Дмитрий Видинеев – Маша из дикого леса (страница 38)

Что случится, то случится.

Часть вторая. Семья

Глава шестнадцатая

Заведующая детским домом Терехова Зинаида Романовна буквально лучилась радушием. Сегодня ведь был прекрасный день: семейная пара решила удочерить одну их девочек, ту новенькую, со шрамом на лице. Машу. В последние годы редко забирали детей – оно и понятно, времена нестабильные, люди не знают, что завтра будет, и на фоне этого серьёзный шаг усыновления или удочерения становится прямо-таки героическим. У Зинаиды Романовны и у самой были приёмные дети, мальчик и девочка. И это с её-то зарплатой и сократившимися льготами? А муж год назад вообще лишился места, где проработал пятнадцать лет и теперь довольствовался редкими случайными заработками. Проклятая нестабильность, будь она не ладна. Однако Зинаида Романовна была оптимисткой, и верила, что всё скоро наладится. Без веры в лучшее в её работе никак. Проблем – туча, а она говорила себе: это временно. Финансирование детского дома снизилось – верила, что через год-другой его снова повысят. Тяжко порой было заниматься подобным самовнушением, но что ещё оставалось? Нюни распускать? Ну, уж нет! Не позволяла расклеиваться не только себе, но и персоналу. Воспитатели часто слышали от неё: «Хвост трубой! Носы не вешать!»

А ещё Зинаида Романовна умела радоваться. Какая-нибудь мелочь приятная, а она воспринимала её, как большой подарок. А уж такое событие, как сегодня… Да это же настоящий праздник! У Маши, самой странной девочки в детском доме, скоро будет семья! И потенциальные приёмные родители Зинаиде Романовне очень нравились. Они сейчас сидели в креслах в её кабинете, и именно на них она глядела с радушием.

Свет декабрьского утра проникал сквозь плотную тюль. На стене, возле большого портрета Надежды Константиновны Крупской, висели часы в виде домика. Повсюду были фотографии в рамках, на которых детей и взрослых объединяло одно – улыбки.

Улыбался и мужчина в кресле. Его звали Илья Анатольевич Погодин. Крупный, крепкий. Его можно было бы назвать человеком спортивным, если бы не небольшой живот. Впрочем, Зинаида Романовна считала, что полноватые люди добрее худых. Глупость, конечно, но однажды ей кто-то сказал, что этот факт научно доказан, и почему-то вера в эту глупость засела в сознании как вредный живучий сорняк. Она и сама была полной женщиной, как говорится, кровь с молоком. Словом, во внешности Ильи она не видела недостатков. Глаза у него были, что называется, с искринками, и это выдавало в нём человека весёлого. Ещё один плюс. Лицо простоватое, но отнюдь не глупое. Но особенно Зинаиде Романовне нравились его усы и короткая аккуратная борода. Они придавали внешности Ильи что-то былинное, богатырское. Если бы Зинаиде доверили снимать фильм про Илью Муромца, она выбрала бы на главную роль актёра похожего на Илью Погодина.

Понравилась ей и Дана, его жена, хотя выглядела она, как абсолютная противоположность мужа. Невысокая, худенькая – Зинаида Романовна временно позабыла свою веру в то, что полные добрее худых. Пускай сегодня всё будет идеально. К тому же, у Даны были мягкие черты лица и располагающая, хоть и немного стеснительная улыбка.

Но самый большой для Зинаиды Романовны плюс заключался в том, что семья эта обеспеченная. Илья, как сейчас модно говорить, бизнесмен. У него своё предприятие по производству мебели и охранная фирма. Зинаида без всякого зазрения надеялась, что он хотя бы немного проспонсирует детский дом. Ну а почему бы и нет? Это же вполне нормально. Впрочем, даже намекать на это она ему не собиралась – не верила в догму, что наглость второе счастье.

– Славная девочка, – продолжила она уже начатый разговор. – Маша у нас всего третий месяц, но она уже успела весь персонал очаровать. Есть в ней что-то по-хорошему загадочное. А глаза какие! Вы заметили, какие у неё глаза? Да в них утонуть можно. Славная девочка, очень славная.

– Мы с ней немного уже пообщались, – заявил Илья. Голос у него был басовитым, в нём чувствовалась уверенность и сила.

– Как её увидели, – сказала Дана, – так нас словно бы озарило. Мы сразу поняли: она должна быть с нами.

