Дмитрий Янтарный – Дэмиен. Интуит. Том 1 (страница 39)

— Да, я. Я же сказал, что не брошу тебя, — я осторожно обнял его, насколько это было возможно.

— А где палач?..

— Далеко. И я тебе гарантирую — сегодня ты его больше не увидишь, — успокаивающе ответил я.

— Ты же его не…

— Нет, не убил. Хотя он полностью заслуживает, — я сверкнул глазами, — но его время ещё придёт, не сомневайся.

— Но почему? Почему ты не сбежал, как я тебе сказал? — Сайраш не мог перестать плакать, — что тебе моя жизнь, когда на кону судьба мира?

— Как видно, очень многое, раз я здесь. Но не переживай. Я не стану воровать тебя, ибо знаю: если ты сбежишь, имея за плечами такой позор — то не перенесёшь этого, — я ободряюще погладил его по предплечью, — так что даю тебе слово: твоё доброе имя будет восстановлено.

— Это почти невозможно, — прошептал он, не сводя с меня глаз.

— Вот видишь. Ключевое слово — почти. Значит, всё-таки возможно возможно. Но достаточно разговоров. Тебе надо поспать. А в остальном — положись на меня.

С этими словами я подошёл к Сайрашу и замерцал глазами, как подсказал инстинкт. Сначала Сайраш сопротивлялся, но он был слишком измучен, так что после непродолжительной борьбы он сдался и провалился в глубокий сон. Теперь надо замаскировать следы своего присутствия. Осторожно натягивая ремень обратно, я намеренно оставил лишние полтора сантиметра, заморозив железо чуть выше. Утром этого не будет заметно, так как отстёгивается ремень с другой стороны, и надо будет очень постараться, чтобы заметить деформацию. С другой стороны — эти спасительные полтора сантиметра позволили Сайрашу спокойно, хотя всё же и с небольшими трудностями, дышать. Вот и всё. Больше я сейчас ничего не могу сделать. Теперь пора к Риаши — тоже восстанавливать силы. Завтра будет трудный день.

ГЛАВА 8

Развенчать вину

Инстинкт не подвел — разбудил точно с рассветом. Я всерьёз рассчитывал, что встать в такую рань будет невероятно тяжело. Однако, похоже, что запас сил, дарованный Аорташем вместе с этим обликом, намного выше, чем у моего человеческого тела. Одевшись и умывшись, я спустился вниз. Завтракать совершенно не хотелось. Однако в зале я увидел мужа Риаши, который с двумя вёдрами сноровисто носился между стульями, тряпкой из одного ведра протирая столы, а из другого — полы. Увидев меня, он поднялся и спросил:

— Куда же ты собрался в такую рань? — в его взгляде сквозило искреннее удивление, — сейчас самый сладкий сон.

— Самый сладкий сон, когда кого-то скоро казнят? Позвольте не согласиться, — возразил я.

— А тебе-то какое дело до этого богохульника? Он тебе сват или брат?

— Приходите на главную площадь — и узнаете.

Не тратя больше времени на разговоры, я отправился на вышеупомянутую главную площадь. Несмотря на вчерашнюю гулянку, довольно много народа пришло поглазеть на экзекуцию. Уже была приготовлена плаха (откуда только взяли). Сайраша должны были привести с минуты на минуту. Внезапно инстинкт, змеёй скользивший среди пришедших таисианов, уловил в толпе двух знакомых. Ну конечно. Как орк и вампир, эта парочка была вхожа в «тёмную» деревню. Пробравшись к ним и встав за их спинами, я зло прошептал:

— Что вы тут забыли?

Оба от неожиданности обернулись, но, увидев мои голубые глаза, успокоились.

— Но ты же не думал, что мы просто возьмём и оставим тебя тут? — с улыбкой сказал Дхасс, положив руку мне на плечо. Я так удивился, что даже не стал отстраняться. Орку, в отличие от близнецов, мой новый облик явно нравился.

— Мы не будем вмешиваться, — добавил Райлисс, закручивая в пальце прядь волос, — но моральная поддержка тебе не помешает.

Я посмотрел на него и включил инстинкт на полную силу. Нет, не врёт. И он, и Дхасс сейчас беспокоились за меня именно как за личность, а не за инструмент спасения Авиала. Не став развивать дальше эту тему, я спросил:

— Что с остальными? Они в порядке?

— Вполне. Уже готовы и ждут нас.

— Мираэль с Вогнаром небось всю землю заплевали, делясь впечатлениями по поводу моей новой сущности?

Райлиссу удалось сохранить каменное лицо, но Дхасс не выдержал и фыркнул.

— Насчет Мираэля ты верно подметил, но Вогнар держит себя в руках, — сказал он, повернувшись ко мне ещё раз, — а что, у него тоже что-то?..

— Понятия не имею, — ответил я, — мне известно лишь то, что он был не в большем восторге, чем близнецы. Уж я-то знаю. Кстати, что с твоим лицом? — удивлённо спросил я, только сейчас обратив внимание, что татуировок на нём нет.

— Это Ари постаралась, — сказал он, проследив мой взгляд, — чтобы нас не узнали. И над Райлиссом, кстати, тоже. Вспомнила… пару школьных приёмов, как она сказала.

