Дмитрий Вектор – Запретный отдел (страница 8)
"Самые ценные экземпляры я уже переместил в безопасное место. Остальные что ж, иногда приходится жертвовать менее важными вещами ради сохранения более важных."
Он начал разливать горючую смесь по полу. Запах химикатов заполнил воздух.
"У вас есть последние пожелания?" – насмешливо спросил Виктор.
В этот момент Клара, которая незаметно развязала себе руки, схватила тяжёлый фолиант и бросила его в преступника. Виктор пошатнулся, выронил контейнер.
Новак воспользовался моментом и бросился на него. Завязалась борьба. Детектив был сильнее, но Виктор оказался хорошо подготовлен к рукопашному бою.
"Инесе, уводите Клару!" – крикнул Новак.
Но библиотекарь не ушла. Она схватила огнетушитель и направила струю углекислоты на горючую смесь, пытаясь предотвратить возгорание.
Клара помогала Новаку удерживать Виктора. Втроём они сумели его обезвредить и связать верёвками, которыми он собирался связать их.
"Вы думаете, что победили," – сказал Виктор, когда его усадили на стул. "Но организация больше, чем вы думаете. У нас есть люди в полиции, в музеях, в правительстве."
"Увидим," – ответил Новак, вызывая подкрепление.
Пока они ждали прибытия полиции, Инесе ходила по тайному помещению, рассматривая украденные сокровища. Здесь были рукописи, о существовании которых она могла только мечтать.
"Что с ними будет?" – спросила она.
"Украденные экземпляры вернут законным владельцам," – ответил детектив. "Подделки уничтожат. А вот с теми, что были созданы заново решение примет экспертная комиссия."
Клара подошла к Инесе: "Пани Новотна, простите, что не рассказала раньше. Я подозревала, что происходит что-то странное, но не была уверена."
"Что именно вы подозревали?"
"Томаш иногда приходил очень рано, до открытия библиотеки. А однажды я видела, как он выносил какой-то свёрток. Но подумала, что это его личные вещи."
"А Якуб?"
"С ним тоже было что-то неладное. Он слишком много интересовался техническими деталями хранения рукописей, методами экспертизы. Не для диссертации, а словно изучал, как можно обмануть систему."
Прибыла полиция и криминалисты. Тайное помещение заполнилось людьми, фотовспышками, техническими разговорами. Инесе смотрела на это с грустью – её тихий мир книг навсегда изменился.
"Что будет с библиотекой?" – спросила она у Новака.
"Её закроют на несколько месяцев для полного обследования. Нужно будет проверить каждую книгу, каждый документ. Но потом она откроется снова."
"А я смогу продолжать работать?"
"Конечно. Вы не виноваты в том, что произошло. Наоборот, без вашей помощи мы бы никогда не раскрыли эту схему."
Когда Виктора увели, он обернулся к Инесе: "Вы думаете, что защитили культурное наследие? Но богатые коллекционеры всё равно найдут способы заполучить то, что хотят. А бедные музеи так и останутся без финансирования."
"Может быть," – ответила Инесе. "Но культурные сокровища должны принадлежать всем, а не только тем, кто может за них заплатить."
Уже под утро библиотека опустела. Инесе стояла в читальном зале, где всё началось, и смотрела на стол у окна, где нашли мёртвого Богумила.
"Странно думать, что он был героем," – сказала она Кларе, которая помогала ей приводить в порядок служебные помещения.
"Он пожертвовал жизнью, чтобы защитить то, во что верил," – ответила девушка. "Это и есть геройство."
Инесе подошла к окну и посмотрела на просыпающуюся Прагу. Где-то там, в других библиотеках и музеях, возможно, действовали другие ячейки преступной организации. Борьба была далека от завершения.
Но сегодня они одержали важную победу. Тайна запретного отдела была раскрыта, преступники наказаны, а украденные сокровища вернутся туда, где им место.
"Пани Новотна," – сказала Клара, "когда библиотека откроется снова, можно я останусь вашей помощницей?"
"Конечно. Нам предстоит много работы по восстановлению коллекции."
"И по восстановлению доверия читателей."
"И это тоже."
Глава пятая: Письма из прошлого.
Прошло три недели после ареста Виктора Краловски и раскрытия тайны запретного отдела. Библиотека всё ещё была закрыта для посетителей, но Инесе каждый день приходила туда, чтобы помочь экспертной комиссии разбирать фонды и определять, какие книги являются оригинальными, какие – украденными, а какие – искусными подделками.
Работа была кропотливой и болезненной. Каждый день приносил новые открытия о масштабах преступной деятельности. Оказалось, что за пятнадцать лет существования схемы из библиотеки исчезло более двухсот ценных изданий, а их место заняли искусные копии, которые долго никто не замечал.
