Дмитрий Янтарный – Круг Состязаний (страница 2)

— Мы пришли, юный господин, — вывел его из транса стеклянный голос Геома, — я могу что-нибудь ещё сделать?

— Да. Ты можешь катиться отсюда по своим делам, — любезно ответил ему Сареф.

— Я не могу выполнить это пожелание. Мне дан отдельный приказ приглядывать за молодым господином, — равнодушно ответил Геом.

— В таком случае — скройся с моих глаз и сделай вид, что тебя тут нет. Ты меня раздражаешь.

Сразу после этих слов Геом растаял в воздухе. Но ощущение того, что за ним наблюдают, разумеется, никуда не исчезло. Хмыкнув, Сареф толкнул дверь и вошёл в свою комнату.

Казалось, здесь ничего не изменилось. Всё было точно так же, как и тогда, когда он уходил отсюда навсегда. Впрочем, с учётом того, что здесь было так же чисто и прибрано, наверное, комнату всё-таки регулярно убирали.

Сареф прямо в обуви завалился на свою постель и, закинув руки за голову, усмехнулся про себя. Итак, он снова здесь. Но для него это ровным счётом ничего не значило. Он сумеет вырваться отсюда так же, как он однажды это уже сделал. И он уже знал, что ему предстояло делать. Каждый раз, когда Адейро попытается к нему подступиться — он будет доводить его до белого каления. Он не даст ему ни единого шанса, ни одной лишней минуты обдумать свою тактику и своё поведение. И тогда Адейро ошибётся, обязательно ошибётся. И вот тогда — Сареф будет готов. И тогда Адейро заплатит ему… за всё…

Глава 1.2

Глава 2.

Подумав, Сареф решил вздремнуть пару часов. Сейчас ему важно, как никогда поддерживать в себе запас сил. Если Адейро вздумает взять его измором — у него ничего не получится. В своих протестах Сареф совершенно не собирался устраивать такие откровенно детские виды протеста, как отказ от еды или сна. Нет, Сареф научился делать больно куда более изощрёнными способами. И Адейро ещё не раз предстояло в этом убедиться.

В тот момент, когда Сареф уже проснулся, но ещё пребывал в приятной полудрёме, в которой очень приятно мечтать о всяком, его вывел из транса голос Геома.

— Хозяин Адейро требует от молодого господина спуститься на ужин. Отказ не принимается. Если будет нужно — вас доставят туда силой.

Сареф хмыкнул про себя. Да ему даже и в голову не пришло бы отказываться. И всё же как показательна эта спешка Адейро! После того, как он заявил ему, что готов подождать пару дней, глава уже через несколько часов заставляет его спускаться на ужин. Почти наверняка — на общий ужин, где будут и Исмарк со своей дочерью, и его мать с отцом. Зачем — достаточно очевидно: Адейро необходимо показать остальным членам семьи Сарефа, показать, что он его поймал, он здесь, и потому ситуация под контролем. Ведь не исключено, что и остальные члены клана… замечали, что с репутацией Джеминид в последнее время не всё ладно, и наверняка задавали Адейро неудобные вопросы. Вот только на что Адейро рассчитывает — оставалось непонятно. От отчаяния, которое Сареф испытывал в первые минуты после того, как сюда попал, не осталось и следа. Даже злость на Лину и её предательство отсутствовало, словно бы всю злость он выплеснул вместе с тем проклятием. Напротив, он буквально светился каким-то тёмным, мрачным воодушевлением, даже предвкушением. Ведь теперь ему выпадает возможность безнаказанно лягать Адейро, да так, как он себе и представить не мог. Да его дядя — глупец, если думает, что любимый племянник не воспользуется открывшимися возможностями.

Внезапно Сареф понял, что он уже очень давно не слышал своего хранителя.

— Хим? — позвал он демонёнка. Но тот не откликнулся. Сареф забеспокоился. Обычно Хим всегда отвлекался, когда его звали.

— Хим! — ещё более настойчиво позвал он, — членов клана Айон больше нет, можешь выходить!

Но и теперь ответа от хилереми не последовало. Сареф уже запаниковал. Ну не мог же член клана Айон одним только взглядом выжечь из него Хима? Или… мог? Хим ведь сам признавался Сарефу, что он слишком маленький. И могло статься так, что встречи с взрослым драконом он просто не пережил. Но как это узнать наверняка?

Впрочем, паника не помешала Сарефу быстро найти возможность это проверить. Открыв Системное Окно, он нашёл информацию о своих психических чертах и ещё раз её перечитал. Нет, параметры оставались те же. От Бешенства — 20 % урона за 7,5 % точности и стоимости умений. От Обречённого одиночества — 20 % уклонения за 5 % урона. Значит, Хим остался с ним, и он точно жив. Просто, возможно, или без сознания, или слишком глубоко спрятался. И, откровенно говоря, Сареф не мог его в этом винить. Драться в том месте было невозможно после того, как Виктор Уайтхолл заявил, что здесь находится клановый тотем. А позволить дракону так просто себя убить было бы глупо. Живой Хим, в конце концов, намного полезнее мёртвого.