Я взглянул на вампира. Поначалу ничего особенного, а потом дошло, что грива его волос, спускавшихся до плеч, не тёмно — рыжего, а пепельного цвета. Надо отдать должное Ариэль — она скрыла самые запоминающиеся черты. Так что никто из стражников, для которых все прочие расы, даже союзные, в общем-то, на одно лицо, не узнали в них своих вчерашних пленников.

— Так, Сайраша ведут, мне пора. Я благодарен вам за поддержку, но прошу вас, не делайте глупостей, — и пошёл в другую сторону площади.

Сайраша привели к гильотине и уложили на неё. К связанному таисиану подошёл один из старейшин и стал зачитывать приговор. Как и Аорташ, он был альбиносом с полностью белой чешуей, но в отличие от последнего ему не хватало некоей царственности и бесконечного желания познавать мир, коим так и лучился бог таисианов. Впрочем, трудно его в этом винить, в данный момент ему явно было не до этого.

— Ты, отныне лишённый права на своё имя, обвиняешься в следующем: ты посмел привести в Храм бога нашего Аорташа человека и позволить ему совершить непонятный мерзкий ритуал. За такое наказание одно: смерть. Тебе есть, что сказать в своё оправдание?

Приподняв голову, ящер едва слышно прошептал: «Нет».

— Желает ли кто-то из присутствующих, — обернулся он к зрителям, — сказать что-либо в его защиту.

— Да, желаю, — неожиданно громкий голос раскатом прошёл по всей площади. К центру её подошел небольшой ящер в костюме из чешуи дракона, царапая когтями землю, и остановился около старейшины.

— Кто ты такой? Назови себя, — надменно сказал альбинос.

— Я тот человек, которого Сайраш привёл в Храм! — крикнул он, сбрасывая с себя личину ящера и принимая облик человека.

После нескольких секунд оглушительной тишины толпа ахнула. Почти все закричали, завопили, заулюлюкали, засвистели.

— Довольно, — хлопнул в ладоши стоявший неподалёку Кичандаш, испуская простую, но мощную гипнотическую волну. Толпа мгновенно успокоилась…

— А вы! — тем временем я обвиняюще ткнул пальцем в альбиноса, — прежде, чем схватить несчастного и подвергнуть его столь ужасным пыткам, даже не попытались выяснить, для чего это было сделано. Ваш бог даровал мне невероятную милость, он даровал мне свой знак и своё благословление, — я приоткрыл ворот куртки и показал знак двух переходящих друг в друга спиралей, — и теперь я такой же, как и вы, — с этими словами я, невзирая на вспышку боли, вызванную столь резкой сменой обличий, снова позволил принять себе вид таисиана, — и второе имя мое — Дамиаш!

Старейшина не знал, что сказать. Полминуты на площади стояла гробовая тишина. Сомнений нет: прецедентов подобному не было при жизни никого из ныне находящихся здесь. Верно угадав момент настроения толпы, я сказал:

— Так пусть Аорташ рассудит нас. Я вызываю этого палача, — я ткнул в Кичандаша пальцем, — на дуэль. Дуэль магов воды. Пусть случай покажет, кто из нас прав. Если я выиграю, — и убью его! — я с особой ненавистью выговорил эту фразу, — вы отпустите Сайраша и вернёте ему его имя. Если же я проиграю и умру — тогда и Сайраш разделит мою участь.

Старейшина молчал. Придумать альтернативное решение сходу у него не получалось, а толпа начала одобрительно кричать. В конце концов, он согласился. Инстинкт подсказал мне, что надо делать. Я отошёл в один конец поля, где меня ожидали вампир и орк, и отдал им свою куртку с сапогами. С другого конца на поле пробирался Кичандаш, на ходу снимая свой жилет и разуваясь. Совсем рядом был пруд, из которого мы должны были черпать свои силы. И вдруг…

— Нет, папочка, прошу тебя, не надо! Ты не победишь его, ты проиграешь этот бой. Прошу тебя, я видела сон! — разнеслось над полем.

— Гульбаша??? — повернувшись, ошарашено спросил он, — как ты сюда попала?

— Неважно, папочка, откажись от этой дуэли, прошу тебя. Ты проиграешь и умрёшь, не надо с ним драться, тебе не победить, пожалуйста!!! — вот так. Раз честная борьба не про вас, так знайте: и я готов ударить по самому больному!

— Забери нашу дочь и иди домой, — бросил он своей жене, разворачиваясь обратно ко мне. Та послушно исполнила приказ, крепко беря за руку плачущую и вырывающуюся Гульбашу и таща её домой. Потрясённые взгляды вновь вернулись к нам. По краям становились арбитры, обозначая границы боевой площадки.

— Тебе следовало послушать свою дочь, палач, пока была такая возможность, — прошипел я, — ты не переживёшь эту битву. Это я тебе гарантирую.

Не отвечая, он взревел и, собирая на ходу воду для атаки, бросился ко мне…

ГЛАВА 9

Поединок и воссоединение

Однако я просто взмахнул рукой, и весь поток воды, должный смести меня, просто остановился в воздухе.