систему конечно, — сказал мальчик, — она ведь такая непонятная… и такая интересная. Про неё столько всего знать надо. Вот, например, что такое клановое усиление, о котором все постоянно говорят?
— Это благословление, которое получают все жители, находящиеся на территории данного клана. Вот, например, в клане Мэндрейк, откуда мы с сестрой родом, у людей быстро заживают раны. А если какое-то время не есть мяса — то здоровье восстанавливается ещё быстрее. И, как уроженки этой земли, мы будем обладать этой способностью, где бы ни оказались. Мимси, кстати, этим отлично пользуется: она не любит мяса. А я мясо уж очень люблю, так что у меня это свойство не всегда хорошо работает. А вот в клане Джеминид это — улучшенное зрение. Людей этого клана труднее ослепить, и они лучше видят по ночам.
— Так это получается, что Мимси — ваша сестра? — удивился Сареф, уже прикарманивший из радиуса доступности сладкий бублик и увлечённо им хрустевший.
— Да. Хотя непохожи, правда? — снова улыбнулась Мирта, — у неё кожа смуглая, и роста она невысокого. А у меня кожа белая, и ростом я повыше. Но у нас обеих чёрные волосы и зелёные глаза. От мамы, — с нежностью добавила повариха.
— А где ваша мама жила? Её там не обижали?
— Да там же, на землях клана Мэндрейк. А насчёт обижали… хороший же вопрос ты задал, мальчик мой. Чуйка у тебя огого, войдёшь в свой пик силы — ещё всему Севроганду дашь фунт лиха понюхать, ох, чувствую… Верно, ведь клан Мэндрейк находится аккурат на границе Каганата Пустынных орков. И они знай себе лезут и лезут на нашу территорию. Вот и до поселения, где моя мать жила, добрались. Всех там убили. Только моя мать и ещё две женщины спаслись.
— И как же они спаслись? — затаив дыхание, спросил Сареф.
— А в этом и весь секрет, — горько улыбнулась Мирта, подходя к печи, из которой пахнуло жареной корочкой, и вытаскивая очередной кругляш хлеба, — в том, что моя мать и женщины были беременны. А Система очень жестоко карает тех, кто осмеливается причинить вред беременным. Начиная от огромных штрафов к характеристикам и заканчивая вето на перерождение после смерти. А орки очень, очень гордятся своими силой и ловкостью. Ради лишней капли параметра мать родную не пожалеют. А тем, кто беременным помогает, Система, наоборот, благоволит. Вот орки и сопроводили мою мать и ещё двоих женщин до ближайшего города. Близко, конечно, подходить не стали, последние пару миль шли своим ходом… Так вот и спаслись.