Дмитрий Янтарный – Круг Состязаний (страница 3)

— Ну, хорошо, дядя Исмарк, а у вас как дела? — мягко обратился Сареф к своему правому собеседнику, — вы уже нашли себе новую гагарочку? А то, помнится, одно время искали.

Сразу после этих слов раздался звон. Исмарк, державший в руках бокал с вином, сдавил его с такой силой, что тот лопнул у него в руке. Во все стороны брызнуло вино и осколки стекла. Впрочем, уже через секунду в обеденной появился Геом, по щелчку стеклянных пальцев которого исчезли и осколки, и пролитое вино.

— Слушай, мальчишка, — сдавленно прохрипел Исмарк, — я уже знаю, что ты меня ненавидишь и считаешь своим врагом! Так вот ненавидь меня, сколько угодно, и оскорбляй, как хочешь, но не смей, не смей тревожить память моей погибшей жены!

— Но почему? — безжалостно продолжал Сареф, хотя теперь в нём разгорелось вполне естественное любопытство, — если я ничего не путаю — прошло уже 23 года. Неужели вам не приходило в голову… ну там, я не знаю… жить дальше?

Этот вопрос вызвал совершенно неожиданную реакцию. Адейро, которого Сареф парой фраз успел довести до белого каления, тяжело вздохнул. Словно бы он уже не один раз разговаривал об этом со своим братом. Аола тоже удивлённо посмотрела на Сарефа, словно никак не ожидала, что её сын, чего греха таить, всё своё детство зацикленный исключительно на себе и своих комплексах, научится смотреть так глубоко. Исмарк же впервые посмотрел на Сарефа без гнева и ярости… после чего виновато посмотрел на свою дочь, которая как раз не сводила с Сарефа злобного взгляда.

— А, — догадался Сареф, уловив ненавистный взгляд сестры, — конечно, Джайна обязательно посчитала бы это предательством с вашей стороны по отношению к её матери. Ну что ж, вы сами воспитали её эгоисткой.

— Замолчи! — Исмарк стукнул по столу кулаком, — что ты можешь об этом знать! Ты в таких вещах ничего не понимаешь!

— Да неужели? — хмыкнул Сареф, — мне вот, например, прекрасно известно, что мои мама и папа друг друга давно уже не любят и, скорее всего, уже очень долгое время не спят в одной постели. И, знаете, мне на это как-то плевать. Ну, жизнь так повернулась.

— Да потому, что ты их просто не любишь! — гневно выкрикнула Джайна, — если бы ты их любил — тебе бы ох как было до этого дело!

— Можно подумать, ты так уж сильно любишь своего отца, — ехидно ответил Сареф, — если бы ты его любила — то поняла бы его желание попробовать сблизиться с другой женщиной. Но нет, в твоём понимании он должен пожизненно носить траур по твоей матери. Знаете, Исмарк, — он снова повернулся к нему, — у меня теперь на вас даже злиться на получается за то, что вы меня в детстве избили. Если бы мне пришлось всю жизнь воспитывать избалованного и эгоистичного ребёнка без возможности пожить для себя — у меня бы точно так же крыша поехала.

— Сареф, хватит! — устало приказал Адейро, — да, наша с тобой нынешняя ситуация… для тебя несколько неприятна, признаю. Но это не повод плевать во всех подряд, в конце концов! Можешь ты хоть кому-то сказать хоть что-нибудь хорошее?

— Конечно, дядя, — Сареф снова злорадно усмехнулся, после чего повернулся к Мессу, — папочка, прости меня, пожалуйста, за то, что я так плохо к тебе относился.

Месс, который всё это время вяло ковырялся в своей тарелке, от удивления выронил вилку из рук. Потом посмотрел на Сарефа так, словно перед ним вместо него появился Мёртвый Король воров.

— Это ты… мне? — упавшим голосом спросил он.

— Да, — кивнул Сареф, — я просто не знал, что в прошлом клан Айон тоже отнял у тебя все твои уникальные способности и оставил доживать свой век калекой без смысла в жизни. Я просто не хотел, чтобы Адейро так же продал меня драконам, поэтому я и сбежал из клана…

— Хватит! Хватит! — Адейро окончательно рассвирепел, — Сареф, немедленно марш к себе в комнату!

— Как скажете, дядя, — ответил Сареф, мстительно улыбаясь и поднимаясь из-за стола, — знаете, мне понравился этот совместный ужин. Так что обязательно приглашайте ещё.

Покидая обеденную, Сареф чувствовал, что этот ужин он провёл не зря. Он посеял сомнения в Исмарке, главном помощнике Адейро, он снова пнул Джайну, при этом не позволив себе в её адрес ни единого оскорбления, он парой слов вернул в игру Месса. Конечно, на его отцовские чувства он большой ставки не делал, но теперь Месс если не поможет ему, то, по крайней мере, не станет мешать, когда придёт время действовать. Оставалась только Аола… которая продолжала хранить молчание, и Сареф мог только догадываться, на чьей она сейчас стороне. И всё же уже даже сейчас Адейро ярко продемонстрировал, что находится в очень уязвимой позиции. И удержание Сарефа силой — это единственное преимущество, которым он сейчас владеет. А это значит, что надо запастись терпением и ждать. И тогда обязательно представится случай, когда всё это можно будет изменить…

Глава 1.3

Глава 3.

