Дмитрий Янтарный – Клан Дракона: Вступление (страница 25)

Не удержавшись, я фыркнул. Об этом даже не надо было догадываться. Крайне сомнительно, чтобы дракон полторы тысячи лет подавлял в себе естественные инстинкты. Впрочем, с другой стороны, кто этих драконов знает. Чем больше о драконах узнаю — тем больше вопросов появляется.

Следующей я ожидал увидеть Ариадну, однако сначала в небо взмыл апельсиновый Хольдвиг, потом шоколадный Вонгитор. Уже потом в небо взмыла красавица Ариадна, и теперь они все впятером летали над площадкой, своими рыками подбадривая оставшуюся Меридию. Очень знаменателен был и этот момент. Значит, Хольдвиг старше не то, что Меридии — даже Ариадны. Казалось бы, он не меньше неё должен понимать всю важность такого шага, должен осознавать все те трудности, которые пришлось преодолеть его отцу ради успешности этого союза, но нет, всё, на что его хватило — это ведро с помоями над головой принца, прибывшего из чужой страны.

Меридия, оставшаяся на земле в одиночестве, очень долго, минуты три никак не могла решиться, тяжело дыша и обхватывая себя руками всё сильнее и сильнее. И вот, она открыла глаза… и с удивительной точностью посмотрела прямо на меня. Ее взгляд почти обжигал, и каким-то образом я уловил эхо её эмоций. Там были и страх, и возбуждение перед очередной попыткой, и желание оправдать надежды семейства, которое в полном составе (не считая Кардела) сейчас летали в небесах и громогласными рыками пытались её подбодрить. И вот она падает…

Меньше, чем за мгновение, принцесса оборачивается изумительной серебристой драконицей, и с усилием, словно борясь с чем-то, медленно, но верно поднимается вверх. Ещё десяток метров… ещё… кажется, она задыхается. И явно не знает, что делать дальше: судя по тому, как она растерянно и не в такт махала крыльями, до того ей не удавалось подняться так высоко. Внезапно мне очень, изо всех сил захотелось, чтобы у неё получилось. И тут она снова посмотрела на меня… её радужка, кажется, состояла из чистого золота… и в этот момент во мне снова вспыхнуло тепло, которое я испытал, когда взял в руки янтарь. Но длилось эта странная связь каких-то две секунды, после чего я почувствовал себя опустошённым и в непонимании откинулся назад, тяжело дыша… Меридия же, победно взревев, в считанные секунды взмыла в небо и на радостях сделала три полных круга вокруг своего отца. Остальные драконы ответили ей радостным рёвом, приветствуя юную покорительницу небес.

— Интересно, каково это, — тихонько сказал я про себя, пока Трелона радостно подпрыгивала и хлопала в ладоши.

— Поверь, Дитрих, незабываемо, — Карнекир, не скрывая слёз, с огромной радостью смотрел на Меридию.

— Тебя тоже так встречали, когда тебе впервые удалось подняться? — спросил я.

— Конечно. Все драконьи семейства так делают. Моё не исключение.

— Правда? А где же тогда твои…

— Погибли, и уже очень давно, — равнодушно ответил тот, не отрывая от Меридии радостного взгляда

— Ох, — вырвалось у меня, — прости, я не знал…

— Ничего страшного, — ответил седоволосый парень, — я уже давно смирился. Давай не будет портить такой чудесный день грустными воспоминаниями из давнего прошлого. Пойдём лучше поздравим её.

Драконы, в самом деле, уже снижались, нарезая круги над площадкой. К ним присоединился ещё один чёрный дракон, по размерам представляющий из себя приблизительно треть Мизраела и радостно круживший вокруг Меридии.

— Это господин Киртулик в своей истинной ипостаси, — пояснил Карнекир, когда мы спускались с трибун по каменным ступеням, — он ведь тоже её тренировал, и, конечно, очень рад её успеху.

Когда мы спустились — Трелона радостно семенила за нами — все драконы уже приняли свои человеческим облики. Они радостно обнимали Меридию и поздравляли её.

— И как вам зрелище? — с улыбкой спросил Мизраел, когда мы, наконец, приблизились.

— Это действительно было незабываемо, — восхищённо ответил я, — и уж тем более понимаю, почему людям такое, в общем-то, смотреть противопоказано. Поневоле ощущаешь себя…

И опять… опять я угодил в собственную лингвистическую ловушку. Да сколько можно тыкать их носом в этот факт? Они тебе показали не просто полёт — ты увидел едва ли не сокровенное, увидел, как встаёт на крыло член семьи. Так неужели ты не извернешься из этой ловушки? Внезапно во мне вспыхнуло аметистовое тепло, и ответ пришёл сам собой.

— …Таким незначительным, — с улыбкой продолжил я, — особенно вы, Мизраел, вы такой большой, такой сильный, такой… красивый… рядом с вами кто угодно почувствует себя сопливым мальчишкой, впервые увидевшим рыцаря в полном облачении доспехов верхом на коне.