– Это прекрасно, – улыбнулась Зинаида Романовна. Будь она кошкой, уже вовсю мурлыкала бы от удовольствия. – Просто прекрасно. И вы не смотрите, что Маша росточком маленькая и щупленькая. Знаете, какая она ловкая? Ловчее детишек я в жизни не видела. У нас во дворе дерево высокое растёт, тополь. Так вот однажды на него кот залез, почти возле самой кроны сидел и орал, как бешеный, слезать боялся. Никто опомниться не успел, как Маша взяла, да за считанные секунды к нему забралась. Ну, чисто обезьянка. Все, разумеется, тогда перепугались, воспитательница пожарным звонить побежала, чтобы её сняли с дерева. Но Маша сама спустилась, а за ней и кот, словно она каким-то образом его вразумила, заставила не бояться. Простите, конечно, что вам такое рассказываю, серьёзный инцидент всё-таки, но я хочу, чтобы вы знали об этой девочке, как можно больше. Кстати, вы ведь знаете, как она у нас появилась? Об этом даже заметка в местной газете была. Ну, так вот… Её обнаружил один парнишка в новом районе города. Вечер, дождик моросит, а она сидит себе на скамейке. Одежда – сплошные лохмотья, ноги – босые. А ведь холодно было, осень, как-никак. Парень её в отделение милиции отвёл, а оттуда Машу в больницу доставили. К слову, она прошла полное медицинское обследование и врачи заявили, что она просто фантастически здорова. Ни малейших отклонений. Вши только были, волосы остричь пришлось. Следователи так и не выяснили, откуда она взялась. Загадка. Маша даже фамилии своей не помнит. Сказала только, что жила в лесу – в избе какой, или ещё где не отвечает. Мне кажется, есть вещи, которые она не желает вспоминать. Очевидно, что-то плохое с ней когда-то приключилось.

– Не понимаю, – покачала головой Дана. – Как так может быть? Появилась девочка, будто бы из ниоткуда, и никто не может выяснить, кто она?

Зинаида Романовна тяжело вздохнула.

– Увы, всякие ситуации случаются. Меня уже ничего не удивляет… Ах да, она ещё сообщила, что родители её мертвы. Мать умерла давно, а отец недавно. Это всё, что удалось от неё добиться.

– Вы ей верите? – спросил Илья.

– Абсолютно! – был категоричный ответ. – Нисколечки не сомневаюсь, что она говорит правду. Родители её мертвы. А органы опеки и попечительства выдали соответствующий акт. Знаете, Маша просто не умеет лгать. То, что не желает говорить, не скажет, как не уговаривай, но и солгать не солжёт. Но, думаю, её прошлое рано или поздно станет известно. Она вам расскажет через какое-то время. И откуда у неё этот шрам на лице расскажет, и кто были её родители. Но могу вам точно сказать… Какие бы беды с ней не приключились, это её не сломало. Она боец, это сразу видно. Маленький отважный боец.

– Мне она всё больше и больше нравится, – заявил Илья и Дана кивнула, поддерживая его.

– Вы ещё должны знать, – продолжила Зинаида Романовна, – что когда Маша к нам поступила, она не умела ни читать, ни писать. С ней вообще никто никогда не занимался. Ей, по нашим прикидкам, лет десять-одиннадцать, но она была безграмотной… Ах, да, она умела только слово «Ёж» писать. У неё есть острый камешек, с которым никогда не расстаётся, так вот Маша им в первый же день на стене над своей кроватью «Ёж» нацарапала. А потом научилась фломастерами пользоваться и теперь это слово у нас повсюду можно обнаружить. Маша так будто бы территорию помечает. Я даже запретила уборщицам этого ежа стирать – пускай будет, для неё это, видимо, важно.

– А что с учёбой? – поинтересовалась Дана.

– С учёбой? Да всё хорошо у неё с учёбой. Она очень способная, впитывает всё в себя, как губка. А уж сколько в ней любопытства! Такое ощущение, что она торопится узнать об окружающем мире всё, всё, всё. Словно упущенное хочет скорее нагнать. Картинки в журналах обожает рассматривать. Особенно любит журнал «Вокруг света». Я выписываю его, и принесла ей целую кипу. Очень любопытная девочка. А мы ведь поначалу опасались, что Маша из детей-Маугли. Слышали, наверное, о таких? Да что далеко ходить, в прошлом году на Украине в одном селе обнаружили такую девочку. Оксана Малая. Она выросла в окружении собак. Лаяла, на четвереньках бегала. Так вот такие дети очень плохо социализируются. Жуткая задержка в психическом развитии. Порой нужны годы, чтобы они хоть как-то приспособились к жизни в обществе. А иногда и время не помогает, так и остаются, как дикие зверушки. Но Маша, слава Богу, оказалась не из таких. Только вид её был немного диким, и поначалу на всех она глядела с каким-то вызовом, словно на врагов, с которыми ей предстоит сразиться. А потом взгляд смягчился. Первые дни молчала, как партизанка, но скоро её любопытство взяло верх. Ну, и начались вопросы по любому поводу. Она ведь элементарных вещей не знала. Даже, извините за подробности, понятия не имела, как унитазом пользоваться. Но повторюсь, она всему быстро учится… И вот, взгляните…

Зинаида Романовна вынула из ящика стола папку и протянула её своим гостям.

– Я специально для вас подготовила, думала, вам будет интересно. Тут её рисунки. Очень Маше нравится рисовать, хотя, как сами сейчас увидите, получается у неё пока неважно.