В это утро Инесе разбирала личные вещи Богумила Грабовски, которые полиция вернула после завершения основного расследования. Среди обычных предметов – очков, записных книжек, перьевой ручки – она обнаружила небольшой кожаный портфель, который раньше не видела.
Портфель оказался заперт, но старый замочек легко поддался отмычке. Внутри лежали документы, которые не имели отношения к расследованию преступной сети. Это были личные письма, фотографии и записи, датированные разными годами – от пятидесятых до наших дней.
Первое письмо было написано красивым женским почерком на бумаге с водяными знаками:
Дорогой Богумил! Я не могу больше скрывать свои чувства. Эти месяцы совместной работы над каталогом рукописей стали для меня самыми счастливыми в жизни. Я знаю, что Вы женаты, знаю, что это неправильно, но сердце не обманешь. Если есть хоть малейшая возможность, что Вы разделяете мои чувства, дайте мне знать. Навеки Ваша, Людмила.
Письмо датировалось 1987 годом. Инесе нахмурилась, припоминая. Людмила Ей это имя показалось знакомым, но она не могла вспомнить, где его слышала.
Следующие письма были из той же переписки, но уже от Богумила:
Милая Людмила! Ваши слова взволновали меня больше, чем я могу выразить. Да, между нами есть что-то особенное, что-то, что выходит за рамки простого сотрудничества. Но Вы правы – я женат, и у меня есть обязательства. Однако я не могу притвориться, что не чувствую к Вам ничего. Может быть, мы найдём способ быть вместе, не причинив никому вреда?
Переписка продолжалась несколько лет. Из писем становилось ясно, что у Богумила и Людмилы был длительный роман. Они встречались тайно, обменивались письмами через библиотечную систему, прятали послания в книгах.
Наше место встречи всё то же – читальный зал Национальной библиотеки, стол у третьего окна. Я буду там каждую среду в три часа дня, пока Вы не придёте, – писала Людмила в одном из поздних писем.
Инесе продолжала читать, и постепенно перед ней разворачивалась драма, которая длилась десятилетия. Любовный треугольник, где третьей стороной была жена Богумила, Анна, которая, судя по письмам, ничего не подозревала о романе мужа.
Но самым интригующим оказалось письмо, датированное всего тремя месяцами назад:
Богумил, я знаю, что прошло много лет с тех пор, как мы виделись в последний раз. Знаю, что Вы не простили мне того, что случилось в 1994 году. Но сейчас я должна Вас предупредить – Вы в опасности. Те люди, с которыми Вы работаете, не такие, какими кажутся. Я знаю это, потому что сама была частью их системы. Встретимся в библиотеке, в нашем старом месте. Мне нужно многое Вам объяснить. Людмила.
Инесе отложила письмо и задумалась. Получается, что у Богумила была тайная любовная связь, которая продолжалась годы. И эта Людмила знала о преступной деятельности в библиотеках ещё до того, как Богумил начал своё расследование.
Она продолжила изучать содержимое портфеля. Среди фотографий была одна, на которой Богумил обнимал красивую женщину средних лет с тёмными волосами. На обороте было написано: "Людмила и я, лето 1989 года, Карловы Вары".
Ещё несколько фотографий показывали их вместе в разные годы – в ресторанах, парках, музеях. По всей видимости, их отношения были серьёзными и долгими.
В самом конце портфеля лежал небольшой дневник в кожаном переплёте. Инесе открыла его на случайной странице:
15 марта 1994 года. Людмила исчезла. Никто не знает, где она. На работе сказали, что она подала заявление об увольнении и уехала к родственникам в Германию. Но я знаю, что это неправда. Она бы не уехала, не сказав мне ни слова. Что-то случилось. Боюсь, что это связано с теми странными вопросами, которые она задавала о редких рукописях в нашем отделе.
20 марта 1994 года. Ездил в Германию, к её тёте в Мюнхене. Тётя сказала, что не видела Людмилу уже два года. Значит, на работе солгали. Обратился в полицию, но они не хотят заводить дело о пропавшем человеке. Говорят, что взрослые люди имеют право исчезать, если хотят.
1 апреля 1994 года. Нашёл её вещи в подвале библиотеки, спрятанные за старыми каталогами. Её сумка, документы, даже паспорт. Людмила не могла уехать без документов. С ней что-то случилось здесь, в библиотеке.
Инесе почувствовала мурашки по коже. Получается, что тридцать лет назад в той же библиотечной системе исчезла женщина, которая задавала подозрительные вопросы о редких рукописях. И теперь Богумил, который её искал, тоже мёртв.
Она продолжила читать дневник:
10 мая 1994 года. Встретил сегодня Томаша Новы в коридоре библиотеки. Когда я упомянул имя Людмилы, он побледнел и быстро ушёл. Может быть, он что-то знает? Но как спросить, не выдав наших отношений?