С того самого момента, когда Сареф вошёл в этот проклятый дом, Бреннер не сводил глаз с двери, которая уж слишком быстро за ним захлопнулась. Ему эта история не понравилась с самого начала, и, будь его хозяин в обычном состоянии, он бы ни за что его туда не пустил. Но теперь… Бреннер слишком хорошо понимал, что испытал Сареф в тот момент, когда взял в руки это проклятое кольцо. Он сам неоднократно испытывал это чувство, когда пытался отрастить себе язык самыми разными способами. И если уж даже Ледяной Бивень, монстр, с которым они минуту назад дрались не на жизнь, а на смерть, начал приводить его хозяина в чувство посредством окунания в ледяную воду… значит, там всё было очень плохо.

В этот момент ему было настолько жаль Сарефа, что… Бреннер запрещал себе об этом думать, но впервые ему после этого захотелось утешить Сарефа… как сына, которого у него никогда не было. Ведь его хозяин, чего греха таить, вложил в этот поход всё! Он собрал самую лучшую, умелую и преданную команду. Он пообещал им самую богатую добычу, такую, какую тебе не предложат больше нигде и никогда. Он ради их спасения даже не постеснялся попросить помощи у этой гормонально озабоченной акулы. Хотя один её только вид приводил Бреннера в бешенство. И после всего этого для Сарефа не получить желаемое было настолько опустошительным ударом, что было удивительно, как он нашёл в себе силы подняться на ноги и идти дальше.

Но теперь Бреннер со всевозрастающим беспокойством смотрел на дверь этого проклятого поместья. Он чувствовал, что что-то неладно, что-то не так, но его хозяин не подавал никаких сигналов, и Бреннер вынужден был бездействовать. Впрочем, уже через полчаса дверь открылась. И судя по тому, что вышел из неё не кто иной, как сам глава клана Уайтхолл Виктор Медведь, Бреннер догадался: Сарефа предали. Бреннер поспешно использовал свою способность смещения в тенях, чтобы убраться из поля зрения, потому что ему казалось, что Уайтхолл высматривает именно его.

Что ж, значит, сомнений не оставалось. Если Уайтхолл его ищет, значит, он знает, кого надо искать. Следовательно, ему рассказали, кого надо искать. Значит, Лина не просто попала в ловушку вместе с Сарефом — Лина устроила ему эту ловушку и привела его туда. И когда Бреннер на всех порах мчался обратно в эту проклятую таверну, чтобы как можно скорее увести отсюда хотя бы Джаспера и Янику, он дал себе слово, что когда встретит эту рыжую суку в следующий раз — она очень сильно пожалеет о своём предательстве.

Но, даже ненавидя её всей душой, Бреннер не мог не признать за ней качества очень одарённой лгуньи. Сначала она якобы случайно им встретилась на территории целого клана. Потом так же, якобы случайно у неё сорвался собственный поход, и она невероятно удачно вписалась в группу Сарефа, в которой так не хватало бойца на первую позицию. И она даже пошла в этот чёртов поход, где изо всех сил старалась и доказывала, что от неё есть польза. Как же тонко она играла и как много рисковала, чтобы втереться в доверие. Что ж… у неё это получилось. И однажды она очень горько об этом пожалеет.

Наконец, перед ним оказалась злосчастная таверна. Ворвавшись внутрь, гном с облегчением увидел, что Джаспер и Яника ещё здесь. Хотя после того, как на них, считай, открыл охоту лично Виктор Уайтхолл, он уже ожидал чего угодно. Те, увидев запыхавшегося гнома, взволнованно встали.

— Бреннер, что случилось? — испуганно спросила Яника, — и где Са…

— Значит, так! — тихо рыкнул гном, — быстро, быстро собрали все свои манатки — и за мной! Все вопросы потом!

И, не успели те опомниться, как гном уже подскочил к трактирщику.

— Мне и моим друзьям надо отсюда убраться. Срочно и как можно более безопасно! — тихо заявил он полному лысому мужичку в коричневом фартуке.

— У вас есть поручительство? — невозмутимо спросил тот. Бреннер вытащил из потайного кармашка в куртке знак Теневого Символа, который на прощание подарил ему эльф Эрминг в благодарность за свою спасённую жизнь. Гном в своё время не стал ничего говорить Сарефу про этот знак, потому что искренне был уверен, что его хозяину лучше держаться от этой кухни как можно дальше. А отказываться брать эту вещь было чревато оскорблением такого уровня, за которое тёмный эльф мог прирезать на месте. Но вот… кто ж знал, что она пригодится так скоро.

— Ага, значит, друзья, — так же невозмутимо кивнул трактирщик, — идите за мной.