В любом случае Сареф сейчас мало что мог с этим поделать. Значит, ему оставалось ждать, когда хилереми сам даст о себе знать.

За всеми этими мыслями он не заметил, как пришёл к тем самым дверям, за которыми была обеденная клана. И там уже наверняка собрались все, кроме него. С мрачным предвкушением Сареф ухмыльнулся про себя. Что ж, если дядя хочет с ним сыграть — Сареф сыграет. Ни один игрок не уйдёт обиженным.

Когда двери открылись, обеденная зала предстала перед ним такой же, какой она была всегда. Правда, одно значительное отличие присутствовало. Рассадка всегда шла в таком порядке: во главе стола, разумеется, сидел Адейро, по правую руку от него всегда сидел Исмарк, по левую — Озмунд. Рядом с Исмарком сидела Джайна, рядом с Озмундом — Месс. И в самых дальних от Адейро местах сидели Аола и Сареф. Теперь же всё было не так. Озмунд сидел напротив Адейро — это было очевидно, дядя наверняка разочарован его поражением во Всесистемных Состязаниях, особенно с учётом того, сколько в него было вложено ресурсов. Рядом с ним сидела и Джайна, которая тоже сейчас явно не пользовалась благосклонностью главы клана Джеминид. Месс остался на своём месте, а вот Аола сидела по левую руку от Адейро. Кроме того, место по правую руку от Адейро оставалось свободным. И глава клана взглядом указал на него вошедшему Сарефу. Это означало, что ему предстоит сидеть между Исмарком и Адейро.

Мимоходом Сареф признал, что это был совсем неплохой ход. Лет в пятнадцать, когда отношение к Сарефу круто поменялось, место по правую руку от главы клана купило бы его с потрохами. Но сейчас он знал, ради чего всё это затеяно, и не собирался испытывать по этому поводу иллюзий.

— Ты бы хоть переоделся после дороги, — мягко попенял ему Адейро, — неужели на ужин не нашлось ничего лучше этой пыльной куртки?

— Все тряпки в моей комнате зачарованы на сговорчивость, — нежно ответил Сареф, — приятно, что вы сделали должные выводы после нашей последней встречи — но вы, действительно, думали, что я ничего не замечу?

Сареф ляпнул это чисто наугад, чтобы позлить дядю. Ведь, как известно, чем более тупое и бестолковое обвинение, тем большее оно вызывает раздражение. Особенно у таких лишённых чувства юмора людей, как Адейро. Однако, к его огромному удивлению, дядя смущённо замолчал и не стал ничего отвечать. Да и Исмарк с Озмундом посмотрели на Сарефа так, как до того не смотрели никогда. Впервые в их взгляде проступило истинное опасение.

Неловкое молчание длилось минут пятнадцать, в течение которых Сареф послушно съел всё, что ему положили в тарелку. Нехотя он вынужден был признать, что после постоялых дворов… разной степени качества, еда с кланового стола была особенно вкусной. Но не стоило обманываться. За эту вкусную и сытную кормушку всегда приходится дорого платить.

— Ну что, — начал, наконец, разговор Сареф, поняв, что остальные будут молчать, потому что боятся либо его, либо Адейро, — может быть, вы расскажете, какие в клане новости, раз уж я здесь? То, что Адейро всё это время прыгал перед драконами на задних лапках, я, в принципе, и сам догадался. А чем занимались осталь…

— Сареф! — Адейро стукнул кулаком по столу, — ты слишком много себе позволяешь, следи за языком!

— А что, это неправда? — деланно удивился Сареф, — а до меня вот дошли слухи, что делегация клана Айон приезжала сюда в день моего рождения. Понятия не имею, зачем им понадобилось приезжать сюда именно в этот день, но визитом они, насколько мне известно, остались не очень довольны.

Адейро заскрежетал зубами с такой силой, что Сареф искренне удивился тому, как он не стёр их себе в порошок. Кроме того, судя по его выражению лица, он мучительно пытался просчитать, от кого Сарефу удалось заполучить эту информацию. Но до правды ему докопаться не суждено. Жанин будет молчать, он позаботился об этом.

Мельком Сареф бросил взгляд на Аолу… и оторопел. Та была невероятно довольна и, попивая вино из своего кубка, чему-то улыбалась. Неужели… ей это нравится? Неужели ей доставляет удовольствие мысль, что следующие несколько недель Сареф будет возить Адейро мордой по столу, и тот ничего не сможет с этим поделать? Неужели, несмотря на то, что Адейро заставлял её всё время держаться подальше от Сарефа, она видит, как вырос её сын и… гордится им.

Но нельзя на этом слишком зацикливаться. То, что Адейро посадил её рядом с собой, ясно говорило о том, что он будет пытаться давить на Сарефа через неё. И если он хоть чем-то покажет, что ему важно её мнение — дядя непременно это использует против него.