— Да будет вам, принц, — притворно смутился Мизраел, впрочем, моя похвала ему явно польстила. Кажется, пронесло, хотя Карнелла, не изменяя своим привычкам, цепко зыркала на меня.

— И я очень рад за вас, принцесса, — с лёгким поклоном я обратился к Меридии, — Карнекир рассказал мне, что это был за ритуал; примите мои поздравления. Я… болел за то, чтобы у вас получилось.

Несколько секунд все молчали. Кажется, от смущения я порозовел. Однако, что удивительно, вслед за мной смутилась и принцесса. После чего, кивнув, ответила:

— Спасибо, Дитрих. Я тоже этому очень рада, — и это, наверное, был первый раз, когда она заговорила со мной без злобы и раздражения в голосе.

— Что ж, замечательно, — хлопнул в ладоши Мизраел, — по такому случаю сегодня на ужин приготовят нечто особенное. Дитрих, надеюсь, вы не прочь составить нам компанию, — подмигнул он мне, — мы ведь, в самом деле, все желаем узнать вас поближе, а одних только обедов для этого явно недостаточно, вы не находите?

— Конечно, ваше величество, — снова поклонился я, — можете не сомневаться: я туда приду.

— Прекрасно. Ну а теперь, если ни у кого не осталось никаких дел, все могут быть…

Но в этот момент господин Киртулик очень выразительно покашлял. Его покашливание можно было сделать наглядным пособием для условного знака: «А вы ничего важного не забыли?»

— Ах да, — Мизраел смущённо поджал губы, — есть ещё одно небольшое дело. Господин Киртулик желал бы… в общем… я, разумеется, считаю, что Карнекира для этих целей более, чем…

— Достаточно, ваше величество, дальше я сам. Вы пока можете посидеть вон там, — властно махнул рукой начальник стражи, и всё семейство покорно направилось в указанном им направлении. К моему удивлению, вместе с ними направился и Карнекир.

— Дело, собственно, господин принц, вот в чём, — сказал мастер Киртулик, — так уж сложилось, что я отвечаю за безопасность всех жителей этого замка. А, коль скоро вы вот-вот станете полноценным членом королевской семьи, то и за вашу тоже. Я практикую метод ненавязчивой охраны: при этом каждому уделяется столько внимания, сколько ему нужно, и не более того, дабы не вызывать чувство отягощения. Спокойная и размеренная жизнь у нас только сейчас, Дитрих, пока идёт период от дня летнего солнцестояния до дня осеннего равноденствия. В остальной промежуток времени здесь бывает очень, очень много гостей, и не всегда, к сожалению, — в этот момент он злобно сверкнул глазами, — мы в силах раскрыть их коварные замыслы. Возвращаясь к сути: для того, чтобы знать, каким образом обеспечивать вашу безопасность, и какие для этого требуются ресурсы, я должен знать, насколько вы умеете за себя постоять.

— Прошу прощения, — я вопросительно вскинул бровь, — что это должно значить? Вы что, хотите каким-то образом проверить меня?

— Именно. Я должен знать уровень вашей боевой подготовки.

Я глубоко задумался. Мне бы не хотелось демонстрировать всему семейству полный арсенал своих трюков — должны же у меня оставаться и какие-то свои козыри на руках. С другой стороны, логика господина Киртулика не лишена здравого смысла: в агрессивной заинтересованности гостей я успел убедиться еще до прибытия в замок. Что же они будут в состоянии вытворить, когда будут находиться здесь на законных основаниях? Не хотелось даже думать об этом…

— Я — иллюзионист, — пожав плечами, сказал я, — в момент опасности мы скорее предпочитаем скрыться от неё, нежели встречать лицом к лицу. Особенно, когда шансы не в нашу пользу. Слишком уж у нас мало боевых и защитных методов.

Господин Киртулик так насмешливо на меня посмотрел, что мне тут же стало ясно: об отражённом мной огненном персте Кардела ему известно всё, что нужно.

— А если тебя зажмут в угол или припрут к стене, — настойчиво спросил он.

— Ну, в таком случае, я, конечно, смогу за себя постоять.

— Вот именно это я и хочу увидеть. Аргон! — властно крикнул он. На другом конце площадки появился человек, который, конечно же, человеком не был.

— Ему отдан приказ поймать тебя и доставить в указанное место. Ты, разумеется, в меру своих сил и способностей должен помешать ему это сделать. Старт! — и с этими словами он, совершив немыслимый для моего воображения прыжок, оказался неподалёку от драконьего семейства, которое уже с удобством расположилось там, где совсем недавно сидели мы с Карнекиром. Дракон тем временем обернулся в свою вторую ипостась — и я без особого удивления узнал одного из тех, кто встретил меня и Ариадну в день нашего сюда прибытия. После Мизраела он, конечно, уже не вызывал такого восторга и желания склониться, но чувство опасности внушал преизрядное.